Иван Лагунин – Железный Орден (страница 58)

Впрочем, опасения оказались напрасными. Мои воины были созданы для битв и подчинения командиру. То, что земному солдату-срочнику требовалось вбивать несколько месяцев беспощадной муштрой, Бес осваивал за час. Прибавьте к этому абсолютное (за небольшим исключением) презрение к смерти и беспрекословное подчинение командиру и получите практически идеальных воинов!

Я, конечно, несколько преувеличиваю, хе-хе… но в целом оно примерно как-то так и было. Единственный напрягающий минус был в том, что мои ребята были несколько… э-э-э туповаты и безынициативны (особенно новички). Но со временем их интеллект заметно возрастал. Ветераны уже вполне свободно общались между собой и могли даже поддержать несложный отвлеченный разговор, а также познали немало благ цивилизации, типа игры в кости, украшательства доспехов или приготовлении филе из Раба с гарниром из трав. Я слыхал, в Черном легионе появился даже некий умелец, что за умеренную плату мог выгравировать на доспехах хрен Вождя. А другой мастер, из «Гахагана-1», говорят, уже даже бил татухи (тлетворное, мать его, влияние ребят Зухара, от которых вообще, мои воины переняли множество, зачастую не слишком положительных, вещей). Гончие не отличались от своих двуногих собратьев и даже где-то им завидовали.

Пока я возился с новомодными построениями (быстренько пытаясь обучить парней простейшей монгольской «карусели»), подтянулся Фингал вместе с магом, а вскоре к ним присоединился и немного разгребший бедлам в Гахагане Гарей. Здесь, прямо на солнцепеке, я и посвятил их в план на кампанию. Более всего меня, конечно, интересовала реакция Сани, потому как именно его я собирался оставить за главного в Гахагане, взяв на себя манипулирование летучими отрядами, коими собирался тревожить тылы орденцев. (Естественно, я немного подстраховался, наделив правами вызова портала лишь Гарея).

— Вопросы, критика, предложения? — обозрел я собравшихся, когда закончил излагать диспозицию.

— Кобы. Их следует переправить их в Дыру. Здесь и так мало места, — сказал Гарей, поглаживая бородку.

— Хижина, Вождь! Надо еще Хижина! Без Хижина воин слаб! — повторил мои мысли Одноглазый.

— Смола, камни, кипяток, ловушки. Ничего этого сейчас нет. Крепость следует подготовить к штурму, — маг пожал плечами уже привычным жестом и принялся раскуривать самокрутку.

Я мрачно кивнул. Элементарные же вещи… Кои у меня совершенно вылетели из наполненной вселенскими проблемами головы! Помнится, еще при штурме Дыры нуразгами я сожалел об отсутствии горячей смолы. Теперь же нам ничего не мешает это сделать. Достаточно было набрать жидкой смолки — растения, что местные применяли для разведения огня (и использование коего переняли и мои Бесы для приготовления пищи).

— Гарей, Саня, займитесь этим.

Старик и маг по очереди кивнули, и мы продолжили обсуждение кампании.

Был уже почти вечер, когда я вывел войска из Гахагана. Несмотря на бессонную ночь и суматошный день, никакой усталости я не чувствовал, наоборот, кровь бурлила в предвкушении битвы, а мозг работал как часы, просчитывая варианты. Я даже слегка удивился собственному состоянию духа. Куда-то сгинула неуверенность и многочисленные страхи. То ли сотни моих воинов вселяли уверенность в собственных силах, то ли Славик с Земли, наконец, получил некое крещение этим миром и занял свое место в нем… не знаю.

«Серый» отряд, «Скорж-2», троица моих ординарцев и четверка верховых Шаманов на Гончих, взятых из расквартированной в Гахагане части отряда Цербера. Всего 156 зубастых и клыкастых рыл, считая Шарика! Внушительная сила по местным меркам!

— Воины! — обратился я к огромной разномастной толпе. — Сегодня мы начинаем славный поход! Будьте стойки, будьте яростны и… доблестны!.. И тогда наешьтесь свежего мяса врагов до отвала!

Клянусь, я не собирался этого говорить!.. Твою мать, на миг, словно Агрбадан завладел моими устами! Волна гнева на сраного сынка Дутура ворвалась в мозг, но сгусток его сознания сладко позевывал во сне, будто и не пробуждался.

Р-р-р… Что за хрень? Неужели вновь вернулись кровавые накаты, что часто мучили меня в начале пребывания на Рране?

Но воины такое напутствие приняли как нельзя лучше. Небо грянуло на землю, когда полторы сотни глоток взорвались криками во славу Агрбадана. Меня обдало горячей волной восхищения и преданности. Черт подери, в этот момент я мог бы сварганить Кулак Огня без всякой Маны Хаоса!

Я поднял руку, и крики смолкли. Настала пора действовать. Колонна войск тронулась в путь.

