Иван Катиш – Брутфорс (страница 4)
– Разберёшься, – решительно заявил отец. – Я в тебя верю. А вот на что я тебе дам денег, так это на штаны. Ужинаешь ты сегодня у нас, а мать любит навести мороз. Я бы на твоём месте ещё бы и кофту прикупил. С капюшоном. Если тебе нужна помощь, чтобы разобраться с билетом, обратись к Фоларину с Йеми.
– Дай угадаю, они уже в курсе.
– Разумеется. А кто, как ты думаешь, разбирает у меня документы? Они тебе с удовольствием помогут, они большие поклонники учебных процессов.
– Ха! А как Йеми переносит, что у него нет образования, а у Фоларина есть?
– У них у обоих есть. Йеми засчитали образование по Фоларину, у которого на этот момент было четыре курса за плечами, а пятый курс андроид прошёл сам. Так что у него свой собственный диплом.
– Угу. Только я один без диплома.
На это отец не повёлся и только пожал плечами. Сам, дескать, виноват. На этом моменте он сообщил, что больше у него времени нет, и выпер меня из кабинета к секретарям.
Фоларин остался на хозяйстве, а Йеми уволок меня в переговорку, где провёл обзор по учебным программам и показал доступные билеты. Я оформил заявку на обучение, получил купон на билет до столицы, а дальше начался квест с выбором рейса. Выбора, по сути, и не было. Чем глубже в лето, тем меньше находилось квотированных для абитуриентов мест, да, собственно, их совсем и не было, потому что всё требовало доплат. Совсем бесплатно можно было улететь или завтра, или в конце августа. Вот так. Не верю, что отец не предусмотрел и это тоже.
С программами, оказывается, можно было разобраться на месте, главным было выбрать университет, и я выбрал тот, мимо которого ходил в школу. Старомодный и большой, надеюсь, там что-нибудь найдётся для меня. Основным его достоинством было наличие трёхлетних программ, потому что у других доминировали четырёхлетние и пятилетние. Нет, так долго я в академии не протяну. Ну а в шестилетнюю я не пролезу по условиям трастового фонда. Шесть лет – какой кошмар, кто такое выдерживает? А, врачи, ну ладно, с ними понятно. Но врачом я в страшном сне быть не хотел.
Я отписался Тилю в мессенджер, что придётся мне все бросить года на три, но зато потом я вернусь, и мы уж точно развернёмся. Тиль откликнулся немедленно.
Тиль: Чего, отец услал?
Риц: Ну почти. То есть нет, но да
Тиль: А я тебе хотел перевести твою законную долю
Риц: Давай! Я на мели
На счёт мне немедленно упали пять талеров.
Риц: Эт чо?
Тиль: Таджи раздуплились. Скиф расплатился с Демаршем, тот выкупил твой же скутер на станции, ахаха, а остальное чётко на троих
Риц: Спсб, друг
Тиль: И тебе не хворать. Родине привет
Риц: Ты тоже давай
По сравнению с утром я был сказочно богат. У меня были личные пять талеров, билет в столицу, да ещё отец перевёл денег на штаны. Когда я увидел поступившую от него сумму, у меня глаза на лоб полезли. Он что думает, я себе пять пар приобрету в самом дорогом магазине? Но сдачи не будет, не дождётесь. Не знает, сколько стоят нормальные штаны, его проблема.
Я распрощался с Йеми и сел на городской мобиль, который шёл до торгового квартала. Время близилось к вечеру, улицы были забиты личным транспортом, а по тротуарам сновали толпы желающих развлечься и что-нибудь купить, так что мы ехали ещё медленнее, чем сюда. Я попробовал полазить по университетским программам, но понял, что ничего не соображаю, и откинулся на спинку сиденья. Но долго скучать мне не пришлось.
Наш мобиль стоял на месте минут десять, я уже прикидывал, не стоит ли мне снова вздремнуть, как вдруг прямо перед нашими окнами осыпалась витрина ювелирного магазина.
– Это ограбление!
Орали так громко, что слышно было даже через звукопоглощающие окна.
Глава 3
Вместе со стеклом на тротуар полетели и бусины от ожерелий, которые грабители в мерцающем камуфляже срывали с подставок. Я бросил взгляд на вывеску: неплохой выбор для грабежа, именно этот бренд никак не насыщает изделия персонализацией. Поэтому на вторичном рынке их с удовольствием продают девушки, которым нужно срочно поправить материальное положение. Однако почему не включилась сирена? Где полиция? Где хоть какая-то защита? Они же так и будут бриллианты как картошку собирать.
Мгновение – и камуфляж на грабителях перестал мигать, и под нашими окнами образовалось три местных жителя в растянутых штанах и футболках, которые торопливо сгребали добычу в мешки. Внутрь никто не пытался заходить, а зря: всё самое интересное всегда там. И гораздо более дорогое, чем витринное.
Пассажиры прилипли к окнам. Ко мне прижалась очаровательная девушка, против чего я совершенно не возражал. Соседу спереди повезло меньше: на него прилегли два толстых фермера и, тяжело дыша, стали тыкать пальцами в окно. Впрочем, один быстро отлип и стал рваться на улицу, чтобы принять участие в грабеже сокровищницы. Это он напрасно, потому что двери, по инструкции, были заблокированы.
