Иван Ковтун – Технология лжи. Нацистская антипартизанская пропаганда на оккупированных территориях СССР. 1941–1944 гг. (страница 18)
Что касается употребления термина «банды» на Восточном фронте, то еще 11 сентября 1941 г. его использовал генерал фон Шенкендорф в своей памятке[284]. Его подчиненный, начальник отдела пропаганды «В» капитан Альберт Кост, в отчете о моральном состоянии населения Смоленска и близлежащих районов в ноябре 1941 г., повторяя некоторые пункты инструкции «Партизан, его организация и борьба с ним» от 12 октября 1941 г., отмечал: «В борьбе с партизанским движением особое значение имеет использование пропаганды. Необходимо исключить термин “партизаны”, означающий для русских борцов за свободу, и заменить их обозначениями типа “диверсанты, бандиты, налетчики” (
Фактически в органах рейхсфюрера СС термин «банды» был официально узаконен в самую последнюю очередь. В начале сентября 1942 г. сотрудники РСХА подготовили брошюру «Борьба с бандами». Один из разделов пособия (озаглавленный «Пропагандистское разъяснение населению») советовал рассматривать партизан под следующим углом: «Москва называет бандитов “партизанами” и “героями”, на самом деле они самые настоящие трусы. Они храбры за счет бедных запуганных людей, которых они грабят повсюду, отнимают продукты…»[287] Подобные формулировки авторы брошюры предлагали использовать в листовках, периодике и объявлениях.
18 августа 1942 г. вышла известная директива Гитлера № 46 «Об усиление борьбы с бандитизмом на Востоке». Данный документ касался реорганизации борьбы с партизанами и распределял обязанности между вермахтом и СС: сухопутные войска несли ответственность за уничтожение партизан в армейском тылу, а органы и войска Гиммлера – в зоне гражданского управления. При этом командующие охранными войсками обязаны были оказывать высшим фюрерам СС и полиции не только помощь средствами связи и снабжения, но и обеспечивать поддержку подчиненными им частями и подразделениями. Сами силы СС, располагавшиеся на территории гражданской администрации, предлагалось расширить за счет выведенных на время с фронта частей и соединений войск СС[288].
Планирование контрпартизанских акций на Востоке теперь должно было строиться на основе директив оперативного управления ОКХ оперативными отделами штабов групп армий, специальных штабов и штабов начальников тыла, полевыми комендатурами, штабами начальников СС. Планы операций рассматривались и утверждались генерал-майором Адольфом Хойзингером. После проведения операций оперативные отделы штабов групп армий обязаны были составлять сводки (полумесячные и месячные), представляющие собой отчет перед оперативным управлением генштаба ОКХ. Одновременно формой отчетности были ежедневные, утренние, вечерние и внеочередные донесения в оперативное управление[289].
В директиве № 46 была поставлена цель: к зиме почти полностью уничтожить партизанское движение и умиротворить территорию. Более того, предписывалось вести активную «борьбу с бандами», применяя самые жесткие меры против тех, кто поддерживает партизан. Вместе с тем в документе говорилось, что с населением нужно обращаться справедливо. Немецкое руководство также признало, что продукты следует раздавать людям, иначе ряды партизан будут расти[290].
Директива призывала объединить усилия всех нацистских ведомств для разгрома советских партизан. Поскольку роль СС в «борьбе с бандами», согласно распоряжению Гитлера, становилась центральной, то служебно-боевая деятельность эсэсовских формирований нуждалась в дополнительном пропагандистском обеспечении. Для этого 10 сентября 1942 г. в Берлине при отделе I/8 (группа «Пропаганда – Восток») министерства Розенберга создали рабочий комитет. В состав организации вошли представители СД, СС, полиции и ведомства Геббельса[291].
