Иван Константинов – Ястреб в огне (СИ) (страница 8)

— Он… и не дышит вовсе. — Хрипло сказала Пиона, присев рядом, и обнимая Таню. — Может, позвать кого?

Мириам оглянулась, но Сломанной Маски больше не было рядом — как тогда в переулке, несколько мгновений выпали из памяти. Исчез странный человек в пыльном плаще, но у входа в переулок стояли трое гвардейцев, и доктор, с тяжелым игольником в здоровой руке.

— Что здесь случилось? — Спросил доктор, глядя на нее поверх очков. — Это опять вы? Вы… можете хоть несколько минут никого не убивать?

V.

Площадь перед магистратом бурлила.

От легкомысленных двухцветных зонтиков не осталось и следа. Их смыло движением людей, заполнивших площадь и прибывающих из переулков, как россыпи цветов, оказавшихся на пути весеннего паводка. Серые плащи беженцев, белая одежда горожан бурлили в одном водовороте с яркими платьями женщин, издавая ровный звук, похожий на гудение и плач одновременно, усиливающийся и ослабевающий одновременно с движениями толпы. В этом звуке гасли отдельные голоса, и Мириам начало казаться, что о двойной гвардейский заслон бьется вода, холодным потоком разбиваясь о бетон.

Пока люди не осмеливались подойти к заслону близко, их словно удерживала невидимая преграда, начинаясь в двух метрах от черных гвардейских щитов и тяжелых игольников. Но ее могло не хватить надолго — из толпы уже вылетели несколько камней, ударившись в щиты. Как тяжелые дождевые капли о горячую землю, перед тем, как небо разродится ливнем.

Даже за третьим рядом заграждения, закрывающим бреши между бетонными блоками у входа в магистрат, Мириам чувствовала жаркую пульсацию цвета толпы. Не отдельных цветов тысяч людей, собирающихся на площади, а один, общий — безумный, бьющийся в ритме огромного, нечеловеческого сердца…

— Плохи дела. — Заговорил шериф, стоя рядом, под щитом с автоматическим орудием, направленным в толпу. — Барона требуют. Громче всех проповедники орут — вон там, глянь, и дальше. Сдается мне, что они и не проповедуют вовсе.

— Да. — Ответила Би, и маска обхватила ее лицо. На этот раз медленнее, позволив Мириам рассмотреть, как поднимаются мягкие створки, удерживаемые черными бронированными трубками, и сдвигаются сегменты шлема, обнажая скрытые в них продолговатые линзы: три с одной стороны, одну с другой, ничем не напоминающие человеческие глаза.

— Ты что? — Удивился шериф. Би не ответила, молча отодвинула плечом стоящего впереди гвардейца со щитом и вышла в пустой ряд между заслонами. Она вообще произнесла едва ли несколько слов с того момента, как они ушли от госпиталя. Мириам все страшнее было думать о моменте, когда Би спросит у нее… обо всем.

— Сомкнуть щиты! — Команда, произнесенная усиленным механическим голосом, разнеслась над площадью, заставив толпу умерить свое гудение до едва различимого шепота. Би, оставшись стоять перед заграждением, расстегнула ремешки плаща и позволила ему упасть на землю. От этого простого движения стоящие перед ней люди поддались назад. Словно невидимая преграда перед барьером внезапно стала толще — три метра, пять метров… шесть, когда щелкнула наваха Би.

Толпа замерла в ожидании. Би положила наваху на плечо, игольник в ее левой руке смотрел вниз.

— Среди вас есть предатели! — Проговорил механический голос, усиленный до полной неузнаваемости, нечеловеческий. — Сегодня утром они начали убивать. Кто хочет им помочь?!

Гудение в толпе усилилось. Видимо, задние ряды давили на передние, потому что люди перед Би едва удерживались от того, чтобы не упасть, или шагнуть к ней.

— Не слышу ответа!

— Ты не барон! — Выкрикнул голос в задних рядах, показавшийся Мириам очень слабым по сравнению с голосом Би. — Пусть барон с нас спрашивает, а не ты!

— Хотите, чтобы барон вас защитил? — Спросила Би. — Не слышу, хотите или нет?!

Толпа вскипела.

— Хотим! Пусть он сам выйдет! Где он был, когда мой дом взрывали! — Надорвался в толпе другой голос, и гудение усилилось, перерастая в рев.

— Тогда помогите ему, а не стойте здесь!

— Да кто ты такая! — Вылетевший из толпы камень брызнул искрами — Би отбила его навахой и шагнула вперед, заставив людей отшатнуться.

— Следующего, кто бросит камень, я пристрелю! — Толпа замерла, как одно огромное существо, с десятками лиц и сотнями глаз, перед другим жутким созданием, маленьким, но смертоносным.

— Среди вас предатели, и они кричат громче всего. Давайте — я запоминаю лица… тебя, тебя, и тебя. — Наваха указывала в толпу, заставляя людей расступаться и оглядываться. — Те, кто взорвал башню — среди вас, и я найду их. Вы привели сюда невиновных — но вы не спрячетесь за их спинами

Би шагнула вперед, дважды, так быстро, что в переднем ряду возникла давка.

