Иван Карасёв – Закат демократии (страница 2)
Ведь главное – подать себя правильно, и в этом демократические государства всегда преуспевали. И не важно, что происходило на самом деле. Возвращаюсь к женскому вопросу. В Соединённых Штатах Америки ещё в середине девятнадцатого века мужья обладали полной юридической властью над своими женами и могли избивать или иным образом издеваться над ними, не опасаясь последствий. И тем не менее, или как раз поэтому в Штатах было самое ильное движение за права женщин или движение суффражисток. Суффражистка от английского слова suffrage – голосование. Вспоминаю примитивный американский фильм «Большие гонки», имевший большой успех в Советском Союзе. Там штатовская суффражистка показывает изумлённому политику заключённую в чулок ногу. Мол, смотрите, на что мы способны. В семидесятые годы прошлого века такая смелость казалась вычурной. Но в начале двадцатого века женская свобода выражалась в иных формах.
Так, супружескую власть, то есть полное подчинение жены мужу (в том числе в юридическом плане) отменили во Франции лишь в 1938 году. До 1946 года женщинам не дозволялось занимать судейские должности. И всё это время Франция называлась демократической страной, тогда как в тоталитарном Советском Союзе таких ограничений не было, и даже пост посла занимала госпожа-товарищ Коллонтай. Это к вопросу о границах термина «демократия». В определённом, но весьма ограниченном, смысле её было больше в тоталитарном сталинском СССР, нежели в многопартийной парламентской Франции. Однако, мы помним, главное ведь правильно подать себя, и в этом, конечно, европейские страны всегда преуспевали.
Но предоставить женщинам одинаковые права с мужчинами – это одно, а иметь об этом собственное мнение – другое. Про себя, не вслух, демократические политики долго не считали женщин равными себе. Прозрение начинается лишь после Первой мировой войны и закрепляется «великим» суждением французского социолога Робера Вердье, опровергшего любое гендерное различие при голосовании: в мае 1947 года в газете Le Populaire он показал, что женщины голосуют не одинаково, а разделяют себя, как и мужчины, в зависимости от социальных классов. Воистину великое открытие, надо же! Видимо, до этого многие видные деятели демократии искренне полагали, что женщина думает не головой, а другим местом.
Демократия с рабами
Что уж говорить тогда о другой униженной категории людей. Униженной даже в демократиях двадцатого века. Я имею в виду порабощённые народы. Ведь ведущие демократические нации пользовались беспредельными правами в своих колониальных империях. И там они творили, что хотели, ибо это являлось полем воздействия на нецивилизованные народы.
Мне могут ответить, мол, именно демократия прекратила работорговлю. Именно она упразднила рабство. Правильно, только давайте припомним, когда Авраам Линкольн отменил эту унижающую человеческое достоинство систему. Сразу, как занял высшую государственную должность. Ага, и войну как бы повёл за отмену рабства?
Не тут-то было. Он был противником расширения рабства на запад Америки, на новые штаты. А рабство отменил в разгар Гражданской войны, или войны за отделение, как её более правильно именуют во всём мире. Это стало вынужденной мерой: пришлось привлечь больше союзников благому делу, уж слишком плохо шли дела у северян на фронте. Пару сотен тысяч негров на фронте лишними не оказались. Да и на внешнеполитической арене эта мера помогла. Великобритания готовилась вмешаться, как же: такой удобный случай расквитаться с бывшими колониями. Но вот прокламация об освобождении рабов качнула британское общественное мнение (читай, тогдашние элиты, большая часть англичан ещё не имела право голоса) в другую сторону. И колесо фортуны крутнулось – северяне медленно, но верно стали побеждать.
Да, западные страны постепенно отказались от рабства, это так. Но это не мешало им вести в своих колониях жестокую эксплуатацию туземного населения. Ведь то, что во второй половине двадцатого века назвали южноафриканским апартеидом, являлось не чем иным, как продолжением «нормальных», привычных взаимоотношений между белыми и неграми. Просто в ЮАР сильно затянули с отходом от сложившейся в восемнадцатом-девятнадцатом веках системы. В двадцатом столетии изобрели новые, более приемлемые для цивилизованного общества системы эксплуатации.
