Иван Константинов – Крепость лжецов (страница 57)

Неро подошел к возвышению, остановился в паре шагов, но даже это простое движение заставило пробудиться страх Мириам – ощущение беспомощности и ужаса перед тем, что приближается. Она понимала, что прайм не сделал ничего, чтобы относиться к нему подобным образом, но смотреть ему в глаза было выше ее сил, и она сосредоточилась на одежде: золотых пуговицах, блестящей строчке, значках, мерцающих на груди. И только когда взгляд упал на его руки, иссеченные шрамами, вдруг поняла.

Она боялась не Неро, но Атланты. Все это время внутри нее жил этот страх, родившийся не прошлым утром, а раньше. Ужас перед сверкающими башнями, чей покой охраняют смертоносные пушки, королем, который не раздумывая оставил умирать людей в Хоксе, отказавшись защищать беженцев. Блеск зданий и экранов, яркая одежда жителей, громкая музыка и раскраска каров – все это было не более, чем ширмами, прикрывающими жестокую и пугающую суть крепости.

Неро был ее символом, воплотившим в себе чувства Мириам: сверкающий мундир, и смерть, скрывающаяся под ним. В мгновение ока рассыпалась вокруг фабрика Монти, превращаясь в то, чем и была на самом деле – горы мишуры, ярких праздничных конфетти, вроде тех, что бросают дети. Осталась лишь суть – раскаленное пламя, на котором и покоился этот город, меч, которым правил король.

И тогда Мириам посмотрела в глаза Неро.

Они были обычными. Человеческими. Этот взгляд мог ранить, заглядывая в глубину души, но сейчас она чувствовала его предел, читая цвета прайма, ощущая, насколько хорошо он способен распознать ее собственные чувства. Осознавая, что он отлично знает о том, что она делает. Будто два зеркала оказались рядом на мгновение, отразив бесконечность друг в друге.

– Ничего хорошего… – Проговорила она.

– …в том, чтобы видеть будущее. – Закончил он. – Я помню. А заглядывать в чужие мысли?

– Я не всегда понимаю, что вижу. – Честно ответила Мириам.

– Тогда у нас много общего. – Сказал Неро, и вопросительно взглянул на Суонк. Поняв, что Мириам не двигается с места, та решительно прошагала мимо, и встала перед праймом, засунув руку за отворот своего нового костюма.

– Письмо. – Проговорила она в ответ на его взгляд, пытаясь нащупать что-то в узком вырезе блузки.

– Кажется, одежда объявила тебе войну. – Заметил Неро. Суонк криво улыбнулась в ответ:

– Так помоги, чего смотришь?

Будто в ответ на ее просьбу ткань треснула. В сторону отлетела пуговица, и девушка облегченно вздохнула, когда на свет появился немного помятый белый лист. Неро принял его из рук Суонк и развернул.

– Посланница из меня не очень. – Признала она, запахивая пиджак и поправляя квадратный воротничок. – С твоим письмом вообще хрень приключилась.

– Я не слишком удивлен. – На этот раз Неро улыбнулся, едва заметно, но улыбка отразилась в его цветах. В письмо он взглянул только на мгновение – как поняла Мириам, для того, чтобы успокоить Суонк. – и тут же сложил бумагу:

– Через сорок минут мы должны быть в суде. Надеюсь, Ребекка готова?

– Она скоро будет здесь. – Подтвердила Мириам. Воспоминания понемногу отступали, но стоящий перед ней прайм по прежнему оставался сверкающей трещиной в реальности, вспышкой, скрывающей все остальные цвета. Это сбивало с толку, мешало думать. Даже захоти он ударить, или выстрелить – она просто не смогла бы прочитать его намерения достаточно быстро. Единственное устойчивое изменение, которое она заметила – неяркий блик, промелькнувший в самом начале, когда в комнату вошла Суонк. И другой, с оттенком улыбки – когда заговорила она сама, и чуть позже, когда глаза Неро, оторвавшись от письма, на долю секунды скользнули вниз…

– Они слишком короткие, да? – Спросила Мириам, и была вознаграждена еще одной вспышкой, явно выбившей сияющий факел из равновесия.

– Что? – С легким оттенком недоумения спросил Неро.

– Мои шорты. – Мириам повернулась на месте. – Так и правда носят в Атланте?

Факел полыхнул еще раз, а затем случилось чудо – Неро улыбнулся:

– Вы великолепно выглядите. Я даже начал сомневаться, действительно ли вчера утром встретил в пустыне именно вас.

– Правда, что ли? – Просияла Суонк, а Мириам поняла, что теперь настала ее очередь смущаться.

– Конечно. – Подтвердил Неро. – Я всегда уважал талант Монти. Хотя в вашем случае он всего лишь подобрал правильную обертку.

– А ведь большинство людей видят только ее. – Неожиданно заметила Джессика, заставив всех поднять глаза на экран. – Для них подобный талант меняет саму жизнь.

