Иван Никитин – Томск. Это моя земля. Киберпутеводитель (страница 4)
– Ты чей будешь? Уж больно знакомые у тебя конопушки.
– Из русской деревни я. У моего отца своя кузница, – еле прошепелявил юноша.
Ничего не понял Тоян. Да, он знал в русском поселении кузнеца. Да, в последний раз он помог русским и вернул детей, угнанных в рабство кочевниками. Но у кузнеца Ерофея не было сыновей. Только дочери.
Еще больше нахмурился князь. А тут и кузнец с русскими воеводами подошли.
Ерофей упал на колени и прошептал:
– Прости, княже… То дочь моя, Аннушка.
В гневе взметнулись брови князя! Но… он протянул руку и приподнял подбородок победителя.
– А и в прямь девка! Гляди, девка! Вот мужикам сраму-то будет, что их победила девка!
И Троян громко расхохотался. Этот хохот подхватила толпа гостей, с интересом наблюдающая за происходящим.
Князь сдержал свое слово. Он подарил победительнице лучшего своего коня. Да еще по мешочку золота и серебра, как дань уважения к русским.
На следующий после праздника день началось строительство крепости. Местные мужики с воодушевлением помогали: валили деревья, строили высоченный забор с острыми кольями сверху. Место выбрали стратегически правильное – на южном мысу Воскресенской горы, над рекой Ушайкой. От татар тоже подмога пришла, князь прислал тридцать крепких мужчин в помощь.
Работа кипела. Возводили крепость с бойницами. Внутри крепости строили воеводские хоромы, канцелярию, амбары да погреба. Немного позже построили деревянную православную церковь. К передней стене крепости был пристроен острог – из вкопанных вплотную высоких столбов. В этом остроге несли службу казаки. Они осматривали ближайшие владения на предмет нападения врага, следили за состоянием пушек на сторожевых башнях и готовы были в любой момент отразить атаку кочующих племен.
Началась новая эпоха развития Западной Сибири. Город Томск стремительно разрастался. К крепости, под защиту русских, стало стекаться местное население. Томск стал важным стратегическим центром. Набеги кочевников становились все реже и реже…
Именно Томский острог положил начало прекрасному городу в Западной Сибири – Томску. Томичи бережно хранят память о первом поселении русских крестьян в устье реки Ушайки. И с удовольствием рассказывают гостям легенду про удаль простой русской девушки, не посрамившей честь русичей и победившей здоровых мужиков в непростой татарской игре.
Томский острог,
Россия, г. Томск, Воскресенская гора
Томский острог, или, как его еще называют, Томский город, возвышается на Воскресенской горе, над рекой Ушайкой и площадью Ленина. В 1604 году именно здесь по приказу русского царя Бориса Годунова была построена крепость, существенно расширившая сибирские владения российского государства.
Оригинальных строений томского острога XVII века не сохранилось, потому что все они были деревянными, а за несколько столетий существования в Томске неоднократно случались крупные пожары.
Сейчас на территории Воскресенской горы можно посмотреть реконструкцию Томской крепости, а также Музей истории Томска, который расположился в здании Пожарной части. Там организованы экспозиция «Первые века Томска», интерьеры домов XIX века. Непременно нужно подняться на вершину пожарной каланчи, чтобы посмотреть на виды исторического центра Томска.
: https://geomerid.com/ru/place/tomskij-ostrog-tomsk-fortress-dostoprimechatelnosti-954/overview/
Сказ о купеческой дочери, ведьме и доме с жар-птицами
Михаил Патраков
Было это в ту пору, когда на Источной улице речка текла, а на Соборной площади храм стоял. Славился Томск людом отважным и находчивым. Особой удалью купцы отличались. Бились они об заклад, на тройках ездили, церкви строили. Только главным всякий купец другое считал: сына женить, а дочь замуж выдать.
Вот и Леонтий Желябов, гильдии второй купец, суетился. Как бы Вареньке любимой жениха найти? Много свах Желябовым кланялись, много женишков-проходимцев Леонтий с лестницы спустил. Что поделаешь! Всегда много охотников с купцом породниться. А руку Варвары-красы получить – и того более нашлось.
Через год выбрали-таки Вареньке жениха. Красавец-мужчина! Волосы пшеничные, грудь колесом, в банке счет круглый, кровь голубая. И Варваре понравился. На первом же балу постаралась, чтоб приметил ее мо́лодец. Шейку нежную наклонила, губками красными улыбнулась, да как по воздуху к парню пошла. Долго они вальс танцевали, а через месяц помолвились.
Молодые волновались, родители свадьбу готовили. Остальные мечтали, как гулять на свадьбе будут. Весь Томск радовался. Кроме одной девушки. Давно она жениха Вариного заприметила, да упустила. Смотрит она через забор на Варвару, зубами скрипит, руками крутит – будто душит и волосы дерет. Поклялась Варю извести.