— Расходитесь и готовьтесь к обороне! — Проревел механический голос. — Это приказ барона. Каждый, кто останется на площади — предатель! Расходитесь!

Толпа вздрогнула в нерешительности.

— Ты не барон! — Закричал знакомый уже голос в задних рядах, но его слова утонули в другом звуке, больше всего похожем на тяжелый вздох. Он прозвучал совсем рядом, слева от Мириам, у второго заграждения — и мостовая в метре перед Би взорвалась узкой направленной полосой, обдав ближайших горожан облаком белой пыли.

— Кто не понял приказ?! — Из-за гвардейского заграждения вышел человек в механической броне. Черной, словно побывавшей в огне, и больше всего походившей на набор частей от боевого кара — массивные щитки на груди и бедрах, наголенники, связанные механическим приводом с двигателем на спине. Мириам помнила, как отец помогал чинить такую же, тяжесть стальных пластин… А человек в броне тем временем тяжело прошел перед барьером из щитов и встал рядом с Би. Огромное орудие, которое он держал на бедре, теперь смотрело прямо в толпу.

— Кто не понял приказ барона!? — Из перегороженных переулков у магистрата начали выходить люди, в такой же черной механической броне и с оружием. Они выходили, и выстраивались перед барьером слева и справа от Би — десяток, затем второй.

Толпа качнулась и подалась назад. Еще один тяжелый вздох разнесся над площадью. Взлетели обломки мостовой, и толпа вскипела, откатываясь от магистрата.

— Ну что, барон? — Человек, стоящий рядом с Би, обвел рукой площадь и людей, поспешно разбегающихся в переулки. — Как мы тебе сходу помогли?

— Я не барон. — Ответила Би, складывая наваху.

— О, и точно. — Оплавленный щиток шлема сдвинулся в сторону и вверх, открывая короткую светлую бороду и извилистый шрам на щеке. — У него и приблизительно нет таких… форм. Я Нильс Ланье, тяжелая моторизованная группа.

— Я знаю кто ты, Ланье.

— Польщен. И откуда?

— В последний раз, когда мы виделись, ты сбежал. — Би развернулась, и пошла обратно к Мириам. Человек в тяжелой броне смотрел ей вслед с нарастающим изумлением. Площадь за ними стремительно пустела. От страшного существа со множеством глаз, которое стояло там секунды назад, не осталось и следа — по городу разбегались обычные люди, их цветом был страх. Монолитная стена щитов тоже дрогнула — следуя приказу шерифа, группы гвардейцев отделялись от строя, расходясь по переулкам следом за горожанами.

— Погоди-ка… будь я проклят, это ты?

— Зря ты так! — Крикнул шериф, на секунду оторвавшись от переговорника — Людей напугала. Теперь и не ясно, кого они больше бояться будут!

— Пусть лучше боятся меня. — Воительница кивнула на второй ряд гвардейцев, стоящих между бетонными укреплениями. — Ваши люди хорошо держались, не ожидала. Молодцы.

— У нас были случаи потренироваться, но так быстро еще никто не разбегался. Я думал, до шумовых гранат дело дойдет. Хорошо, наемники вовремя подоспели, как раз к комендантскому часу.

— Да, эти всегда вовремя…

Человек в тяжелой броне, назвавшийся Нильсом, снял шлем. Его длинные светлые волосы рассыпались по черным наплечникам.

— Я не сбежал! — Крикнул он вслед Би, и уложил на плечо свое оружие, выглядевшее как пушка, снятая с кара. — У меня кончились боеприпасы…

— Наплевать. — Ответила Би, не оборачиваясь. — Ты мог драться…

— Не мог!

— Неважно! Это было… давно. Все закончилось.

— Две недели назад. — Нильс прошел через строй, и встал перед шерифом, глядя на Би сверху вниз. — Но ты жива. Получается, я тебе должен.

— Выбирайте, где разместиться. — Прервал его шериф. — И загоните кары за стену, они нам здесь нужнее будут.

— Я отправлю ребят. — Ответил Нильс, и снова посмотрел на Би. — Насчет долга… я серьезно.

— Завтра увидим, насколько. — Ответила Би.

— Можно и сегодня. А что, барона еще нет?

— Ты его видел?

— Да ясное дело. Он нам здорово помог…

— Чем?

— Мы шли с караваном, большим, сотни на полторы машин. В тридцати километрах к северу нарвались на засаду.

— Рейдеры?

— Нет, кто-то посерьезнее. Только и они нас увидеть не ждали. Мы кары замаскировали, и когда они по передним ударили, мы их из минометов накрыли. А потом джет подоспел, они и отошли. Барон за ними рванул… я думал, он уже тут.

— Ты уверен, что нападали не рейдеры? — Би провела рукоятью навахи по зарубке на нагрудной пластине доспеха Ланье, и тот отстранился. — Вы видели трупы?

— Нет, не до того было. Сожгли им с десяток машин, и все. Кары были не военные, но из тяжелых, на таких по пескам не полетаешь. Так что, шериф, где нам встать?

— Сейчас решим. Казармы забиты, а с гостиницами и того похуже…

— Человек пять могут остановиться у нас. — Сказала Би, и Мириам от неожиданности закашлялась.