Иван Лик – Над светом звёзд (страница 2)

Акки пошёл дальше, осматривая прилавки и копошившихся за ними торговцев. Его радовало то, что он нашёл такую красивую и, конечно, ценную вещь, но это и огорчало. Он понимал, что она не с неба упала на пыльную дорогу рынка. Её кто-то потерял и, скорее всего, теперь опечален пропажей, ищет её среди своих вещей в сундуке за прилавком, чтобы выставить на продажу. Или кто-то уже успел купить эту фигурку для своего сына или для дочки за немалое количество монет, чтобы порадовать ребёнка, а теперь ищет в сумке. Может, уже пообещал подарок и пытается его найти в карманах, стоя перед ребёнком, ожидающим сюрприз. Подобные мысли так и преследовали юношу всё утро, пока он бродил по рынку. Торговля уже кипела вовсю, и пришло время уходить. Здесь теперь только вечером будет работа, когда торговцы будут складывать в свои повозки то, что не удалось продать за день, и отправляться домой.

Чтобы выйти с рыночной площади, он пошёл через книжный ряд, где продавали книги, перья, бумагу, сахар и пряности. А также разные диковинные штучки: красивые ларцы, украшения и разные изделия мастеров из дальних мест, где Акки никогда не был. Ему были знакомы почти все лица людей, суетившихся за прилавками, но вот одного из торговцев он видел впервые. Это был плотный рослый мужчина, лет шестидесяти. Половина его головы была лысой, на затылке и макушке росли густые волосы, торчащие во все стороны. Он был сильно загорелый, наверное он очень долгое время пробыл под палящим солнцем. Лицо было испещрено морщинами, под густыми бровями Акки увидел полные грусти глаза. Мужчина провел рукой по подбородку, пригладив аккуратно подстриженную бороду, и начал осматривать свой прилавок, будто хотел что-то найти на нём или что-то ещё на него положить, но не мог найти свободного места.

Слева на прилавке у него лежали старые ветхие книги и несколько чернильниц. Каждая чернильница имела свой цвет и свой узор, все они были разной формы. Также лежали на прилавке перья, аккуратно обвязанные красной лентой, и несколько старых свитков бумаги. Справа от него стояли несколько коробочек с красивыми разноцветными камнями, которые блестели и переливались на солнце. Некоторые камни были нанизаны на нити, другие были в металлической оправе или держались на цепочке. Рядом лежали медные браслеты с выгравированными на них узорами, каменные браслеты с вдетыми в них толстыми нитями и оплетённые кожаными шнурками.

Торговец перестал разглядывать свой прилавок, перебирая и перекладывая на нём изделия для продажи, достал платок, вытер пот со лба и, вернув платок в левый карман штанов, начал изучать содержимое других карманов. Акки догадывался, что может искать этот человек. Он был рад ошибиться, но нужно было узнать наверняка. Юноша подошёл к торговцу, когда тот уже дважды изучил содержимое своих карманов на штанах и рубахе. Судя по тревожности, с которой человек осматривал свои вещи вновь и вновь, и появившейся испарине на лысине, он не сумел найти то, что искал. Торговец поднял на подходящего юношу грустные глаза.

– Доброе утро, молодой человек. Подходите, смотрите книги – источник мудрости. А жемчуга с юга великолепно украсят шею любой девушки. Её сердце растает от такого подарка, или вам нужен…

– Нет, – остановил его Акки, – книги мне не нужны, я не умею читать. И жемчуг мне ни к чему, я ещё не встретил ту красавицу, чьё сердце желал бы растопить.

Торговец смотрел на юношу; капля пота стекла по гладкой лысине на щёку, по ложбинке морщины скатилась к подбородку и затерялась в бороде.

– День сегодня не такой уж и жаркий, а с вас пот ручьём течёт, – сказал Акки и спросил: – Вы чем-то обеспокоены?

– Я… – торговец помедлил, затем достал платок, вытер им лицо и бороду, потом продолжил: – Я не могу найти одну вещь, подарок от друга. Сегодня на рассвете эта вещица была у меня, а сейчас её нет. Уже все свои сумки несколько раз осмотрел.

– Как выглядит подарок вашего друга?

– Он… – начал говорить торговец, но тут же насторожился и посмотрел на юношу. – Зачем ты хочешь знать, как выглядит эта вещь?

– Может, я смогу помочь. Сегодня утром я видел, как один человек нашёл нечто интересное.

Акки не хотел говорить, что это он нашёл. Ведь он действительно не знал, что ищет этот опечаленный человек, и желал, чтобы торговец дал хоть небольшое описание того, что он потерял.

– Это маленькая статуэтка, белого цвета, из клыка животного. – Торговец будто понял, почему юноша расспрашивает его о потере, и добавил: – Я очень хочу её вернуть, для меня это память о хорошем друге.

– Так вот что это! – выпалил Акки. – А я думал, что же это за камень? Я таких никогда не встречал.