Отправилась злодейка на Аптекарский мост. Прослышала, что там темной ночью зелья да отравы купить можно. Час ждала, два, без толку – ни одного колдуна не встретила. Уйти решила. Тут сразу ветер с Ушайки подул, кошка завизжала, серой пахну́ло. Появилась у фонарного столба старуха. Сама сухая, черная, шаль грязная, глаза желтые.
– Знаю я, – шамкает старуха, – чего ты задумала. До свадьбы Варвару извести. По душе мне дело, денег не возьму. А только раздобудь мне в «Славянском базаре» пирожки. Такие, говорят, писатель известный ел. Завтра – один с капустой, через месяц – с рыбой, через два – с мясом.
Следующей ночью принесла злодейка пирожок с капустой. Старуха шесть раз на левой ноге скакнула, шесть раз левой рукой махнула, шесть раз черта позвала. Пирожок переломила да съела. Что тут началось! Ветер пуще прежнего подул, кошки по всей округе заорали, гром грянул, дождь по крышам застучал.
Варвара спала тогда. Вдруг – что такое? Дышать трудно стало. Проснулась, глаза открыла да так и застыла. Видит – чудище на груди ее сидит. Туша медвежья, шесть ног паучьи, голова бычья. А смрадит как овраг сорной. Дышит чудище в лицо да бормочет: «В первый раз пришел – посереешь, во второй – побелеешь, в третий – околеешь, Варвара, необвенчанная…»
Хочет Варвара вырваться, крикнуть нянек, а не может. Рука не подымется, губа не шевельнется. Так всю ночь не спала – лежала да чудище слушала. Под утро входит маменька в горницу, видит: заболела дочка. Вся серая, мрачнее ночи, ни есть, ни пить не может. Только лежит да стонет. А как про свадьбу говорят – плачет горючими слезами.
Позвали Желябовы докторов из Москвы, Петербурга, да что там – немцев заграничных. Все одно твердят: «Невротическое расстройство на фоне стресса». Пьет Варвара таблетки да микстуры, фрукты кушает. Шепчет: «Зря вы это, маменька, зря вы это, папенька. Помру я до свадьбы».
Через месяц принесла злодейка с рыбой пирожок. Опять ведьма взбесилась, а как тесто преломила – снова ветер, снова кошки, снова гром, а вместо дождя град летом пошел. Вошла к Варваре нянька – ахнула: лежит девица белее снега.
Позабыли о докторах. Поили Варвару святой водой, к мощам прикладывали, лучших бесогонов приводили – без толку. Попы руками разводят, только покаяние предлагают. Надоело все Леонтию Желябову. Пошел он в Богородице-Алексеевский монастырь, где дух старца Федора Кузьмича силен. Долго купец пороги обивал, как пообещал монахам новое жилище справить – пустили. Да только одного, без дочки.
Сидел Леонтий в часовне монастырской до поздней ночи. Подошел к нему старичок в рясе монашеской – борода белая, глаза добрые, а под мышкой книга. Открыл ее, стал пальцем по страницами водить, картинки показывать. Там птицы невиданные, узоры тонкие да свитки древние. Шептал старичок, шептал, а очнулся Леонтий под утро в кровати.
Побежал купец к Петру Федоровскому. Тот для жениха и невесты дом достраивал. Вырвал Леонтий бумагу с планом, показал что-то. Вскорости появились на доме украшения невиданные – свитки, узоры да жар-птицы. Как строительство закончили, сразу Варвару на руках в дом тот перенесли.
Той же ночью вновь Варвара на груди чудище увидала. Только то забормотало – залилось все светом, прилетели к девице жар-птицы, стали тварь клевать. Ни клочка не оставили. Проснулась Варвара свежей, румяной – побежала папеньку с маменькой целовать да к свадьбе готовиться. А на мосту Аптекарском нашли пирожок мясной, рядом – две кучки золы белой.
Так появился в Томске дом с жар-птицами. Защищают они молодоженов и днем, и ночью. Сказывают, силой их даже в странствиях дальних заручиться можно. Только возьми календарик, магнитик, брелок, на котором дом с жар-птицами. Или просто – унеси с собой память о жар-птицах.
Усадьба купца Л. Д. Желябо (Дом с жар-птицами),
Россия, г. Томск, ул. Красноармейская, 67/1
Усадьба купца второй гильдии Леонтия Желябо – одна из культовых достопримечательностей Красноармейской. Томский городской архитектор Петр Федоровский выдал разрешение на строительство бывшему унтер-офицеру в 1896 году. Постройка состоит из четырех зданий и хозяйственных объектов.
Построен в 1903 году. Простой контур здания обогащают пристроенные эркеры с двух сторон. Дом отличается лаконизмом целого и богатством отдельных декоративных элементов.
В 1974 году усадебный комплекс отнесли к памятникам архитектуры федерального значения. Сейчас дом является жилым.
: https://www.tomsk.ru/news/view/146627-woodtomsk-istoriya-odnogo-doma-dom-s-zhar-ptitsami