Иван Ланков – Охотники за туманом (страница 5)

Багровое мерцание стало ближе. Николай взял ружье наизготовку и перекрестным шагом пошел к источнику света.

Мда… Монстр оказался маленьким и совсем нестрашным. Похожий на личинку майского жука, только размером с чемодан. Когда Николай приблизился, монстр распахнул свою маленькую пасть с острыми иглами клыков, зашипел и пополз навстречу. Как-то это… Нечестно, что ли. Ладно, что уж теперь. Охота – это не спорт и не развлечение. Охота – это работа такая. Прости, монстрик. Надеюсь, ты был неодушевленный.

Николай прицелился и потянул спусковой крючок. Вспыхнул порох на полке, выдав вбок облачко дыма, и через мгновенье грохнул выстрел. Когда дым рассеялся, на том месте, где полз монстрик остался лежать красный мерцающий кристалл.

Подул ветер, разгоняя туман. Сквозь тучи на небе пробились солнечные лучи, освещая зеленую чахлую травку, небольшие колючие кусты и желтоватый суглинок.

Так просто? Странная какая-то охота.

Вскоре верхом на Алмазе подскакал Андрей Тимофеевич.

– Поздравляю, Николай! И правда, времени прошло всего ничего. Это радует. Значит, я в тот раз не потерял три часа попусту. И, получается, охота в тумане может идти сколь угодно много, и завершится лишь когда кто-нибудь победит. Видишь, мы узнали еще кое-что. А день, когда ты узнал что-то новое – прошел не зря!

Николай развел руками.

– Монстрик какой-то слабенький был. Небольшой такой червячок. Если бы не зубы и шипение – в жизни бы не подумал что он опасен.

Андрей Тимофеевич вскинул брови в изумлении.

– Вот как? У меня такой был только первый. А сейчас монстры похожи на то, как в старинных гравюрах изображают пса Цербера. Много шипов, много пластин будто у майского жука, только большие. И еще он очень быстрый. Что ж. Примем за рабочую гипотезу, что всякий охотник начинает с монстров стартового уровня.

Николай кивнул.

– Ну что ж. С этим понятно. Теперь давай сравним ту землю, что открылась от твоей охоты с той, что открыл я. Ты разбираешься в ботанике?

Следующие полчаса Николай и Андрей Тимофеевич прошли по границе секторов, которые очистились от тумана после победы над последними монстрами. И даже Алмаз принял участие в исследованиях, пощипав травку в каждом из секторов и высказав свое экспертное мнение презрительным фырканьем. Разница была небольшая, но заметная. Например, у Андрея Тимофеевича земля была – густой чернозем, какой часто бывает в Малороссии и на Кубани. А в секторе Николая земля была победнее, сероватая. И трава там росла более слабая. Как сказал Андрей Тимофеевич – такая больше похожа на ту, что растет в степях Средней Азии.

Затем Николай перезарядился, отдал кристалл боярину и еще раз вошел в туман. Выбрав огонек, мерцающий в следующем секторе, двигаясь по кругу от острога. Там все было примерно так же. Такой же слабенький монстр, похожий на личинку майского жука. Только он уже был не как червяк, а с боков у него появились четыре тоненьких хитиновых лапки.

Потом, когда после победы ветер очистил сектор от тумана, Андрей Тимофеевич еще раз прошел весь сектор верхом, внимательно вглядываясь в землю.

– Итак, подведем итог. Предварительно можно утверждать следующее. Тип открываемой местности, травы и грунта разный для разных охотников. Сила монстра индивидуальная для каждого охотника, начинается с нулевого и растет с каждой охотой. При входе в туман группы из нескольких охотников сила монстров устанавливается по старшему охотнику. Это, как я уже говорил, мы выяснили вместе с Алмазом. Что ж. С этим понятно. Теперь давай поспешим в острог. Я покажу тебе, куда надо приносить кристаллы.

– Андрей Тимофеевич, так, получается, мы сейчас будем новых охотников создавать? Ну или как это по-вашему… воплощать? Одушевлять то есть… совсем запутался.

Андрей Тимофеевич повернулся к Николаю и спросил с хитринкой в глазах.

– А знаешь ли ты, Коленька, что наша Земля – шар?

Николай слегка растерялся от такого вопроса.

– Конечно знаю, Андрей Тимофеевич. Этому же в школе всех учат! Но при чем тут это?

– Да? Жаль. – слегка разочаровано протянул боярин. – А я думал тебе уже целую лекцию прочитать по астрономии. Ну ладно. Раз ты знаешь что Земля – шар, и что ячейка тумана открывает новую землю – то что из этого следует? Продолжи мысль!

Николай задумался.

– Да вроде ничего не следует. Просто два факта. Что их может связывать?

Андрей Тимофеевич ликующе воскликнул:

– А говорил – знаешь! Эх ты, деревня! Давай объясню. Земля – шар, верно? Верно. А шар – это что? Это, милый друг, замкнутая фигура. А раз это фигура замкнутая, то что?

– Что?

