Иван Лагунин – Виршеплет из Фиорены (страница 17)

— Р-р-р. Сержант Бафар! Избавь меня от него! — наконец вспылил шериф.

— Пойдем, парень… — Толстяк взял меня под локоть и оттащил в конец быстро шагающей группы.

Шли молча. Народу попадалось немного. Если утром можно было встретить целую череду подвод, купцов, курьеров, писцов и прочего делового люда, то к вечеру тракт пустеет. Спешно забранные из Сантана стражники, глядя на хмурого шерифа и дрожащий нос Барагавы, постепенно тоже перестали перешучиваться.

Когда мы с толстяком подошли к выходу из городка, там уже топталось два десятка человек — базелская и местная стража. Их можно было различить по цвету плащей. Черные, с вышитым на всю спину красным контуром «графской горы» — у стражи Базела и серые — у стражи Сантана. Они озабоченно переговаривались, спешно подтягивали ремешки кирас и проверяли оружие — длинные алебарды и короткие мечи. Насколько я понял, большую часть стражи Сантана пришлось оставить сторожить причалы, где был ошвартован хандагадарский галеон треклятого кэпа Бара Бычеуха. Корабль был взят под прицел портовых баллист. Наш же отряд должен будет задержать фальшивого купца, если он уже возвращается в Сантан. А если он еще в замке, то пополнившись стражниками Базела, мы во все ноги поспешим в графскую обитель.

Честно говоря, я во все эти стратагемы особо не вникал, понял только, что Барагава как-то послал весточку в замок. Меня почему-то больше волновали взгляды треклятых стражников! Бесово мужичье тыкало пальцами в мои попорченные с характерными разводами шоссы, а я был готов провалить под землю от стыда!

Пыхтящий сержант Бафар, похоже, по секрету всему свету, ввел в дело сантанских солдат. Перспектива схватиться с дюжиной орков никого не прельщала. Держу пари на свои уши — будь их воля — дали бы стрекоча куда подальше! Несчастные бедолаги еще не были в курсе, что орки — не самое страшное, с кем им предстоит встретиться. Что-то мне подсказывало, что этот урод Агар — та еще умелая магическая сволочь.

Мне подумалось, что ох как я бы не отказался увидеть рядом Сервиндейла. Длинный маг явно тоже серьезный перец. Куда он, интересно, подевался? Ищет треклятых тварей? Или просто отсиживается в сторонке? Хотя, нет. Я думаю, что такие, как он, не отсиживаются в сторонке. Значит, он уверен, что Ксадару и Барагаве по силам разделаться с Агаром и его ручными орками. Но почему-то в этом не уверен я… или я чего-то не знаю?

На супостатов наткнулись внезапно. Когда, обогнув очередной каменистый холм, мы вступили в небольшую рощицу, впереди послышались грубые голоса и хриплый гогот. А вскоре показались и они.

В середине небольшой колонны покачивался крытый, украшенный бархатом и золочеными финтифлюшками двухместный паланкин. Носилки тащила пара старых сгорбленных орков, то были местные подсобные рабочие, коих всегда можно задешево нанять в любом портовом городке. А рядом вышагивало с дюжину других орков. И при виде этих огромных страхолюдин в вареной, с нашитыми металлическими бляшками, коже, мне стало дурно. Твою мать… Я быстро огляделся, выискивая укрытие, куда можно пристроить свою задницу. Че тут опознавать? И так понятно, где сидит этот трижды трахнутый ястребиноносый!

Ксадар притормозил, словно налетев на стену. Что и говорить — орава орков выглядела представительно… и очень, очень, твою мать, опасно! Двуручные мечи, топоры, бритые татуированные головы, блестящие на тусклом вечернем солнце, клыки. Бывшие с нами стражники подобрались и сжались в жалкую кучку, словно стараясь спрятаться друг за друга.

Один из орков тихонько свистнул и что-то проговорил на своем языке. Колонна зеленых громил остановилась, а паланкин опустился на землю.

Ксадар вздохнул, бросил взгляд на побледневшего Барагаву и решительно зашагал к оркам.

О вымя великанши… может сразу свалить?

И я бочком-бочком стал обтекать застывших стражников… пока сержант Бафар не схватил меня за шиворот и не подтащил к шерифу. Проклятый толстяк, словно знал, из-за кого заварилась вся каша!

Мы остановились метрах в двадцати от орков. А я бы предпочел — оказаться минимум на соседней ойкумене!

— Приветствую, уважаемые! — громко крикнул Ксадар. — Меня зовут Ксадар фо Порто и я являюсь шерифом ойкумены Ледяная Гора, лично назначенным графом Хисаром да Рома! С кем имею честь общаться?

Орки загудели, и вперед вышел здоровенный, абсолютно лысый верзила с двуручником за спиной. Верзила тягуче нахально сплюнул и пророкотал:

— И тебе привет, шериф. Это почтенный э-э-э… месье Буг с ойкумены Тенова Боругвь с подручным. А я, Хогрн Барихулг, и мои ребята — охрана почтенного э-э-э… купца.

Как только до меня дошел смысл имени бравого Хогрна я чуть не прыснул со смеху, невзирая на момент! «Барихулг» — «Баари Холго» — два — девять, ы-ы-ы! Обычная цифра, если не знать обычаи орков!

