Иван Охлобыстин – Магнификус II (страница 34)

– Зандри?! – не понял Второй.

– Мертвяки, – объяснил ему Йохан и поднялся на ноги, крутанув в руке свой кол. – Идем, посмотрим на этих выскочек.

– Наконец-то! – потер руки сигмариот.

Вслед за капитаном путешественники выбрались наружу и тут же обнаружили, что доселе далекая галера находится в полумиле от них. На палубе, под ногами Сергея, валялось окровавленное тело мертвого матроса.

– Они уже атаковали нас каррионами, – объяснил Нил, – только тремя. Разведка. Но на пять рейдеров в экипаже стало меньше. Мертвых стервятников не берут стрелы.

– Дайте вашу трубу, – протянул к нему руку ван Хал.

Капер послушно протянул ему свою подзорную трубу, и Охотник приник левым глазом к окуляру.

– Так, – забормотал он, – на веслах ушабти, с полсотни скелетов. Ух ты! Какой любопытный экземпляр! Такого у нас еще не было! Сжечь их всех! Взгляни, Вилли.

И он протянул трубу священнику.

– Великий Сигмар! – воскликнул тот. – Жрец Личи. Видать, из Отступников. Может оказаться сам Генрих Кеймлер. Только не видно его любимого Крелла.

– Ваше мнение? – осторожно поинтересовался у священнослужителя капитан.

– Какое тут может быть мнение! – хохотнул тот. – Крышка твоей посудине, братец!

– Абсолютно согласен, – поддержал мнение своего друга ван Хал, – скоро они догонят нас, и ушабти разнесут корабль в щепки, а скелеты прикончат экипаж. Мертвые не торгуются. Это тебе не толстозадые имперские менялы.

– Что ж! – мрачно внял сказанному рейдер и погладил рукоять своего меча, торчащего без ножен за поясом. – Торговаться не будем, продадим себя по самой дорогой цене.

– Можно мне посмотреть? – попросил Второй.

Священник неохотно отдал ему трубу, и Сергей взглянул на галеру.

Совсем недавно ему казалось, что, с учетом уже пережитого за эти дни, его ничто не может удивить. Но он заблуждался. Увиденное сквозь мутноватые увеличительные стекла его все-таки удивило: длинными веслами галеры легко орудовали трехметровые мускулистые титаны с песьими головами, в широком проходе между гребных балок, неподвижно, в несколько рядов, стояли вооруженные до зубов скелеты, у рулевого весла находился пестро разодетый персонаж, его лицо скрывала сверкающая медная маска.

– Кошмарный бред в египетском стиле, – опуская трубу, констатировал Второй.

– Каррионы! – раздался сверху крик дозорного.

И действительно над галерой возникло темное пятно и начало стремительно приближаться к судну. По мере приближения стали различимы костлявые тела огромных стервятников.

– Так, братец, – буркнул священник и подтолкнул Сергея к трюму, – посиди там. Лечить пока некого, и не уверен, что твое искусство вообще пригодится.

Второй спустился в трюм на несколько ступенек, прикрыл за собой крышку, но небольшую щель для наблюдения за происходящим на палубе оставил.

Каррионы тучей налетели на корабль, и в первое же мгновение схватки экипаж уменьшился еще на двух матросов. Капитан мечом ожесточенно отражал нападение одного из мертвых стервятников. Капер был явно неплохим бойцом, и схватка шла на равных. Стервятнику ни разу не удалось зацепить своими длинными и острыми, как бритва, когтями капитана: тот всякий раз умудрялся либо увернуться, либо парировать смертельный взмах лезвием меча. Зато Йохан и Вилли лихо расправлялись с нежитью. Поначалу Охотник выхватил из-за пазухи два пистолета и без промаха всаживал по пуле в головы приближающихся каррионов, отчего те разрывались, как гнилые яблоки, брошенные в стену. Когда расстояние между противниками сократилось, ван Хал убрал пистолеты, подхватил свой кол и принялся сшибать стервятников с легкостью игрока в бадмингтон. С каждым ударом каррионов становилось меньше. То ли кол был особенный, то ли удар приходился всегда по назначению. Священник не уступал своему спутнику и столь же методично уменьшал поголовье летающей мертвячины своим посохом.

– Вам бы ребята в теннис командой устроиться. Все медали ваши, – невольно восхитился боевыми навыками попутчиков Сергей и тут же отшатнулся от крышки, потому что прямо перед его лицом просвистел в воздухе сорванный каррионами ваерный блок.

Последним пал стервятник, нападавший на капитана. Йохан сбил его походя, легко взмахнув колом, зажатым в руке. Каррион отлетел, как отброшенная мокрая тряпка, далеко за борт.

– Благодарю вас, – поклонился измученный схваткой капер. – Я еще никогда не встречал воинов, так легко сражающих нежить! – И крикнул рейдеру, уцепившемуся обеими руками за люверс в парусе грот-мачты: – Слезай оттуда, бездельник!

– Это ерунда, братец! – хлопнув капитана по плечу, хихикнул Вилли. – Летающая труха – не самое главное блюдо на этом празднике. Гораздо интереснее будет поиграть вон с теми каменными болванами, – и он показал на гребцов галеры. – Вот это уж точно – конец представления!

