Иван Калугин – Алтайский первоцвет (страница 3)

– Родная, конечно, в силе. Но при условии, что ты зовешь меня Марго. – Она включила кофеварку. – И никаких денег – за счет заведения.

Навскидку Маргарита была почти вдвое старше самой Ани, что не мешало ей молодиться. И, как можно было понять, лишь мимолетом взглянув на эту даму, возраст она маскировала своим фирменным «тройным шотом»: мини-юбка, короткая стрижка с выбритым левым виском и емкое Марго.

Стеклянный кувшин почти заполнился. Аппарат был не новый, но работал исправно. Такие кофеварки редко встретишь в наших кафе. Зато их часто можно увидеть в западном кино. Когда герои заходят в американскую забегаловку, к их столу подходит официантка в мятом переднике и по умолчанию наливает из запачканного кофейника напиток чернее сажи.

– Как там суженый? – спросила Марго.

– Спит.

– Какие планы на сегодня?

– Суженый хочет остаться в отеле. Может быть, погуляем вдоль Катуни. Вообще, Олег на отдыхе – это режим «тюленя», включающий в себя пятиразовое питание и долгий сон.

– Анечка, а чего хочешь ты?

– Ну… – Аня нахмурила брови и покрутила кофейную чашку. – Все-таки это он платит за поездку, и я бы не хотела наглеть, диктуя свои условия. К тому же я и так рада просто быть здесь.

Просто быть – как бы не так. Еще за день до вылета она прочитала обо всех самых популярных достопримечательностях. Особенно о тех, что были недалеко от «Лунного берега». Аня решила освежить свою память и пересмотрела несколько документальных фильмов об Алтае и в тысячный раз «Живет такой парень» – некоторые сцены снимали как раз рядом с их отелем. А когда парочка ожидала посадки на рейс Москва – Горно-Алтайск, в рекомендованных публикациях ее привлекла фотография одной компании, занимающейся турами по Алтаю: горы под снежными шапками, внизу петляла бирюзовая река, а склоны холмов и сопок – прятались под сиреневыми коврами цветов. Под снимком была надпись: «Цветение маральника на Алтае. Недельное путешествие от „Тотем-тур“». Она кликнула на сайт и стала жадно вчитываться в программу каждого из семи дней. Должно быть, это настоящее приключение – взять и уехать в неизвестность. Быть во власти желания увидеть и узнать новое, в компании таких же единомышленников, как и ты. Тем более когда эта неизвестность – почти что вторая родина.

– Вот именно, родная, – сказала Марго. – Ты уже здесь – так пользуйся возможностью. К тому же быть на Алтае только туристом – слишком роскошно для туриста и слишком мало для Алтая. Тем более, что уж тут греха таить, когда ты турист лишь наполовину.

В зале ресторана нарастала утренняя суматоха. Анна поблагодарила управляющую за кофе и обещала подумать о поездке хоть куда-нибудь. Она захватила чашку и вышла на открытую террасу ресторана.

Здесь она выбрала самый центральный стол, который стоял на выступающей части веранды и был аккурат над бегущей водой. Девушка поджала под себя ноги, укрылась диванным пледом, взятым из номера, и сильнее прижала ладони к кружке. Она походила на героиню бульварного романа: в куртке – поверх белого халата, с кофе и на фоне горной реки. Не хватало только полотенца на голове и любимого рядом. По долине тянулся молочный туман, кусты цветущего маральника[8] были покрыты каплями росы, а на траве виднелся иней. Она сделала глубокий вдох.

– Ну что, мама, вот я и на Алтае – как ты и хотела, – она выдохнула и слегка запрокинула голову.

Хоть детство и было степным, но можно с радостью сменить родные просторы на эти. Глядя на скальные пики по двум сторонам долины, рассекавшие пространство перед глазами, и нависая над любым, кто окажется вблизи, невольно напрашивались вопросы: «А по росту ли моя душа для этих высот? Осилю эту вертикаль или нет?» В то время как родная степь не бросала вызов для покорения ее горизонтали. Скорее, она успокаивала, приглашала на чаек и лепетала: «Ну вот и ладненько. Вот и славно, что заскочила на огонек. Проходи, ешь, пей, гостья дорогая».

Звезды тревожно моргали в ожидании солнца – из глубины долины надвигался рассвет.

В детстве Аня частенько любовалась летними восходами. Бабушка гладила спящую внучку и напевала вполголоса: «Где же эти глазки, синих бусин цвет? Где мои цветочки? Покажись на свет». Девочка просыпалась, накидывала длинную курточку поверх ночной сорочки и надевала галоши. Собравшись, полуночницы отправлялись вниз по улице. Через километр дорога упиралась в берег – здесь их ждала дежурная беседка. Пока бабушка вынимала из котомки кружки, наполняла их заваренным с вечера шиповником, Аня доставала бутерброды, из надежно обмотанные старой газетой. Накрывая стол, родственницы наблюдали, как на горизонте играло солнце, и через мгновение его свет начинал скользить над озерной гладью.