— Мне нужно поговорить с почтенным месье Бугом!

Орки как-то с насмешкой переглянулись, а потом Барихулг подчеркнуто медленно, вразвалочку, подошел к носилкам и вновь пророкотал:

— Тут шериф, хочет поболтать с Вами, месье…

А в следующий момент мне стало не до веселья. Из паланкина неторопливо вылез трижды трахнутый ястребиноносый! А кого, собственно, я ожидал здесь увидеть? Бранемора Талантея?

Фальшиво улыбаясь, он посмотрел на Ксадара. А потом на меня. Твою же мать! Мне захотелось провалиться под землю. Аска, о Ушедшие, бери ноги в руки и вали отсюда!

Я пойманным зайцем трепыхнулся в руках сержанта Бафара, но усатая сволочь держала крепко.

— Рад встрече, уважаемый сир фо Порто. Чем обязан?

Я обратил внимания, что фальшивый торговец одет в тот самый халат, в котором я впервые увидел его через синкляр.

— По каким делам, вы, уважаемый месье Буг, прибыли на ойкумену Ледяная Гора?

— По торговым, — коротко отрезал ястребиноносый.

Он подчеркнуто игнорировал застывшего Барагаву. Тот стоял ко мне спиной, но могу поспорить на свои уши, что глаза его разгорались голубым светом.

— А по каким делам вы посещали Базел нынче днем?

— По торговым, сир фо Порто, мне была назначена аудиенция у почтенного графа Хисара.

— И как здоровье графа?

— К сожалению, ничего не могу поведать Вам о его здоровье. Аудиенция была отменена из-за известных прискорбных событий… Но, сир, к чему эти расспросы? — долбаный маг нагло уставился в глаза Ксадару, а окружающие его орки недобро заворчали.

Шериф неуверенно оглянулся на Барагаву, а тот едва заметно отрицательно покачал головой. Ядреный пень, что за гляделки? Что наш дипломированный специалист имеет ввиду? Не чувствует мага в этом «месье Буге»? А может быть советует свалить куда подальше? О Ушедшие, знаю, что молиться вам сейчас глупо, но сделайте так, чтобы мы тихо-мирно разошлись по домам. Замочили старого пердуна? К бесам старого пердуна! Я жить хочу!

Я вдруг понял, что значит выражение «затряслись поджилки от страха»! Бараний рог мне в зад, они действительно затряслись! Держу пари на свои уши, что воздух сейчас треснет от этих витиеватых оборотов!

— Уважаемый месье Буг, в последние дни на ойкумене было зарегистрировано несколько несанкционированных магических всплесков, часть из которых можно идентифицировать, как принадлежащие к «темным» системам построения потоков… — решившись, взял слово Барагава.

— Магические всплески? Темные потоки? И причет здесь я? — ястребиноносый в притворном изумлении приподнял бровь.

— У нас есть веские основания предполагать, что в-вы можете быть причастны… к этим всплескам…

— То есть вы, мессир, обвиняете меня в том, что я «последок»? — каждое слово Агара, казалось, растапливало, из последних сил хранимую, маску спокойствия мессира Барагавы. — И у Вас есть доказательства?

— Д-доказательств пока нет… сир, н-но я пр.. требую Вас сопроводить меня до замка, где при помощи специальной магии в-вы будете проверены на соответствие магическим выбросам об…

— Я отказываю Вам в вашей просьбе, — резко оборвал его ястребиноносый. А я пошатнулся на ватных ногах и повис на плече беззвучно матерящегося сержанта Бафара.

— Н-но…

— Это не просьба, это приказ! — оборвал блеяние дипломированного мага Ксадар и выразительно положил руку на рукоять меча.

Впрочем, этот жест орков скорее позабавил, чем напугал. Твою мать… вот прям ща нас тут и закопают. О Ушедшие, Ксадар, плюнь ты на них, пускай себе топают в Сантан!

Все произошло в одно мгновение. Когда от разлившегося напряжения, воздух, кажется, уже звенел.

То ли Барагава сделал какой-то неуклюжий жест, то ли решил, наконец, перейти от слов к делу, но ястребиноносый вдруг резко дернул головой, переведя взгляд на нашего дипломированного специалиста, и бросил пару злых резких непонятных слов.

Раздался глухой хлопок, от которого заложило в ушах, блеснула вспышка, и тощая фигура Барагавы медленно «сложилась» на землю.

Проморгавшись, я в ужасе посмотрел на дипломированного специалиста, ожидая увидеть море кровищи, как с давешним орком, но на вид Барагава был цел, и, кажется, даже был в сознании!

Люди и орки застыли. Ксадар в растерянности переводил взгляд с поверженного мага на ястребиноносого, который с непонятным удивлением смотрел на изломанную тушку в коричневом сюрко. И, тысяча бесов мне в глотку, его взор полыхал просто океаном голубого огня!

Я взглянул на трясущего головой поверженного Барагаву, на бледного, тянущего меч из ножен, Ксадара, на сбившихся в жалкую кучку стражников и… заверещал, что есть мочи, пытаясь вырваться из хватки треклятого сержанта! Но, тот, словно от этого зависела его жизнь, с какого-то ляда вцепился в меня мертвой хваткой!