– Ушабти из камня? – озадачился моряк, продолжая вытирать льющий с него пот рукавом камзола.

– Еще из какого! – подтвердил ван Хал. – Отборный гранит. Сжечь их всех!

И тут Сергея осенило.

Он оглянулся назад на открытый бочонок со смолой, выскочил на палубу и заявил:

– Господа экзорцисты! Я знаю, как отделаться от них!

– Что же ты, братец, предлагаешь? – ехидно прищурился священник.

– Предлагаю сжечь их всех, – ответил Второй и показал на бесполезные доселе катапульты.

– Что-то в этом есть, – почесал бороду сигмариот.

Через несколько минут глубокие черпаки катапульт были уже наполнены стружкой из ящиков, кусками ломаного нагеля и облиты смолой. У края кормы замерли трое лучников с зажженными стрелами.

– Великий Сигмар, умножь наши силы! – провозгласил Вилли и потянул на себя спусковой рычаг. То же самое проделали Йохан и капитан, стоявшие у двух соседних катапульт. Тяжелые машины вздрогнули, и в сторону преследовавшей корабль галеры полетел вонючий смоляной шквал. Следом за ним в небо взметнулись стрелы. Они настигли пропитанную стружку раньше, чем та коснулась палубы галеры. Огненная вспышка ослепила всех на корабле.

– Просто великолепно! – захохотал ван Хал, разглядывая в подзорную трубу пылающую галеру. – Гори, дохлятина!

Собственно, и без подзорной трубы было видно, что происходит на галере, поскольку та приблизилась к кораблю уже довольно близко: скелеты, так и продолжавшие стоять строем, горели, будто сухой хворост, то и дело на палубу галеры с грохотом валились металлические щиты и копья, выскользнувшие из прогоревших костей. Ушабти бросали весла и пытались соскрести с себя облепившую их тела пылающую стружку. Однако их усилия ни к чему не приводили, и каменные титаны поначалу покрывались мелкими трещинами и, в конце концов, осыпались на палубу грудой мелких серых осколков.

– Нет, это все-таки не гранит! – удовлетворенно наблюдая за все больше разгорающейся галерой, сделал вывод Вилли. – Больше похоже на желтый песчаник. Запиши это Йохан в нашу книгу.

– Жрец уходит! – сообщил вдруг капитан и показал на выплывающую из облака дыма фигуру жреца. Казалось, что командир нежити с увесистым мешком за спиной идет по воде, но, приглядевшись внимательнее, Сергей понял, что тот стоит на щите, покрывающем спины двух плывущих скелетов. Они активно молотили воду ногами, быстро унося своего хозяина от тонущей галеры.

– Его нельзя упустить! – закричал сигмариот. – Жрец Личи – коллекционный экземпляр. Из Отступников! Наука нам не простит!

– Поворачивай корабль, – не терпящим возражений тоном, приказал Дейдвуду ван Хал.

– Но. – озадачился тот.

– Никаких но! – взвизгнул Вилли. – Если мы его не добьем, братец, к вечеру за нами будут гоняться уже три галеры или пять.

– Пять?! – озадачено повторил капер и крикнул рулевому. – Разворачиваемся! Живее, олухи!

Несмотря на всю корабельную мощь и мастерство капитана, погоня длилась уже не менее часа. Скелеты под щитом, на котором стоял жрец, так энергично шлепали ногами, что их диковинный «катамаран» мчался со скоростью моторной лодки. Камни из катапульты, то и дело летящие им вслед с борта каравеллы, плюхались в воду на безопасном для нежити расстоянии.

– Йохан, сними его из пистолета, – предложил другу сигмариот.

Охотник достал из-за пазухи пистолет, тщательно прицелился и выстрелил. Жрец словно почувствовав новую опасность, не оборачиваясь, вскинул ладонь, и что-то просвистело над ухом Сергея. От бизань-мачты брызнули щепки. Вилли подошел к поврежденному дереву и констатировал:

– У экземпляра есть талисман Отражения. Стрелять в него, пожалуй, не стоит, как и камешки кидать.

– Отражения, – повторил Второй и поинтересовался. – Руны Отражения – одно и тоже?

– Не совсем, – авторитетно ответил священник. – На мече сланнов они действуют как защитный слой, уберегающий лезвие от повреждений в момент соприкосновения с другим лезвием. Поэтому на клинке с рунами Отражения не бывает зазубрин. У нашего экземпляра талисман Отражения, меняющий траекторию полета стрелы, камня или пули на противоположную. Снаряд облетает первую цель и возвращается обратно. Хорошо, что Йохан отошел в сторону, иначе у него сейчас вместо глаза была бы собственная серебряная пуля.

– Не смешно, – буркнул его друг, огорченный подобной перспективой.

– Как же мы его добьем? – заинтересовался Сергей.

– Проще простого, братец! – показал ему деревянный колышек Вилли. – Мы его догоним, побьем своими палочками и воткнем в грудку этот замечательный осиновый колышек. Теоретически он будет просто обязан рассыпаться в прах. Поворчит, конечно, перед бесславной кончиной.