Иван Константинов – Ястреб в огне (СИ) (страница 25)

— Мало ли, было несколько моментов. Хорошо, что мы этим обезьянам настоящего оружия не даем.

— Проблема в том, что это не обезьяны, а люди.

— Люди? Хорошо ты не видел, что там эти «люди» друг с другом вытворяют.

— А что мы делаем с ними? Об этом ты задумывался? — Клод в упор посмотрел на Альмейде, но тот не поднял глаз, по-прежнему буравя взглядом пол. — Хотя зачем тебе… Думаю, Джино пошел вниз, чтобы помочь им.

— Мы им помогаем…

— Не так, как мы! Пошел, чтобы рассказать, или научить… только поторопился. Если бы замедлители радиационного поражения не сработали, он бы умер в первые шесть дней. А так протянул почти два месяца… триумф биохимии.

— Пойду я. — Мрачно сказал Альмейде. — А то тебя можно и до карцера дослушаться.

— А ты знаешь, что там, внизу, слова «брат», «отец», «мать» все еще что-то значат? Больше, чем просто отметки в документах или фамилии, данные при выходе из родильного бокса?

— Уже и так болтают, что ты слегка не в себе, с тех пор, как перебрался к нам, на низкую орбиту. Ты бы не перегибал палку.

— Думаешь, за разговор со мной тебя могут арестовать? — Клод улыбнулся. — Наверное, мне стоит чаще бывать здесь, в ангарах, и больше слушать.

— Вот-вот. — Десантник встал. — Приходи, сегодня в блоке «Д» вечеринка будет, курсантки со старших курсов. Загляни, чтобы не думали, что ты приведение из вакуума.

— Приду. Слушай, давно хотел спросить…

— Давай.

— Вы же довольно долго были внизу, не меньше недели каждый?

— Так и есть.

— И ты не раз бывал на поверхности, там, в районе старой Атланты.

— Не в ней самой, а рядом, ты знаешь…

— Да, объект четыре. Там, на поверхности, у тебя никогда не возникало ощущения, что с тобой хотят заговорить, и не могут?

— В смысле, радио? Так мы и говорили…

— Нет, такого ощущения, вроде…. — Предсказатель щелкнул пальцами, пытаясь подобрать слова. — Как если бы кто-то кричал тебе, находясь за стеклом? И ты знал, что тебе кричат, но звуков не слышал?

Десантник настороженно глянул на него и покачал головой.

— Бред. И я тебе так скажу — если бы кто из ребят такое почувствовал, да еще и признался в этом — заработал бы красную отметку в деле до конца жизни. Так что не задавай таких вопросов. Приходи на вечеринку, переключишься, я же знаю, у вас там, в паутине, напряжение не меньше нашего…

— Да. — Легко согласился Клод. — Тогда до вечера.

— А ты?

— Еще тут посижу, мне подумать нужно.

Шаги десантника быстро затихли, утонув в мягком пластике и потерявшись в перекличке техников, занимающих места у диагностических мониторов. Перерыв в работе заканчивался, и краны, удерживающие штурмовые доспехи, пришли в движение, перемещая их в консервационные боксы.

Клод замер, вслушиваясь в лязг механизмов и шипение гидравлики, боясь спугнуть нечто, медленно складывающееся на границе его сознания.

Пророчество.

Смерть Джино и разговор с его братом привели маркеры в движение. Не только видимые на поверхности, но и другие, которые Клод недавно научился различать вокруг, на орбите. События внизу отражали события наверху, сплетаясь в вертикальную сеть последствий, размеры которой даже Предсказатель боялся себе представить.

Но пророчество рождалось само по себе, и сделать с этим он уже ничего не мог.

— Не чувствуешь? — Беззвучно прошептал Клод, прежде, чем видение будущего вспыхнуло в его сознании, подобно термоядерной бомбе. — А почему же тогда чувствую я?

I.

Черные листья медленно распускались в горячей воде.

Мириам обхватила прозрачный стакан ладонями, осторожно, чтобы не обжечься. Такой чай она видела впервые. Тот, что продавали на фермы, измельчался мелко, почти в труху, и обладал терпким, горьким вкусом. Она знала, что его привозят с юга, из-за края пустыни, где он растет в изобилии.

Откуда мог взяться другой чай, с большими, черными листьями и резким запахом, она не знала.

Наверное, об этом можно было спросить у Би, или Арго. Гладиатор отказался от чая, предложенного шерифом, и рассматривал карту города, висящую на стене. В его присутствии кабинет шерифа казался куда меньше, чем на самом деле. С наступлением темноты зажглась всего пара ламп, и большая часть зала — оружейные шкафы, большой стол, стулья за ним — терялись в темноте и выступали смутными очертаниями.

— …вот такой расклад. — Сказал Ланье, сидящий на железном шкафчике, у карты, и отхлебнул из своего стакана. — А потом мы поехали обратно в город, с караваном. Ну а дальше вы знаете.