– Простите, я, кажется, забыл вас представить. – Спохватился Неро. – Это Джессика – звездный предсказатель, и мой советник. Тане нужно было подобрать одежду, а я не очень разбираюсь в этом. Поэтому я попросил ее о помощи.

В комнате прозвучал высокий звук, будто зазвенел колокольчик – смех Джессики. Мириам ощутила ее радость, и настороженность, скрытую чуть глубже – как если бы предсказательница никогда раньше не беседовала с людьми настолько свободно. Эмоции были необычайно яркими, даже ярче, чем у Неро, несмотря на ее отсутствие в комнате, и это немного озадачивало – раньше, через удаленную передачу, Мириам удавалось уловить только проблески цветов.

– Типично мужской взгляд на вещи. – Заговорила та медленно, странно выговаривая слова. – Как если бы с орбиты мне было виднее, как одеваются в Атланте. Мне пришлось поднять базу наблюдений и две научных работы по земной моде за последние двадцать лет.

– Давай обойдемся без технических деталей… – Попросил Неро, но Мириам прервала его, чувствуя необходимость поддержать предсказательницу, почему-то вызвавшую у нее симпатию:

– Но это же интересно! Я бы тоже с удовольствием посмотрела на эти записи, хотя бы для того, чтобы понять, откуда взялись такие костюмы, как у меня.

– О, тут все просто. – Ответила Джессика. – Шорты и туфли на каблуках визуально удлиняют твои ноги, делают тебя стройнее, и выше. То же самое с короткими юбками. Кажется, подобную комбинацию первым придумал Монтгомери Шаллоу, а затем, с подачи короля Маркуса, она стала распространенной. Вообще, фаворитки короля оказывают прямое влияние на то, какая фигура считается в Атланте идеальной. До Маркуса в Атланте ценились девушки с чуть более округлыми формами…

– Ты сводишь предпочтения толпы к мнению одного человека? – Спросил Неро.

– Скорее к тирании его вкуса. – Возразила Джессика серьезно, и замолчала. Мириам почувствовала, как что-то проскочило между ней и праймом – не передача, а скорее обрывок чувства, эмоция.

– А что такое тирания? – Спросила Таня.

– Это правление одиночки. – Ответил Неро. – Обладающего властью, не имеющего на нее никаких прав, но способного удержать ее силой. По сути, этот термин описывает любую известную нам Крепость.

– Так вожак и должен быть один. И быть сильным, чтобы власть не отдать. – Осторожно заговорила Суонк. – Или я не так поняла?

– Вначале они и были вождями. – Ответила Джессика. – Главари банд, возводящих форты недалеко от старых городов, и берущие под защиту окрестные фермы. Затем с ними были заключены договоры по обмену – технологии взамен на продукты и материалы.

– С неба все выглядит иначе. – Заметил Неро. – Будто возня муравьев в пыли. Все, что случилось здесь за полсотни лет, умещается в десяток статистических графиков…

– Нас обоих учили видеть в людях числа. – Парировала Джессика.

– Цифры не истекают кровью. – Мрачно заметил Неро.

Они оба замолчали – видимо, не желая продолжать старый спор. И тогда заговорила Мириам:

– Я знала только одного Небесного. Его звали Джино Альмейде. Он готовился стать предсказателем, как вы, но вместо этого сбежал сюда, вниз, чтобы узнать больше о нас.

– Сбежал? – Нахмурилась Джессика. – Но это невозможно. Уровень радиации…

– Он знал, что умрет. До последней минуты записывал все, что видел, и жалел, что не смог узнать больше. И погиб, защищая меня. А вчера утром его планшет спас Суонк. Джино был храбрым. Не самый сильный, но наверное самый отважный человек из всех, кого я знала.

Она подняла глаза на Неро.

– Он показал мне, что не важно, кто ты. Даже муравей в пыли может оказаться человеком.

– Далеко не все Небесные так считают. – Печально проговорила Джессика.

– Мне достаточно Джино. – Ответила Мириам. – Из-за него одного я никогда не смогу считать вас врагами.

– В этом случае Небу повезло. – Заметил Неро, и Мириам улыбнулась было, но в его цветах не оказалось и тени веселья. Прайм не шутил. В электронном облаке вокруг него угадывалось знакомое движение, вроде того, что она уже видела вокруг Джордана. Оно выходило за пределы комнаты, но, похоже, не очень далеко, как если бы Неро получал информацию от каких-то устройств, расположенных совсем рядом, в здании. Неожиданно Мириам поняла, что разговор с ней занимает не более половины сознания прайма. И одновременно почувствовала изменение в уровне шума, когда раскинутая им сеть столкнулась с другой, устроенной совершенно иначе, но ничуть не менее мощной.

По галерее снаружи приближалась Би, и электронные чувства обеих праймов уже встретились, выясняя все возможное о вероятном противнике. Мириам вспомнила их бой – наверняка и тогда между ними происходило нечто подобное. Но она просто не знала, куда смотреть.

– Кажется, мне пора. – Сказала Джессика, и Мириам уловила изменение ее цвета – настороженность переросла в страх, источник которого она затруднялась определить.