– Значит, ее поверхность ограничена, вот что! – торжествующе закончил боярин. – это не я придумал. Это сказал Гийом Франсуа Лопиталь. Великий французский математик. А раз ограничена поверхность… ну, Коленька, подумай, что это значит?

Николай отчаянно потер мозолистым кулаком переносицу, затем висок, будто стараясь пропихнуть быстрее по голове мысль.

– Раз каждый новый кусок земли скрыт туманом, мы изымаем кристалл, сектор земли открывается… Кристалл изымаем… количество земли ограничено… Значит, кристаллы тоже не бесконечны?

– Совершенно верно, друг мой. Абсолютно так! – боярин был доволен. – Да, кристаллов много. Да, неоткрытой земли – великие просторы, кажущиеся бесконечными. Да, партиям охотников кристаллы таскать и таскать. Тысячи, десятки тысяч, может быть даже десятки десятков тысяч кристаллов. Но – рано или поздно они закончатся. Это – ограниченный ресурс. И мы его обязаны добывать по двум причинам. Первое – нам необходимо воплощать души, предметы, и – я тебе этого еще не говорил? – законы бытия. Да-да, мы можем выбирать, по каким законам будет существовать вселенная. И тоже за кристаллы. Позже я тебе покажу, как это работает. Второе – мы не можем не охотится на кристаллы. Потому что вместе с нами их так же добывают наши соперники из других фракций. И развивают себя. Во вред нам. А еще… Монстры развиваются. Они становятся сильнее. Я не знаю – или с каждым убитым монстром сила остальных растет, или их мощь нарастает просто от времени. Не знаю. Но, если они они растут от попросту от времени – то каждый миг промедления приближает тот миг, когда монстры станут нам не по силам. Потому что их – весь шар земной. А нас лишь маленькое пятнышко.

Андрей Тимофеевич замолчал, задумчиво глядя на границу тумана. В солнечном свете он выглядел как белое облачко, которое решило прилечь на травку.

– Да, кстати, вот тебе мое повеление, Николай. Найди закономерность, почему и от чего усиляются монстры. Придумай свою теорию и расскажи ее мне. Не сейчас. Потом. Когда наберешь достаточно опыта для размышления и обобщения. А сейчас давай-ка, братец, побыстрее донесем кристаллы до алтаря. Там тебе чуть-чуть понятнее станет.

Глава 3

В цокольном этаже боярских хором было ощутимо прохладно. Хотя и не сыро. Стены и потолок были отделаны мраморными плитами, по углам и потолку шли диковинные небольшие светильники. Не газовые и не масляные, нет. И даже не новомодные электрические лампы. Уж их-то Николай смог бы узнать. Небольшие, желтого цвета, с замысловато уложенной в стеклянной колбе светящейся нитью они только-только вошли в моду, перед тем как Николай… Перед тем как что? Когда это было? Вроде бы будто вчера, но где? Мелькнуло сумбурное воспоминание. Запах пыли от видавшей виды белой гимнастической рубахи, рифленая поверхность накладок на рукояти револьвера в руке и длинный коридор, отделанный мрамором. Николай шел, тяжело ступая перепачканными в грязи размочаленными старыми сапогами. Шаркающий и шлепающий звук множества ног за спиной, сиплое дыхание усталых людей… а впереди по коридору старик в тюрбане стоит на деревянной стремянке и аккуратно вкручивает новый электрический прибор в ажурный плафон светильника. Старому служителю нет дела до очередного вооруженного отряда, пришедшего по душу очередного владельца дворца. За свою жизнь он перевидал их столько, что перестал обращать на них внимание. Кто бы не владел дворцом – светильники нужны всем…

Воспоминание мелькнуло и пропало. Николай остановился, потирая ладонью висок. Гулкие шаги Андрея Тимофеевича эхом разносились по всему помещению.

– Я тут еще не успел обустроить все. О внутреннем убранстве алтарной комнаты пока не думал – громко сказал боярин, обернувшись через плечо, – А мраморные стены и потолок сами появились. Изначально их вообще не было. Потом появились бревенчатые, как у избы. Затем стали обиты деревянными панелями. Теперь уже вот такие, в мраморе. И потолки повыше стали. Так-то изначально вообще здесь чистое поле было и алтарный круг. А я пожелал создать вокруг укрытие, и вот оно начало появляться.

Николай дернул головой, выходя из задумчивости и быстро догнал Андрея Тимофеевича.

Мраморный зал был внушительных размеров, во весь цокольный этаж, с высокими – метра четыре – потолками. Интересно, а если там, на первом этаже танцы устроить – здесь потолок будет дрожать? Так-то по логике должен, ведь никаких колонн или несущих стен в центре зала не видно. Но Николаю почему-то казалось, что нет, не будет. Эта алтарная комната – она сама по себе и не подчиняется известным Николаю правилам механики. Да и есть ли они тут, эти правила?

В середине комнаты на полу выделялся ровный круг из серого камня, матово поблескивающий в белом свете лампочек. В центре круга возвышался небольшой прямоугольный постамент, чем-то похожий на трибуну для выступлений. Высотой примерно по грудь Андрею Тимофеевичу, такого же серого цвета, как и каменный круг.