Юноша выудил из кармана фигурку человека и протянул торговцу. Тот сразу поменялся в лице; глаза, что ещё несколько секунд назад источали грусть, буквально засветились радостью. Торговец нежно взял фигурку, осмотрел, аккуратно завернул в тряпицу и положил в карман куртки.

– Интересно, у какого животного такие большие клыки? В наших лесах я много животных видывал, но чтобы с такими клыками – никогда.

– Эта фигурка издалека; возможно, там, где живёт мастер, способный сотворить такое, живут и животные с большими клыками.

– Вот бы взглянуть на этих животных, – задумчиво произнёс Акки, представляя, как может выглядеть животное с такими большими клыками.

– Благодарю тебя. Ты нашёл и вернул очень ценную для меня вещь. Можешь выбрать себе несколько предметов с моего прилавка, – предложил торговец.

– Мне это не нужно. Я всё равно не знаю, что делать с книгами или с украшениями, – ответил Акки.

Торговец пристально посмотрел на юношу и сказал:

– Ты знаешь, возможно, я сумею тебя отблагодарить тем, что тебе пригодится. Сейчас прими от меня несколько монет – не хочу, чтобы ты ушёл ни с чем. А вечером, когда начнёт темнеть, приходи, и я найду чем тебя вознаградить.

Вечером Акки опять вернулся на рынок. На этот раз он не стал искать, где можно заработать монетку, а отправился прямиком к торговцу с загадочной фигуркой. Ему было интересно, какое вознаграждение предложит торговец. Тот как раз собирал товары с прилавка и раскладывал по сумкам и сундукам с ремнями для переноски, перекинув которые через плечо, можно донести груз до повозки.

– Ты пришёл. Помоги мне донести товары до моей кобылы, – попросил торговец. Он закрыл лежащие на земле сумки, выпрямился и представился: – Меня зовут Сайлур. Как ты уже понял, я торговец, – стоя ровно, торговец приложил правую руку к груди и слегка поклонился.

– А меня зовут Акки. Как ты уже понял, я искатель, – юноше так понравился тон и поклон торговца, что он его передразнил.

Торговец в ответ хихикнул. Акки одной рукой поднял сундук, а другой взвалил себе на плечо сумку. И спросил таким тоном, словно общаются высокопоставленные господа:

– Где ваша кобыла? Позвольте, я отнесу эти вещи и водружу ей на спину.

Сайлур не выдержал и расхохотался, плюхнув на землю сундук, который только что поднял. Просмеявшись, он снова выпрямился и сказал:

– Моя кобыла Нира в стойле у западного входа на рынок, – торговец продолжил говорить с тем же официозом, стремясь удержать те же нотки в голосе, что и юноша, когда его пародировал. Выдержав небольшую паузу, Сайлур поднял сундук и продолжил: – Позвольте, я вас провожу.

На этот раз рассмеялся Акки и, качнувшись под тяжестью сундука и сумки, сел на землю, заливаясь смехом. Торговец сразу к нему присоединился, его сундук снова опустился на землю. Пока они хохотали над собой, сидя посреди опустевшего рынка, к ним подошёл седой смуглый мужчина в грязной рваной одежде и хрипатым голосом спросил:

– Братки, у вас вино ещё осталось? Угостите меня?

Сайлур с Акки мгновенно замолчали, переглянулись, подскочили с земли и выпрямились, оставив сумки лежать у ног.

– Сегодня угощают тех, кто говорит учтиво, вежливо, с благородством в голосе, – произнёс Сайлур, еле сдерживая улыбку.

– Ой, это как? – растерянно прохрипел человек, выпучив на него глаза.

– Это так, как ты только что услышал, – ответил Акки.

Мужчина ещё больше выпучил, уже испуганные, глаза и, как бы отмахиваясь от непонятных людей руками, убежал прочь.

Уже без улыбки Акки повернулся к Сайлуру:

– Кажется, мы его напугали.

– Кажется? – спросил торговец и сам ответил: – Уверен, что напугали. Лучше бы он пил поменьше, глядишь, и страха в жизни было бы меньше. – Сайлур поднял сундук и позвал юношу: – Идём, пока совсем не стемнело.

В стойле Нира осталась одна, остальных лошадей уже разобрали. Она, видно, заскучала, потому что, когда Сайлур к ней приблизился, кобыла радостно зафыркала, помотала головой и положила морду на плечо торговцу.

– Я вернулся, красавица! – сказал он, обняв кобылу за шею. Потом похлопал её по спине и, вынув из кармана яблоко, протянул его на вытянутой ладони. Нира аккуратно взяла яблоко с руки и захрустела угощением.

Сайлур взвалил на седло сумку и два сундука, перетянул их ремнями и отвязал кобылу.

– Пойдём, пойдём, – произнёс Сайлур и несколько раз причмокнул, – дома тебя ждут ещё яблоки.

Торговец повёл груженную поклажей лошадь под уздцы. Акки пошёл следом.

– Ты сказал, фигурка сделана из клыка зверя. Да что же это за зверь такой? Насколько он велик, если из его клыков можно вырезать статуэтку?