Глава 24

На полпути к Долине Волн мы встретили уставших ковыляющих Бесов во главе с Капитаном Быром. Странно, но Гончая от Барбоссы, видимо, не добралась до Гахагана. То ли постарались монстры, то ли кто-то похуже. Многие из воинов были ранены, но бравый кэп все равно вел их строгим строем. Они поприветствовали нас нестройными криками, я же лишь кивнул и, не останавливаясь, погнал своих ребят дальше.

Спустя пару часов мы были на месте. Использовав Взор Ахара, я быстро нашел лагерь Барбоссы. Он расположился на том склоне, где совсем недавно мы гоняли Маракеша. Лишенный рабочей силы в виде Бесов, он все-таки смог с помощью Гончих образовать некое подобие защитной стены из валунов, которая, впрочем, для Гончих и Скоржей, оставшихся в его распоряжении, была не слишком-то и нужна.

— Прости меня, Повелитель, за то, что подвел тебя… — сказал мой верный Барбосса, когда я, спешившись с Шарика, подошел к группе моих унылых воинов.

— Ты сделал все, что мог. Я не виню тебя, мой верный пес.

Я хлопнул его по плечу, и на костистом лице Генерала расплылась улыбка.

Вообще, я заметил, что мое длительное отсутствие серьезно сказалось на душевном состоянии юнитов. Одноглазый и его Бесы, чуть не плакали от радости, когда я портанулся в Гахаган, унынием Барбоссы можно было загнать в депрессию Пьеро, и даже Капитан Быр — этот бравый вояка-ветеран и тот был необычайно нервнен.

— Докладывай, — приказал я, усаживаясь на валун. Вокруг сгрудились остальные командиры и Генерал заговорил.

К нынешней ночи обстановка была такова:

Главные силы Ордена насчитывали примерно четыре сотни Железных Рыцарей и более тысячи воинов вспомогательных сил. Кроме того, вместе с ними шло еще две-три сотни некомбатантов с многочисленными повозками, груженными припасами. Колоссальная толпа по местным меркам! Гроза всего Хасука (части равнины, раскинувшейся за Рубцом) — нуразги, не могли выставить и трети от подобной численности! И это был только передовой отряд! Сколько движется следом и сколько еще находится за перевалом, понять было невозможно. Противник имел примерно две сотни верховых на гаваках и, разбросав их веером впереди идущей армии, старался перекрыть Барбоссе разведку.

Правильной походной колонны у орденцев, конечно, не получалось, в связи с тем, что для пехотинцев Равнина представляла собой страшно пересеченную местность, когда, бывало, приходилось делать огромные крюки в сотни метров, чтобы только обойти незначительную трещину трехметровой ширины, которую при должной сноровке мог перепрыгнуть даже груженый всадником гавак. Потому шли тремя группами. Мощный авангард, основные силы и обоз под охраной.

В первый день армия Ордена прошла чуть более десяти километров. Не сказать, чтобы ей этот поход давался легко. Жуткая местность, палящее солнце, постоянно встречающиеся монстры — все то, к чему я уже привык и не замечал, для воинов из-за гор было в новинку. Но я не сомневался, что эти упорные парни для достижения цели преодолеют все преграды.

К ночи, когда они разбили лагерь, Барбосса решился провести беспокоящую атаку. Весь день его Гончие висели на горизонте, прощупывая западный фланг походного ордера (восточный был защищен горами) и в полночь он ударил по противнику с тыла.

В принципе, инстинкты пса-убийцы его не подвели. И начало атаки получилось весьма удачным. Лагерь противника был слишком обширен, чтобы охранять его достаточно хорошо на всем протяжении границ. Барбосса выбрал ту часть, где немного на отшибе стоял большой вспомогательный отряд и, оставив в резерве немногочисленных собачек, бросил в атаку Скоржей и Бесов.

Возникшие из тьмы ужасного вида враги в мгновение ока смяли караулы и ворвались в расположение спящих людей. Скоржи серой рекой хлынули в палатки, а Бесы, группами по 5–7 рыл уничтожали всякое подобие сопротивления. И здесь, видя успех, Барбосса совершил ошибку. Наведя шорох, нужно было драпать как можно скорее, пока в дело не вступили сами Железные Рыцари, но… Увы, мой Генерал еще не видел их в деле.

Очень быстро, спустя всего десять минут после начала атаки, от основного лагеря подошел крупный отряд Рыцарей, и несколькими умелыми ударами бронированных клиньев рассек войска Барбоссы на несколько частей, после чего моим воинам пришлось спасаться бегством. Генерал рассчитывал, что сумеет оторваться в ночи, но, как оказалось, Железные Рыцари если и видят в темноте хуже моих воинов, то совсем на немного. Лишь сконцентрированный удар Гончих остановил преследование и позволил остальным скрыться.

Что ж. Расклад был ясен, а значит пришло время приступить к делу. Я намеревался сделать так, чтобы воины противника не сомкнули глаз ни этой, ни следующей ночью.