Иван Марченко – Фронтовые приключения. 80 историй о Великой Победе (страница 9)
Песчаные войны
В декабре 1944-го я попал в Иран. В СССР об операциях на Ближнем Востоке в ту пору информацию не распространяли. На севере Ирана жили азербайджанцы, желавшие захватить в своей провинции власть, и Советский Союз поддерживал их национально-освободительное движение.
В Иране я снова вспомнил о своём ангеле-хранителе. Едем как-то горной тропой за пополнением в город Пехлеви. Вшестером сидим в кузове, а за баранкой – старший офицер. Порулить он любил, но не умел. А дороги там были плохие. Перевернулись мы на повороте и чуть в пропасть не упали. У одного парня перелом позвоночника, а я отделался сотрясением мозга.
Поцелуй Победы
Победу встретил в Иране. Дежурил в тот день по батальону. Дневальный на посту, а я придремал. Вдруг слышу голос Левитана по радио: «Победа!». Стал скорее будить солдат, делиться радостью. Даже в женскую комнату забежал. Так девчата обо всём позабыли, вскочили в исподнем и давай меня целовать все разом. Сладок миг Победы!
В июне переехал в Баку, и вскоре у меня обострилась язва. Попал в госпиталь и перенёс тяжёлую операцию. Появилась у меня тогда одна симпатия. Валей звали. Сказали ей о моей болезни, она и расплакалась. «Я ж его люблю!» – говорит. Давай навещать меня. Но, выписавшись, я не стал писать ей писем. Думал: зачем ей, здоровой, возиться с больным? Не хотел портить ей жизнь. Кто бы знал тогда, что доживу до 90 лет…
4 мая 2011
Отзвуки былых сражений
Садыбакас Ералиев пребывает в прекрасном расположении духа. Бодрый, живой, общительный. Ветеран Великой Отечественной, опытный журналист. На покой уходить не намерен. Часто публикует воспоминания о войне, пишет книгу о тех памятных событиях. О былых сражениях рассказывает долго и с энтузиазмом.
Средняя школа войны
Родом я из села Джер-Казара Кантского района Чуйской долины. Окончил школу в 1940-м в возрасте 18 лет. Как раз указ Верховного Совета вышел: ребят со средним образованием, достигших совершеннолетия, призвать в армию.
Службу начал в мотополку 5-й стрелковой роты в городе Славуте на Украине. На всю роту был единственным солдатом со средним образованием. Узнав это, начальство рекомендовало меня в Ленинградское зенитное и в Харьковское политическое училища. Но я отказался. Думал: вот отслужу срок – и назад, в родное село, к пожилым родителям. Кормить их нужно!
Посчитались командиры с моим мнением, оставили в части.
Но как-то высший военный начальник к нам приехал. Заприметил меня, не по-солдатски худенького, невысокого, и давай расспрашивать: откуда я да какое у меня образование.
– По-русски споро говоришь! – сказал он и обратился к моему начальству. – А почему в училище не отправляете?
Объяснили ему, а он гневится.
– В армии всё в приказном порядке делается!
Думаю: и зачем сказал о своём образовании? Теперь отправят в училище, и родителей увижу нескоро.
От приказа до приказа
Шёл набор в лётную школу; послали на медкомиссию. Признали годным. На учёбу уезжал 20 июня 1941 года. Только заселился на новом месте, началась война. Приходит приказ наркома Семёна Тимошенко: лётную школу расформировать, личный состав передать в 1-ю Московскую пролетарско-гвардейскую дивизию. Стали ждать, когда нас отправят на фронт. Но тут главнокомандующим стал Сталин, и приказ Тимошенко был отменён.
Что ж, будем учиться. Все эшелоны идут на фронт, а мы – в тыл. Остановились на аэродроме города Павлово-на-Оке и приступили к изучению лётной науки. Приезжает военная комиссия.
– По всей линии фронта нынче тяжко, особенно под Москвой, – говорит военный чиновник. – Берём добровольцев на защиту Первопрестольной. Вот ты, хлопец, поедешь? – обратился он ко мне. – Или учиться будешь? Командир из тебя неплохой выйдет!
– Да какая тут учёба?! Вперёд, за столицу Родины!
Огонь, батарея!
С апреля 1942 года до конца войны был наводчиком и командиром 120-миллиметрового орудия на Центральном и 2-м Прибалтийском фронтах. Много было боевых товарищей. Один из них – писатель Михаил Калинин, который вёл дневник с заметками о памятных сражениях. «Перепиши, – говорит, – его да издай затем книгу на своём языке. Интересно же!». А я не знал, останемся ли мы живы, и не понимал, зачем вести дневник.
Как-то во время артподготовки Михаил Иванович не заметил, что мина не вылетела, и опустил в миномёт вторую. Взорвалось орудие, три человека погибло. Я стоял всего в пяти метрах! Но меня не только не задело – я даже и не понял ничего, такой был шум.
В тот же день в другом полку беда приключилась. Подняли ночью солдат по тревоге: к бою! Те дали залп – и снова в постель. Но случилась осечка: в одном миномёте остался снаряд. Ночью возиться неудобно, решили утром вытащить. Только задремали, снова подъём. Солдаты сонные, об осечке позабыли и опустили в орудие ещё один снаряд. И опять взрыв, и снова жертвы. Всякое случалось на войне.