Вообще городской транспорт – не зря любимая игрушка мэра. Все юниты защищены от выстрелов из стрелкового оружия, от ударов и падений и могут некоторое время продержаться на воде. Так что сейчас мы надёжно защищены и можем наслаждаться зрелищем.
– Брат, какого демона! – раздался возмущённый вопль, и из магазина выскочили два лощёных продавца в белых рубашках и присоединились к грабителям.
Витрина была богатой, а руки у охотников загребущими, поэтому сейчас они ползали по тротуару, собирая украшения. К общему шабашу присоединился робот-уборщик, который счёл рассыпанные блестяшки мусором. Его грубо оттолкнули несколько раз, но он упорствовал, и в конце концов один из грабителей пнул его ногой со всей силы. Робот упал на бок и принялся вхолостую крутить колёсиками.
Что произошло? Очки я доставать не стал, потому что через затемнённые стекла ситуацию с программами не увидишь, да и девушку не хотелось беспокоить. Я сопоставил погасший камуфляж с рассыпавшейся витриной и чуть не заржал: ну, конечно! У них один производитель, он на нашем побережье вообще один, и сейчас у них, похоже, крупный сбой. Один на всех.
Тут мне тоже захотелось выйти из мобиля, чтобы посмотреть на ошмётки общего управления, но, судя по фермеру, продолжающему биться о дверь мобиля, покинуть транспорт было без шансов.
Наконец, послышались полицейские сирены. Стражи порядка неслись над трафиком на платформенных аэромобилях, так что никакие пробки их задержать не могли. Когда-то на таких платформах летала доставка, но со временем все высоты в городе закрепили за спецслужбами, и доставки тихонечко передохли. Я застал буквально последние месяцы их жизни, и пока я думал, не устроиться ли мне курьером, – очень прикалывала возможность летать над городом, – они все закрылись. Теперь всё обычненько: ногами, на грузовом мобиле или на ползающем роботе.
Дальше стало неинтересно. Грабителей с продавцами сгубила жадность, они не успели никуда удрать, и борцы с преступностью накрыли всех полицейской сетью, не слезая с платформ. У них-то всё функционировало исправно. Наверное, армейская разработка, такое совсем другие люди делают. И не релизят апдейт в пятницу.
Блюстители стянули жадин в большой куль, подняли на платформу и улетели, оставив двух рядовых следить за порядком. Один поставил на колёсики упавшего робота и стал равнодушно наблюдать, как тот подъедает бесхозные бриллианты, а другой так убедительно встал у разбитой витрины, что прохожие моментально потеряли интерес к происшествию. Вообще было ощущение, что они примчались на зов робота, а не магазина.
В этот момент пробка двинулась с места, и наш мобиль тоже поехал, но перед этим водитель открыл дверь, в которую продолжал ломиться незадачливый гость города, и тут же закрыл, оставив бывшего пассажира на тротуаре. Его товарищ не заметил исчезновения напарника и продолжал заворожённо следить за роботом, пытающимся засосать в себя ожерелье целиком.
– Папа? – изумилась Мира, обнаружив на экране видеофона отца, который не выбирался из своей глуши вот уже пару лет. – Открываю!
Лифт звякнул на этаже, и она открыла дверь, впуская в квартиру старика в экзоскелете.
– А тебе идёт! – прищурилась она на необычное одеяние. Необычным оно было только для Леопольда Валерьевича, сокращённо – Лео, который отрицал большинство благ цивилизации, включая деньги.
– Да, спасибо, эту штуку, между прочим, ещё Риц рекомендовал. Хороший мальчик. Он уже приехал?
– Всё ты знаешь, – улыбнулась Мира. – Он в городе, встречался с Сашей, но сюда ещё не добрался.
Старик закряхтел:
– Сбил его Муром с пути истинного.
Мира забеспокоилась:
– Не собираешься ли ты с ним спорить?
– Ни в коем случае, – помотал головой старый Лео. – Просто хотел увидеть внука, пока он не уехал в снега и морозы. Давай-ка я пока приму у вас ванну, вы богатые, и воды у вас полно. Ух, холодно у тебя! Снеговиками планируешь дом населять?
– Конечно, иди, – облегчённо выдохнула Мира. – Кондиционер приверну, а в ванную велю подать тебе чаю.
– Вода внутри, вода снаружи! – торжественно объявил дед и прошествовал в ванный комплекс.
Народу в торговом квартале было полно. Кафешки битком, и в магазинах не протолкнуться. Я поморщился, но делать было нечего. В любимый магазин я даже войти не смог – там раздавала автографы группа, которая прославилась песнями о расставаниях и призывала расставаться как можно чаще, чтобы ощутить как можно больше качественной горечи. Мне они никогда не нравились, так что я повернул в другую сторону. Если мне завтра улетать, надо попробовать одеться по-столичному. Чисто, бледно и дорого. Возможно, я выясню, что отец не так уж и ошибся с суммой.