Во время совещания члены комитета приняли ряд важных решений. Во-первых, были определены районы пропагандистского обслуживания СС (генеральные округа «Вайссрутения» и «Волынь – Подолия», прифронтовая область группы армий «Центр»); во-вторых, были подготовлены указания о создании в Минске штаба связи, объединяющего все пропагандистские силы в районе ответственности (начальник штаба связи – командующий полиции безопасности и СД в «Вайссрутении», оберштурмбаннфюрер СС Эдуард Штраух); в-третьих, были отданы распоряжения об изготовлении и рассылке по соответствующим инстанциям 14 различных листовок (тираж каждой 300 тыс. экз.), одной газеты (250 тыс. экз.) и двух плакатов; в-четвертых, штабу связи дали поручение изготовить собственные листовки и воззвания; и, в-пятых, штабу выделили большое количество водки, соли и табака для вознаграждения коллаборационистов, отличившихся в «борьбе с бандами»[292].
Одним из ключевых результатов совещания стало определение главных направлений дальнейшей пропагандистской деятельности. Исходя из директивы № 46, члены комитета обозначили четыре основных вектора: просвещение населения, поощрение борцов с партизанами, обращение к населению, запуганному «бандами», и обращение к самим партизанам[293].
Комитет рекомендовал пропагандистам сосредоточить усилия на расколе между партизанами и населением. Чтобы достичь указанной цели, требовалось, в первую очередь, интенсивное влияние на мирных граждан. Для этого население разделили на три целевые группы: активное меньшинство, сочувствующее «бандам», нейтральное большинство и активное меньшинство, дружественное оккупантам. По замыслу противника, опираться нужно было на дружественное меньшинство, чтобы с его помощью склонить на сторону захватчиков нейтральное большинство, в то время как враждебное меньшинство следовало удержать от поддержки «банд» или устранить. Иной подход использовался в отношении партизан, которых поделили на две группы: «фанатичные сторонники банд» (командиры, комиссары, евреи и др.) и рядовые красноармейцы, бывшие пленные и гражданские лица, «загнанные в банды». Партизаны из первой группы, несмотря на агитацию, подлежали безусловной ликвидации. Работа с объектами второй группы имела перспективы, но при условии, если последовательно будут применяться манипулятивные технологии[294].
Как можно заметить, в совещании комитета не принимали участие представители пропагандистских структур вермахта. Однако это мероприятие не осталось без внимания со стороны армии. На следующий день, 11 сентября 1942 г., начальник отдела пропаганды ОКВ полковник фон Ведель выпустил инструкцию о ведении антипартизанской пропаганды. Так как в директиве № 46 говорилось, что оперативный штаб ОКВ занялся разработкой нового наставления по борьбе с партизанами, то все армейские органы, начиная от штабов командующих охранными войсками и заканчивая комендатурами, были обязаны прислать в Берлин отчеты о накопленном опыте в партизанской войне. Ведель, опираясь на сообщения отделов и рот пропаганды, подготовил руководство, в котором попытался отразить самые важные аспекты, связанные с ведением антипартизанской пропаганды[295].
На основании опыта, полученного в контрпартизанских операциях, предлагалось создавать при боевых и ударных группах вермахта, СС и полиции специальные группы пропаганды (
Ведя пропаганду на население, личный состав группы пропаганды обязан был придерживаться основного принципа: «Победа германского вермахта приносит пользу населению. Он защищает его жизнь, свободу и собственность». Населению нужно было внушить мысль, что победа Германии неизбежна, а возвращение большевиков невозможно. Здесь Ведель, учтя замечания генерала Шенкендорфа, предлагал информировать мирных граждан о положении на фронте. Кроме того, раскрывая перед населением перспективы будущей жизни, пропагандисты должны были рассказывать о прекрасных условиях, ожидающих крестьян. За образец предлагалось брать жизнь немецких тружеников села, достигших больших результатов в хозяйстве. Однако, отмечалось в документе, хорошая жизнь не наступит, если население помогает партизанам. Помощь партизанам – это ущерб самому себе. Тот, кто хочет нормальной жизни, должен активно участвовать в борьбе с партизанами и помогать немецкой армии. Только на территории «свободной от банд» люди находятся под защитой и не боятся за свою собственность. Вместе с тем в инструкции подчеркивалось: «Немецкий вермахт будет чувствовать себя обязанным только перед теми местными жителями, которые эффективно поддерживают его в борьбе с бандами. Давать обещания населению следует только в рамках приемлемого и возможного. Обнадеживающие заявления и невыполненные обещания в конечном счете озлобляют и имеют противоположный эффект»[296].