Иван Поляков – Потолок одного героя (страница 47)

Я почувствовал, как в животе натянулась. Словно бы струна.

Тень за спиною ву гиганта почернела.

— А аккуратнее работать надо было! — сказал юнец как отрезал. — Сколько уж набил!

— «…одному мужчине либо женщине, — продолжал „вытягивать“ Вивар, — обученному держать оружие, присоединиться к группе сэра Гонората Мизена(⁈). В случае успешного убийства дракона Трэтминуса, город Залив обязуется выплатить добровольцу вознаграждение в размере… ста швен».

Тёмный подбородок дрогнул. Локоны Вивара тронул ветер… а он и не заметил. Ещё раз очень скоро секретарь пробежался по тексту. Посмотрел на подпись. На пухлого «второго». На людей.

Тишина. По счастью, сказанное прозвучало настолько неправдоподобно, дико, что никто не воспринял речь всерьёз.

Первый секретарь чуть хохотнул. Он улыбаясь туго скрутил бумагу. Различимо переломил ту по центру.

Конкурент лишь безразлично цыкнул.

Он попросил трубу:

— Внимание! Сообщение для владельцев, а также держателей долей «Забивной Залива». Из анонимного письма господину Элою стало известно о некоторых фактах, имевших место в течение последних трёх лет. Как то: постоянное уклонение от налогов, использование труда незарегистрированных работников и «принятие» более семи тысяч голов крупного рогатого скота сверх документов. Расследование начато и о ходеего будет сообщено отдельно в официальной бумаге. Йозеф Гратц, бывший ногемсерант городской стражи, получает три лубриха, как поощрение за непогрешимую многолетнюю службу. Деньги эти он может забрать в любое время в штабе стражи юго-западного района.

Элой чуть улыбался.

Первый секретарь краснел.

Он дёрнулся. Тень потянула, и Вивар отступил. Почти что с удивлением он посмотрел на пустоту, которая обнаружилась под пяткой. Неловкий, подчёркнуто неловкий шаг вперёд. «Чем он мог заслужить такое? — отразилось на чёрном лице. — Да чем⁈ Мог он разве сделать что-нибудь „такое“?»

Вивар не хотел отказываться от чего-либо. Только не сейчас. Не когда он шесть дней кряду просидел над планом. Когда он всем, всем доказал КТО здесь главный на самом деле! Столько усилий было положено, и теперь, наконец, он МОГ ПРИКАЗЫВАТЬ И ДЕЛАТЬ, ЧТО ХОЧЕТСЯ!

Что хочется.

Хочется.

Тень потянула. До желаний рабочих, что и кому Вивар обещал, ей не было дела. Будущее и власть были на кону.

Мужчина покосился на людей, что пришли в движенье. Заметил рабочую одежду. Загорелые лица. Голосистую блондинку в пышном кринолине, что пыталась пробиться Смуту.

«Я!.. Я хочу записаться!» — горланил Йозеф Гратц в толпе.

«…»

Вивар достал золотые карманные часы и поджал губу. Нажав на головку завода, он поглядел на время.

Отвернулся.

— Господин Залив, чем я могу помочь Вам?

Два часа спустя

Мыслей не было. Я просто наблюдал. Смотрел, как наёмница без заметного труда вешает мою поклажу на крестовину, упирает ту в плечо; как раб-великан одним своим видом распугивает прохожих, а бывший стражник, подставленный, словно прячется за его распухшими коленями. Бредёт позади и не поднимает глаз.

Я наблюдал, как СОБАКА, большая и серая, увязалась за нами… Как она крутила хвостом, пока великан не обратил наконец на неё вниманье. Выудив какие-то обрезки из кармана, полудух кинул половину псу; а вторую закинул… в свою… пасть. С различимым хрустом тупые пеньки зубов великана подавили кости. Грубая ладонь прошлась по серому косматому загривку, и пёс залился хриплым радостным лаем.

Гратц спотыкнулся. Снова. Он только и делал, что спотыкался с тех пор, как отпросился на пару минут. Я очень, очень надеялся, что он одумался и уже больше не вернётся.

Эль поддержала его.

Так мы и шли. Я… Эль… и треклятый Гратц вместе с опасным Веком.

А мысль моя стояла.

Что произошло?

После того как секретари разобрались между собою, баронет поднялся с табурета. Он решил взять слово и долго, очень долго собирался.

