Иван Лагунин – Железный Орден (страница 77)

Почти физически ощущая, как утекает время, я послал за подкреплениями (в глубине крепости еще куковало с полсотни Бесов-Воителей легиона «Лукари»), но это и все что я мог сделать. Так как уже через пару минут и остальные части армии Ордена двинулись на штурм укреплений. Комнур не собирался давать нам возможность перебрасывать силы на угрожаемый участок. А когда вслед за Ветеранами на приступ нашего фланга пошло полсотни Рыцарей, я понял, что пизд*ц близок…

Уже первым броском они прорвались на второй ярус в двух местах. В отличие от Ветеранов, им не надо было морочиться с подъемами, дакири запросто мог доставить своего владельца на требуемую высоту. Пламенеющие залитые темной кровью Бесов фигуры, словно играючи принялись расправляться с остатками нашей обороны. Резервные десятки лишь на несколько минут сумели остановить их наступление. Верещащей гурьбой Бесы затопили кипящий клинками и смертью фронт, но лишь для того, чтобы раствориться в завалах из трупов.

Твою мать, мы просто утонули во вражьих воинах! Куда ни брось взгляд — везде наседают или облаченные в кольчуги и доспешные панцири ополченцы, или Рыцари. Тонкая линия моих воинов держалась из последних сил. На правом фланге дела шли получше, Саня, видимо, все-таки решил пожертвовать частью своих сил, и устроил ублюдкам жаркий прием! Настоящий фейерверк разметал чуть ли не половину противостоящих ему боевых порядков врага. В центре тоже все было грустно, но землянин послал туда своих резервных собачек и на некоторое время ситуация там выровнялась. Но а на моем фланге дела вскоре пошли совсем худо.

Я применил Дрожь земли и могучим пинком размозжил голову какого-то бедолаги. Бам-бам-бам. Я просто-таки притягивал стрелы сраных меерала. Спасал только Щит Дутура, коий я обновил уже в четвертый, наверное, раз. На место подохнувшего тут встали два новых Рыцаря. Слаженно прикрывая друг друга, они замахали мечами, норовя оттяпать мне что-нибудь дорогое. Мне пришлось применить всю возможную сноровку, чтобы отбиться от этих лихих парней.

Глухая тоска заедала сердце, каждую секунду на поле боя умирали мои юниты и каждая смерть кровоточащим шрамом пролегала по земному, все еще, сердцу.

Неужели Саня был прав? Черт подери, неужели этот самодовольный урод был прав⁈ И надо было сваливать? Но где я ошибся? В кое-то веки я все делал правильно! Да, я не мог предусмотреть появление тарана, что Комтур выставил на игральную доску буквально из рукава! Но после того, как орденцы пробились в крепость, клянусь сракой Экибастуса, я не сделал ни одной ошибки! Значит, ошибкой было вообще вступление в это гиблое сражение? Неужели этот сраный ублюдок все-таки был прав? Просчитал своим умудренным хрен знает скольки столетним мозгом ситуацию и выдал единственный разумный совет?

Этот чудовищно длинный день все тянулся и тянулся. Я махал секирой как заведенный, пытаясь прикрыть моих воинов. Бесы сбились вокруг меня в плотный строй, отвечая на каждую атаку орденских ублюдков контратакой. Тут были ветераны моих баталий. Бесы Черного Легиона прошли их все, от первых схваток со Сцилохорами, до битв с Цогцогами. И сейчас, они подобно гвардии Наполеона на полях Ватерлоо, были готовы умереть во славу своего Повелителя.

«Вождь…»

Отмахиваясь сразу от трех наседающих на меня Рыцарей, я даже, поначалу, и не расслышал этот с трудом пробившийся сквозь барахлившую мыслесвязь голос.

«Вождь!» — он раздался громче. И я с удивлением и трепетом узнал в нем дребезжащий тенорок Кузнеца.

«Я здесь, Вождь. У меня получилось».

ИНТЕРЛЮДИЯ 8

Тьма обволакивала становище, как заботливая самка песчаного грашта укрывает своим телом детеныша от палящего солнца. Жуж Скверное Око и пять его братьев уже были почти в зените. В это время Шиг-Нгар-Ухур выходит на Великую Охоту. Сегодня его добычей станут Семь Зверей Спеха и Детеныш Гуха, а это значит, что сила Сепхара Агу, по прозвищу Рык, будет максимальна.

Кагар Адык не был сведущ в Календаре Новых Богов, иначе никогда не стал бы объявлять Священный Круг в столь неподходящий для него день, хе-хе…

Сепхар непроизвольно повел плечами, щелкнув суставами. Нет, конечно же кагар не решится на открытую конфронтацию. Слишком многих преданных воинов он потерял от рук жрецов за последний месяц. Убийство Ашалыха и его людей не прошли даром. Адык слишком много о себе возомнил. Увы, так часто случается с вождями. Они забывают, в чьих руках настоящая власть. Власть, дарованная шепчущими устами Шиг-Нгар-Ухура, пламенеющим клинком Ганеша и сверкающим взором Гакотсы.

Удивительно, что он вообще до сих пор жив. Кагаров нуразгов свергали и за меньшее. Должно быть, Адык опутал глав Родов своим хитрым языком. Но и Сепхар не лыком шит. Не проходило и нескольких дней, как от власти кагара отваливался еще один из вождей.

