Иван Никитчук – Освобождение дьявола (страница 19)
– НКС № 1 – общая компоновка и силовые корпуса (В.А. Турбинер);
– НКС № 2 – разработка центрального узла (заряда) (Н.А Терлецкий);
– НКС № 3 – разработка приборов и спецоборудования (Н.Г. Маслов);
– НЭЛ № 1 – исследование и отработка фокусирующих систем (М.Я. Васильев);
– НЭЛ № 2 – исследование детонации ВВ (А.Ф. Беляев);
– НЭЛ № 3 – разработка методов и аппаратуры для сверхскоростной рентгенографии быстропротекающих процессов взрыва и обжатия металлического ядра заряда (В.А. Цукерман);
– НЭЛ № 4 – определение уравнения состояния вещества при сверхвысоких давлениях (Л.В. Альшулер).
Тем же штатным расписанием предусматривалось, что остальные лаборатории и сектора будут укомплектовываться по мере их развертывания. В феврале 1947 года в штатное расписание был включен научно-исследовательский сектор (НИС) № 4, а в апреле того же года создана лаборатория натурных испытаний № 5. Ими руководил первый заместитель Ю.Б. Харитона, как Главного конструктора КБ-11, К.И. Щелкин.
По мере развертывания теоретических, экспериментально-исследовательских и конструкторских задач штатное расписание КБ-11 дважды уточнялось в марте 1948 года. В итоге структура КБ-11 приобрела следующую конфигурацию.
НИС – научно-исследовательский сектор (начальник К.И. Щелкин, он же первый заместитель Главного конструктора), в состав которого входили:
– научно-экспериментальные лаборатории под руководством М.Я. Васильева, А.Ф. Беляева, В.А. Цукермана, Л.В. Альтшулера, К.И. Щелкина, Е.К. Завойского, А.Я. Апина, Н.В. Агеева, Г.Н. Флерова, А.Н. Протопопова;
– теоретический отдел (Я.Б. Зельдович);
– конструкторский отдел (А.П. Герасимов);
– научно-экспериментальные полигоны № 1 и № 2.
НКС – научно-конструкторский сектор (начальник В.А. Турбинер). В состав НКС входили:
– научно-конструкторские отделы (НКО) № 1 (Н.Г. Маслов), № 2 (Н.А. Терлецкий) и № 3 (С.Г. Кочарянц). При НКО-2 и НКО-3 дополнительно были созданы по одной лаборатории;
– отдел испытаний и контроля качества изделий № 4 (С.И. Карпов).
Отдел создан по предложению Турбинера. В составе отдела планировалось иметь лабораторию климатических и механических испытаний с термобароустановками, ударными и виброустановками, установкой на влагостойкость;
– опытный завод № 1;
– опытный завод № 2.
В соответствии с постановлением Совета Министров СССР от 10 июня 1948 года в КБ-11 для усиление кадрового потенциала дополнительно направляются известные в оборонном секторе промышленности специалисты. Приказом № 48/КБ от 8 июля 1948 года заместителями Главного конструктора назначаются Н.Л. Духов (генерал-майор инженерно-танковой службы) и В.И. Алферов (капитан 1-го ранга). НКС был разделен на два подразделения – НКС-1 и НКС-2, которыми стали руководить Духов и Алферов. В.А. Турбинеру было предложено стать заместителем Духова, но он отказался и вернулся в Москву.
С самого начала работы в КБ-11 велись очень интенсивно и напряженно. За короткий промежуток времени, в течение второй половины 1946 года и последующих 1947 и 1948 годов в КБ-11 был проведен невероятно огромный объем организационных, строительных, теоретических, расчетных, конструкторских, производственных и экспериментальных работ. Вот только основные из них:
– созданы научно-исследовательские и научно-экспериментальные лаборатории, научно-исследовательские и научно-конструкторские сектора и отделы, испытательные отделы и группы;
– разработана конструкция натурного сферического заряда из взрывчатого вещества (ВВ) и его составные элементы;
– разработаны уникальные по точности срабатывания электродетонаторы, что было чрезвычайно важно для получения сферической ударной волны;
– исследовано обжатие металлического сердечника взрывом;
– изучено состояние металла при мощных деформациях;
– разработана теория сходящихся сферической детонационной и ударной волн;
– разработана теория размножения нейтронов при различной степени под- и надкритичности делящихся материалов;
– разработан центральны запал;
– разработана конструкция и исследована баллистика корпуса бомбы;
– разработаны сигнализаторы высоты;
– разработана автономная высоковольтная установка;
– проведена модернизация и переоснащение корпусов 1, 2, 3 завода № 550 на основной площадке;
– очистили от леса территорию и построили литейно-прессовый и сборочный цеха на площадке 1;
– очистили от леса территорию и построили испытательные площадки № 2 и № 3;
– очистили от леса и построили площадку № 9, смонтировали на ее территории железнодорожную горку;
– очистили территорию и уложили металлические плиты взлетно-посадочной полосы аэродрома;
– отработан натурный заряд, обеспечивающий идеально сферический фронт ударной волны в металлическом керне.