Я смотрел на Эль в это время… как девушка прощалась со своими… Худенькая Белла всё хмурилась из-под чёрной вуали и отправляла её «уже»… Всё косилась на меня с большим подозреньем: «Будь осторожна».

Девушка в зелёном обняла мою наёмницу с налёта и разревелась.

Элой загремел металлом. Старик начинал, прерывался и приступал заново.

Дословно всего сказанного я уже не помнил, но общая канва выпукло, удивительно выпукло врезалась в память. Хотя я и не мог сказать, почему так.

— Сейчас я обращаюсь не к родившимся в этом городе, а к решившим поселиться здесь лишь в последние месяцы. Моё имя Элой. Этот город под моим управлением и от лица его говорю: простите, но мы не можем принять всех желающих. Залив не способен сделать это сейчас, и не будет способен в ближайшие годы.

Завтра, в это же время Вивар — мой секретарь — раздаст на этой площади всем желающим инструменты и пригодную для работы одежду. На западе и востоке город окружает лес. Я разрешаю использовать его для возведения пятого кольца Залива. Строительство начнётся сразу же, но сначала решившим остаться придётся вырыть новый ров и поднять новую стену. Расчистить канал, так как воды, поступающей от Фики, может оказаться недостаточно.

Это будет долгий путь, и всё, что мы сможем сделать для вас, это дать мелкую работу, жалованья с которой должно хватить на еду и самое необходимое.

Первые здания появятся не раньше чем к зиме и состоять они будут из временных строений. На них пойдут остатки материала и стоящая теперь стена. Поля, что появятся на месте вырубки, будут розданы, но они не смогут дать вам НИЧЕГО раньше осени будущего года.

Это будет тяжёлая зима. Вы будете болеть, а слабые умирать. Оставшиеся знайте: здесь у вас не будет крова, поскольку нет свободных зданий, и еды, так как поля на то не рассчитаны.

Я не смогу пообещать вам НИЧЕГО сверх. Решайте или уходите.

Возможно есть город, в котором вам будет много лучше.

Пока я раздумывал, как бы не опозориться. Пока секретарь составлял невозможные планы и припирался за место, баронет просто решил, что делать.

Мне вспомнилось, как волшебник отправил меня…

«…»

— НЕ СУТУЛЬСЯ! — бросила наёмница внезапно. Весьма резко и требовательно.

Поймав интонацию, плечи мои развернулись, а носки стали строго врозь.

Гратц, лишившийся заслуженной пенсии, уткнулся в мою напрягшуюся спину… и упал.

Не без удивления я обернулся… и в то же мгновенье обрюзгший мужчина в толпе растолкал соседей.

— Кто⁈.. Кто взял пять бутылок за защиту⁈

— Он должен денег моему ломбарду, — доверительным тоном сообщил подошедший неслышно старик.

— Пятнадцать фарсов за колбасу!..

— Тридцать фарсов!

Неизвестный разве не поднял обмякшее тело.

— Да он пьян, — неожиданно заключил старик.

— В дым! — Непонимающий взгляд незнакомца прошёл по тусклым лицам толпившихся. Он посмотрел на меня. — Вы! Тогда ВЫ заплатите!'

Слово было сказано… и мир живо завертелся. Меня почти что сбили с ног. Я ухватился за кого-то, но рука тут же была отброшена. Неизвестный уже лез мне за шиворот.

Наёмница никак не отреагировала. Позволила люду наброситься, вырывать друг у друга мой новый кошель. Стражник был пьян, а раб с бойни… Великан всё шёл и шёл вперёд. Не оборачиваясь и не обращая ни на что, ни на кого ни малейшей доли своего вниманья.

Он шёл.

Смотрел не моргая.

Один сплошной «марш»… который всё продолжался.

Пара секретарей препиралась, борясь за свои желанья.

Никуда не торопясь, с каждым здороваясь и всякому улыбаясь, сопровождаемый всклокоченным Треем, баронет подошёл к карете. Движение отвлекло его: дети играли неподалёку.

Приведённые, но брошенные, они скоро обнаружили, что площадь не так уж мала. Что есть густой кустарник, и множество птиц заселило окрестные крыши. В какой-то момент кто-то из ребят догадался подманивать и ловить пернатых… и все они теперь почти купались в ускользающем море голубей и галок.