Фокусники
В артиллерийском деле свои правила. Поступит команда о стрельбе, сначала нужно высчитать углы на местности при помощи специального компаса – буссоля, а уж затем прицел ставить. А я буссолью не пользовался, делал свой расчёт. Только команда – у меня орудие готово. И всегда точно целился!
А со мной фокусник один служил – Валентин Левенков, умевший проделывать ловкие трюки с горохом. Возьмёт горошину в ладонь, а затем изо рта её достанет.
– Как ты быстро орудие наводишь! – удивлялся он. – Научи меня своему фокусу!
– Давай. Но сперва ты научи меня своему. А то, не ровен час, обманешь!
Отказался он раскрывать свои тайны, ну и я не стал. Хотя секретов никаких не таил. Действовал по наитию.
На подступах к передовой
Как-то получил задание от комбата: отвести солдат на передовую. А где она, руководство не объяснило. По пути, говорят, штаб полка будет, там уточнишь. А на дворе ночь, мороз, вьюга… С трудом добрались до штаба. Я захожу, сидит начальник – суровый-суровый. Начал докладывать, а он перебивает: «Дали вам задание, вот и выполняйте! Иначе сами знаете, что будет». Прогнал меня и не сказал координаты. Как же быть? На улицу вышел, а солдаты уж замёрзли. Надо двигаться. Слышу, кто-то идёт. «С передовой? – спрашиваем. – Как туда добраться?». «Меж тех кустарников тропинка пролегает, по ней выйдете», – сказали служивые.
Не видно ни зги, идём буквально на ощупь. Вдруг немцы запустили осветительную ракету. «Ложись!» – закричал я. Бросились на землю, вроде все целы. Не заметили нас. Выждали, пока стемнеет, двинулись дальше. Перевели дух, тут пули как засвистят! Стреляют по нам немцы трассирующими. Скомандовал двигаться в шахматном порядке. Если и заденет, то не всех.
Прошли уже прилично, вдруг снова ракета. Лежим в снегу и слышим голос. Заметил нас начальник штаба батальона, отправил солдата навстречу. Проводили нас, потом рассказывают: немцы совсем рядом, метрах в тридцати. Держат оборону, целятся через амбразуры. Провели мы ту ночь на передовой, а потом нас сменили. Больше приключений не было. Иной раз на передовой безопаснее, чем на подступах.
Под деревней Большие Ляди
Как-то шли в наступление под деревней Рисовкой. Немцы, отходя, убили одного из наших миномётчиков. И тогда я зарядил винтовку и давай палить. Пятерых завалил и разрушил пулемётное гнездо. За это получил медаль «За отвагу».
Пережил много ожесточённых боёв, но всегда оставался цел. Лишь однажды был ранен осколком снаряда. Случилось это в Беларуси в 1944 году в местечке Большие Ляди. Наше подразделение заняло неправильную позицию, нас заметили и стали отстреливать. Много наших ребят в тот раз полегло…
Домой!
В 1945 году взяли Ригу и встретили Великую Победу. Вспоминаю 9 мая. Всю ночь не спали – стреляли, пели, танцевали. Пленённые немцы тоже, кстати, радовались. На одном танке с нашими солдатами сидели и братались.
Но на Родину я попал нескоро. В июле меня отправили в Ленинград старшим писарем, а в августе в составе советских войск послали в Китай на помощь Мао Цзэдуну в борьбе с силами Чан Кайши. Ехали товарным поездом через Казахстан, остановились отдохнуть. Глядь – состав «Москва – Фрунзе» едет. Обрадовался я: думаю, побуду в городе пару дней, потом догоню сослуживцев. Пять лет дома не был, а тут так близко оказался! Приехал в родную столицу и сразу на Зелёный базар. Знал, что там земляки торгуют. Повстречал двух девчат из деревни. Узнали, обрадовались. Говорят, односельчанин здесь арбузы продаёт, недавно с войны вернулся. Обнялись мы с ним, поболтали. А тут и отец подошёл. Расплакались.
Погостил у родных – и вдогонку за сослуживцами. После Китая до конца 1946-го служил в Узбекистане и лишь затем вернулся домой.
15 июня 2011
Эстафета памяти
Сегодня мы вспоминаем самую кровопролитную и разрушительную войну в истории нашего народа, которая началась 70 лет назад. В ту пору мы жили в другом государстве, но были едины в своих стремлениях и потому победили. И, конечно, не случайно коллеги-телевизионщики выступили с инициативой организовать в этот день прямую трансляцию вахт памяти из столиц стран Содружества. Важно показать: прошли десятилетия, но мы по-прежнему едины, хотя бы в своих воспоминаниях.
Почти ночью, с 04.30, на площадь Ала-Тоо стягиваются участники поминальной вахты. Приходят организованно, представляя поисковые группы сёл Панфиловки, Ленинского и Кызыл-Туу. Стоят, позёвывая. Но вот и молодая пара.