Но и к ней нужно было прийти, и переход оказался весьма болезненным. Прежде всего для тех, кто жил в колониях. Ведь не все на манер огромной, численно чуть ли не в десять раз превосходившей метрополию, Индии смогли в итоге обрести независимость относительно мирным способом. Случались и войны, жестокие. И тут уж колонизаторы особо не стеснялись. Чего стоят одни расстрелы из пушек восставших сипаев! Уверенно следовавшие по пути демократизации внутриполитической жизни британцы, совершенно забывали о гуманности, когда речь шла о приведении к повиновению индийцев. Их привязывали к дулам орудий, и тела разрывало в клочья. Ведь так они теряли шансы (согласно их вере) реинкарнироваться в следующей жизни. Чего только не сотворишь, чтобы привести к покорности души. Впрочем, зачем было стесняться колонизаторам, ведь демократия – это только для своих, для европейцев, а для туземцев – никакой демократии, никаких прав.
И колониальные войны не прекратились и в веке двадцатом. Обретшие свободу и равные права для всех своих граждан страны Европы не останавливались ни перед чем, когда речь шла о черномазых или узкоглазых боях. Держать их в повиновении, чтобы знали своё место, позволялось любыми способами. Наиболее жестокие методы войны применялись там, где затрагивались интересы некоренного, европейского населения колоний. За одного убитого француза алжирцы платили десятью жизнями, за десятерых – сотней. И методы умерщвления бывали самыми жестокими. В сороковые годы прошлого века, когда после окончания мировой войны стало приобретать размах национально-освободительное движение в Алжире, одной из самых изощрённых пыток было зажимание головы несчастного в тисках с последующим сдавливанием черепа. Говорят, иногда брызги серого вещества марали одежду палачей. А параллельно с Нюрнбергским процессом над нацистскими преступниками осенью 1945 года французские войска провели карательную операцию в городе Сетиф, где по одним данным погибло от шести до восьми тысяч, по другим – до тридцати тысяч алжирцев. Президент Алжира (с 1999-ого по 2019-ый) Бутефлика считал сетифскую резню началом геноцида против своего народа. И это в то время, когда судили нацистских преступников! Что было позволительно одним, являлось преступлением для других!
Мировое господство
То есть на самом деле говорить о торжестве демократии в западных странах следует лишь примерно с шестидесятых годов двадцатого века, когда в подавляющем большинстве цивилизованных стран все граждане обрели равные права и была предоставлена свобода колониям. До этого демократия существовала в усечённом, если не сказать другими словами, виде.
Но вне границ демократических стран не всё проходило так гладко. Колонии освободились, правда, далеко не все, время от времени взрывается французская Новая Каледония, ведутся колониальные войны, вроде той, что разразилась в 1982 году между Аргентиной и Великобританией (и в головах аргентинцев она до сих не завершена). Да и сама колониальная система по большому счёту никуда не делась, лишь видоизменилась. Ибо существовали две мировые системы, и общее доминирование Запада приходилось порой поддерживать силой. А как иначе держать народы в повиновении? Без помощи напалма, сброшенного на вьетнамские деревни, например? И ведь всё это подавалось как борьба свободного мира с тоталитарным. С падением СССР применение силы демократическими режимами лишь возросло. Запад уверовал в свою окончательную победу, в истинность исповедуемой им идеологии, в торжество либерального капитализма, в своё право быть верховным арбитром, в «конец истории», что на самом деле вылилось в форму крайнего империализма. Ведь действительно, одно время мир напоминал одну большую империю, где властвовали США и их сателлиты.
Всё, что не укладывается в западное видение мира, в его «правила», подлежало и подлежит подавлению. Либеральная демократия должна властвовать над миром. Список войн и вооружённых конфликтов, которые вёл, ведёт или в которые вмешивается вооружённым путём в последние десятилетия коллективный Запад или США в одиночку впечатляет:
1999 – Югославия и Панама
2001-2021 – Афганистан
2002-настоящее время – Йемен
2003-2011 – Ирак
2004-2018 – Северо-западный Пакистан
2007-настоящее время – Сомали
2011-настоящее время – Ливия
2011-2017 – Уганда
2013- 2023 – Нигер
2014-2021 – Ирак (северная часть)
2014-настоящее время – Сирия
2015-2019 – Ливия
Все войны ради защиты демократии и её ценностей. Но параллельно с защитой демократических завоеваний войны ведутся для выгоды тех, кто ей пользуется в первую очередь. А это западные страны. А у них есть и экономические интересы, обычно представляемые западными корпорациями. Причем во всём мире. Ведь колониальная эксплуатация отсталых стран тоже не исчезла до сих пор. Добыча полезных ископаемых в странах третьего мира и сейчас происходит в условиях, которые невозможно себе предположить в развитых странах. Эту систему тоже надо защищать. Порой при помощи таких страшных штук, как напалм или боеприпасы с обеднённым ураном.