Первоочередные задачи по расчетам, экспериментальному обоснованию, проектированию и технологической подготовке изготовления ядерного заряда РДС-1 были выполнены в КБ-11 к 1949 году.
Сделано было действительно много, хотя и разгильдяйства хватало. Отмечался перерасход средств, за год сменилось три начальника строительства и три главных инженера стройки. Берия приказал гнать нерадивых начальников в три шеи с записью о служебном несоответствии или понижать в должности. Если крупный перерасход средств – отдавать под суд…
!
Интенсивно велись работы и по другим направлениям атомного проекта. Работы велись широким фронтом: открывались новые рудники для добычи урановой руды, строились заводы и комбинаты по переработке и обогащению руды, по получению металлического урана и деталей из него, по разделению изотопов урана, строились атомные реакторы для наработки плутония-239, строились целые города, в которых создавалась новая отрасль промышленности – атомная, одновременно готовились полигоны для испытания ядерного оружия.
Уже 10 июня 1948 года И.В. Курчатов, Б.Г. Музруков – начальник комбината № 817 и Е.П. Славский – главный инженер комбината № 817 докладывают Л.П. Берия об осуществлении цепной реакции в первом промышленном реакторе комбината № 817. Путь для наработки оружейного плутония-239 был открыт!
– Все расчеты оправдались, теперь будем набирать мощность. Когда будет достигнута полная мощность, доложим Сталину. Это уже успех. Без дураков! – ответил Берия на сообщение.
Еще 23 марта 1946 года Сталин подписал распоряжение Правительства о строительстве комбината № 817 для получения плутония. Площадку для строительства выбрали в 1945 году, тогда же началось ее освоение. 3 декабря 1947 года, по инициативе Л. Берия, директором комбината назначили Б.Г. Музрукова (впоследствии одного из будущих директоров КБ-11), до того работавшего директором «Уралмаша», а главным инженером – Ефима Павловича Славского, будущего министра Минсредмаша. Начальником строительства стал генерал М.М. Царевский, имевший опыт сооружения Нижнетагильского металлургического комбината.
Главным конструктором промышленного реактора был Николай Антонович Доллежаль. Его обязали выдать проект к августу 1946 года. Над проектом трудилось несколько конструкторских групп. Общее научное руководство осуществлял Курчатов. Доллежаль выбрал для реактора схему с вертикальным расположением топливных каналов, что давало ряд существенных преимуществ.
Летом 1946 года начали рыть котлован, а к осени заложили фундаменты под здание и оборудование атомного реактора. В целях экономии времени параллельно со строительством шло проектирование объектов и изготовление для них оборудования. К концу 1947 года здание реактора было уже готово, приступили к интенсивному монтажу оборудования. Сначала монтировали тяжеловесные конструкции корпуса реактора, в марте 1948 года приступили к графитовой кладке, она состояла из множества блоков. Через кладку проходили около 1000 алюминиевых труб-каналов, в которых размешались урановые блоки, заключенные в алюминиевые герметичные оболочки. Каналы реактора охлаждались водой.
Монтажные работы продолжались круглосуточно под руководством Курчатова, Ванникова, Доллежаля, директора установки Ф. Я. Овчинникова. Объект регулярно посещали Берия, Первухин, Завенягин и другие высшие руководители, они помогали выходить из многочисленных затруднений в организации работ, с поставками оборудования, материалов и рабочей силы. На объекте трудились десятки тысяч человек, труд был, в основном, ручной, транспорт – гужевой, но дела шли быстро. Всего было смонтировано только на реакторе около 5 тысяч тонн металлоконструкций, более 200 километров трубопроводов, множество насосов, теплообменников, запорной и регулирующей арматуры, всевозможных приборов, электрических кабелей и щитов.
На строительстве комбината одновременно работало 45 тысяч человек – заключенных и вольнонаемных, ИТР и рабочих. И это вдали от городов и транспортных магистралей, среди гор и озер Южного Урала! На голом месте!
В июне 1948 года началась загрузка реактора урановыми блоками, проводили последние наладочные работы. Вечером 7 июня Курчатов лично начал пуск реактора. На следующий день была достигнута мощность в 10 кВт. 19 июня реактор выведен на проектную мощность 100 Мвт. Обстановка при пуске и в начальный период эксплуатации реактора была чрезвычайно сложной и напряженной. Зная о том, что получение урана-235 задерживается ввиду неимоверной сложности производства, что единственный путь к бомбе лежит через атомный реактор, И. В. Сталин уделял ему большое внимание, участвуя в подборе технического персонала вплоть до начальников смен.