— Вот хрень! — Шериф стукнул кулаком по столу, заставив стеклянный чайник подпрыгнуть. — Да чтобы Саймон… Черт, что мне с вами теперь делать, а?

— Это я виноват. — Сказал доктор, чьего имени Мириам так и не запомнила, до сих пор тихо сидевший в углу. — Он приходил ко мне, за советом. Мне следовало догадаться, отговорить его.

— Барон сделал то, что считал нужным. — Заметила Би, присевшая у окна. — И я тоже. Разговоры бы тут не помогли.

— А теперь что делать? — Привстал шериф. — Без него? Даже если я сейчас подниму всех, и скажу грузиться на кары, они начнут выезжать только часа через три, и войдет туда хорошо если треть народу…

— Бесполезно. — Ответила Би, и встала. — Представьте, что они смогут выехать с рассветом. У нас четыреста машин, а у Руки лагерь, в двадцати минутах езды от долины. Конвой растянется на хайвее, их обгонят, сожгут передние машины, и весь караван встанет. Мы будем вынуждены обороняться и ждать, пока они будут рвать нас на части.

— Так и есть. — Согласился Ланье. — на хайвее у нас ни шанса, шериф.

— А здесь он у нас есть? Бреши в стенах толком заделаны только с восточной стороны, во рву нет воды, разве что мы взорвем дамбы, но что дальше? Джета нет, автопушки на электронике, а переделать мы не успеем…

— Так и будет. — Сказала Би. — Я знаю, что другого выхода просто нет. Когда-то эти холмы так и обороняли, отступая на вершины, под защиту развалин. Мы не удержим долину, поэтому вашим людям лучше начинать демонтировать орудия на въездах и собирать людей. Утром всех придется впустить в город.

— Начнется хаос…

— Будем стрелять поверх голов, а если придется — не только…

— Я расставлю людей вот здесь. — Ланье повернулся к карте, проводя пальцем по очертаниям Верхнего города и неровного прямоугольника магистрата. — Главное удержать ключевые точки на вершинах холмов. Я уже смотрел на стены — они долго не простоят, если у рейдеров есть тяжелое оружие. Думаю, они подтянут машины с минометами вот сюда, и сюда, рядом со рвом, вдоль дороги. Нам придется взорвать ворота, чтобы ограничить дальность их артиллерии — тогда машины не смогут пройти дальше через завалы.

— Разумно. — Сказала Би. — у них есть ракетометы, и фугасы, так что мы их просто опередим.

— Вот хрень! — Снова выругался шериф. — Вы вообще понимаете, что убили барона этого города? Да я вас по порядку следуя, перестрелять должен…

— Ну так давай. — Подал голос Арго, прислонившийся к стене рядом с картой города. — У тебя наверное опытных бойцов много… и праймов.

Мириам, удобно устроившейся на кушетке со своим стаканом, стало немного не по себе. От тона шерифа, полумрака в комнате, и этого разговора, в котором при помощи совсем, казалось бы, нестрашных слов решалось что-то страшное и совсем-совсем скорое.

— Пусть говорят, Мигель. — Сказал доктор. — Хуже уже не будет. Завтра… сегодня нам предстоит страшный день.

— Док, да ты…

— Саймон был моим другом! — Доктор вскочил, расплескав чай. — Он умер за этот город, и лучшее, что мы сейчас можем сделать — это защищать то, что он не смог!

— Ладно. — Мрачно сказал шериф. — После об этом. Что вы там говорили про ворота?

— Утром мы взорвем дамбы, чтобы заполнить ров. До этого нужно будет загнать всех беженцев, что стоят под стенами, внутрь, если понадобится — силой. — Би взяла стакан обеими руками, словно рассматривая среди чайных листьев ближайшее будущее. — Потом мы взорвем ворота, и дома, сразу за ними. Это нужно сделать не раньше, чем их передовые отряды пойдут на приступ. Стены удерживаются конструкциями из металла — на них и нужно будет установить заряды.

— Мы сами взорвем стену?

— Или они, или мы. Главное — чтобы кары, которые они подтянут, не прошли дальше. — Сказал Ланье. — Пока мы держим вершины, создаем перекрестный огонь. Думаю, что нам стоит взорвать и те дома, что дальше, разрушить все улицы, что ведут вверх, чтобы им было негде укрыться.

— Главное, чтобы хватило взрывчатки.

— У нас ее много, хотя взорвать половину города…

— Не думаю, что они попытаются взять только один холм. У них абсолютное преимущество в численности — они будут штурмовать сразу оба. — Би подошла к карте, встав рядом с Ланье. — Откуда бы ты подводил тяжелые кары?

— С востока, ясное дело.

— Они войдут в долину с востока, расстреляют автопушки, и разделятся. Кары не пройдут дальше ворот, и их основные силы кинутся по улицам, наверх, к вершинам холмов. Ланье, похоже, тебе придется загнать машины к магистрату.

— Уже загнали, половину, улочки то узкие. Зато стрелять оттуда одно удовольствие.