Становище было не слишком многочисленным. От силы человек тридцать. Сепхар не верил, что кагар решится нарушить правила Священного Круга, но кто знает? Но даже если он совсем сошел с ума и все-таки попытается это сделать, пять жрецов, что Сепхар привел с собой, и три Сцилохора, спрятанные в их животах, раздавят людей Адыка словно сапог яйцевую ящерицу.

С востока тянуло дерьмом. Можно было бы заподозрить засаду, но крылатый шыш жреца Баара за последний час прошерстил окрестности в радиусе почти километра и никого, кроме укрытых в лощине гаваков не обнаружил.

Увидев жрецов, воины окружающие большой расшитый бисером и резными костями шатер кагара, вскочили с корточек и глубоко поклонились. Хороший знак. Уважение — это всегда хороший знак.

Кивнув в ответ, Сепхар отдернул занавес и зашел внутрь.

Здесь было прохладно. Хитрая система вентиляции вытягивала душный воздух, образовывая слегка заметный ветерок. В центре тлел масляной андар, освещая собравшихся вокруг него воинов.

Кагар Адык с безмятежным лицом кивнул вошедшим, взглядом указав на утоптанный центр шатра, где мелом был нарисован круг и разложено несколько выпотрошенных песчаных нусков. Сепхар Агу и его пятеро подручных проследовали на указанное место. Там Сепхар трижды сплюнул на пол, делясь священной влагой с каждым из Новых богов.

Подручных кагара тоже было пятеро. Сепхар знал их почти всех. Меернар Гавачий Зад, Шуха Лыбий, Бранда Длинноволосый и Хшар Большая Пятерня. Главные ближники Адыка, самые большие возмутители спокойствия, сколько Сепхар себя помнил. Когда-то у Шухи уже были проблемы со жрецами. На большой ярмарке, повздорив из-за красивой вдовы, он убил Скаргу Вороватого, и тогда Сепхару пришлось лично выпустить кровь из двух его сыновей.

Из присутствующих, жрец не знал лишь одного. Закутанный в балахон, тот сидел в глубине шатра, и от него веяло скрытой угрозой… Но больше и ничем. Силы, данные Сепхару Шиг-Нгар-Ухуром, огибали массивную фигуру будто пустое место. Должно быть, это был прославленный телохранитель кагара — Сыгытар Мясо.

— Ты созвал Круг, кагар. Говори, — произнес Сепхар, глядя сверху вниз на вождя нуразгов. Именно так должнО Отмеченному Богами разговаривать с простым смертным.

— Я рад, что ты пришел, Сепхар, — произнес Адык и на его крупном некрасивом лице заплясали мятые тени. — Увы, в последнее время у нас было много разногласий… И нам, нуразгам, это не пошло на пользу…

Слушая велеречивые разглагольствования Адыка, Сепхар кивал ему в такт, одобряя то, о чем он говорил, а говорил он довольно много. И про скорбящих вдов, и про отбившихся от руку рабах, и про ропщущих подневольных народах, и о недовольных богах… И когда Адык дошел до богов, Сепхар вскинул подбородок и перебил велеречивого вождя.

— Это с чего это ты взял, что боги недовольны нуразгами? Они недовольны тобой, потому что ты ослушался Ашылыха, сына Морха, а в последствии подло убил его!

Кагар флегматично пожал плечами.

— Если бы они были довольны нами, то даровали бы нам победу под стенами крепости Демонов, разве не так?

Сепхар открыл рот… но не сразу нашелся, что ответить.

— Сомнения! Сомнения в их силе и мощи были в сердцах твоих воинов, кагар! В этом все дело! — наконец сказал он и зло сплюнул.

Ближники Адыка нахмурились и недовольно заворчали. Этот плевок был явно не дар богам.

— А, может быть, они просто слабы против бога, что охраняет ту крепость?

— Ч-что-о⁈ — Сепхар задохнулся от ярости. Что за святотатство только что произнес этот выблядок⁈ Как он посмел сомневаться в силе Великой Троицы⁈

— По крайней мере, так говорит посланник, пришедший от Демонов.

Последнюю фразу Адык практически промурлыкал. А Сепхар непроизвольно посмотрел на сидящую у стены шатра фигуру.

О, Испепеляющий Взор Ганеша! В тот же миг, будто покрывало сдернули с его взора. Пришелец был полон ледяной тьмы. Он был ей накачан, как если бы шестьдесят шесть девственниц были принесены в жертву Большому Жужу! Мутная, полная ядовитого гнева и тварной грязи сила плескалась в нем, едва удерживаясь от того, чтобы не взорваться гнилостной жижей.

— Что ты наделал, Сын шлюхи! — вскричал Сепхар и в тот же миг пришелец встал и одним движением сбросил капюшон, обнажив костистое лицо?.. Морду?.. Рыло?.. Еще мгновение и его взгляд, остановив время, впился в Жреца Шиг-Нгар-Ухура.

«О, Повелитель, нашептывающий тайны мира звездам на краю Бездны!» — взмолился Сепхар. — «О пламенеющий Клинок Восхода и Чарующий Взгляд Страстной Битвы» — на всякий случай добавил он мольбы двум другим членам Великой Троицы. — «Влейти силу в мои члены! Дайте ничтожную частичку своей мощи, чтобы доказать неразумному кагару, чья воля всех сильнее в этом вселенной! Клянусь моим отцом, я отблагодарю! Я подарю вам сердце моей любимой дочери!»