Переехав в город – сначала в Питер, а затем – в Москву, – сил на такие утренние забавы было не найти. У кого занять на это время? Да и где найти горизонт без столичных высоток, когда каждое второе кафе с видами на Кутузовский проспект или на стену соседнего здания?

4

Офис почти полностью был затоплен весенним солнцем. Свет проникал через панорамное стекло за спиной Олега, очерчивал его силуэт и покрывал собой почти каждый предмет в этом помещении. Лишь только одна перегородка с несколькими полками отделяла неуклюжий угол от этого кабинета и держала в тени ассистентский стол и небольшую кухонную столешницу, на которой иногда готовился завтрак или обед для начальника этого скромного царства.

Сегодня Олег решил сократить рабочий день – пятница как-никак. Но только для себя. А что, разве не заслужил? Отдел работает как отлаженный механизм, все проекты сдаются в срок, да и персональные бонусы от Главкома – идеальный маркер его компетенции.

Олег смело закидывал в портфель ворох документов, которые планировал просмотреть дома на майских праздниках.

Ну и что с того, если получается свалить раньше обычного? Здесь он контролирует время. Он здесь босс. А если кто-то придет или позвонит, Катюша сама все разрулит. Да, конечно, она не Анна: ей бы вышку окончить да книг каких почитать – глуповата, но зато какая красотка. Кому нужны мозги? Женщинам они не приносят счастья. Но фигура у нее – огонь; вон, весь шкаф завален конфетами от коллег. Но, зараза, своенравная до чертиков, словно в этой куколке спрятали горную реку. Вот бы пройтись по ее порогам.

Олег посмотрел на стол, где еще несколько месяцев назад Аня корпела над его документами.

– Екатерина, – он глянул на девушку, продолжая копошиться в портфеле, – если меня кто спросит, то я на совещании, решаю вопросы по балансировке нагрузки на транспорт в праздничную неделю.

– Как скажете, Олег Владимирович, – Катя не подняла головы в сторону начальника, но при этом скользнула взглядом на свое левое запястье. На ажурных часах, неотличимых от золотого браслета, не было и полудня.

Брюзжалов клацнул застежкой портфеля, накинул пальто и успел только подойти к двери, как в кармане завибрировал телефон. На экране пульсировала надпись: «Главком М. С.».

Как чувствует.

– Да, Максим Сергеевич, здравствуйте! – повышенным голосом, почти салютуя, Олег ответил на звонок. Катя приподняла в его сторону голову и, через нулевую диоптрию своих очков, по-кошачьи улыбнулась глазами.

Это звонил генеральный директор транспортной компании «Запад-Восток ТранСервис», под руководством которого трудился Олег. Это можно было понять лишь по одному только бойкому голосу, доносившемуся из телефона. Поставленный, мощный, с легкой хрипотцой и военной выправкой – голос самого главного начальника никто в компании не спутает с чьим-либо другим. Из-за командирского стиля в общении с подчиненными Максима Сергеевича многие называли «главнокомандующим». Не в глаза, конечно же, как это однажды сделала дура Лида с отдела маркетинга, а за его широким тылом. Но рабочий коллектив – это очень сложная и подвижная субстанция, где все взаимосвязаны друг с другом. И где сказанное одному, словно вирусная инфекция, довольно быстро распространяется по всему корпоративному организму. Так что, еще до Лидиной осечки, Максим Сергеевич хвастался своей некрасивой жене: «Представляешь, Мариш, эти говнюки на работе кликуху мне придумали: Главком».

– Олег, ну ты как там, еще не скурвился? – директор явно был в хорошем настроении. – Секретутка новая еще не сбежала от тебя?

– С чего ради? – Олег вернулся к столу и посмотрел на Катю: услышала она этот выпад в ее сторону или нет. Вроде бы нет.

Главком не понял, на какой из заданных вопросов Олег ему ответил. Но коли оба вопроса были поданы в качестве закуски, то, не развивая дальше затронутые им темы, он решил перейти к главному блюду.

– Слушай, дружок, тут сложилась непростая ситуация, – директор кашлянул два раза. Олег снял пальто и уже наготове сидел за своим столом, чтобы делать пометки в блокнот. – Ты ведь в курсе той встречи, что была на этой неделе у Ромы Трушкова?

Олег на секунду отвлекся от разговора. Он смотрел на Катю, чья фигура от уровня груди выглядывала из-за перегородки. Ему бы сейчас хотелось удалиться вместе с ней из офиса и ненадолго забыть все тяготы управленца. Он быстро проморгался, собрался с духом, прогнал от себя минутный морок и решительно продолжил разговор с басистым Главкомом.

– Да, в курсе. Что-то связанное с полетными перевозками для наших клиентов. – Еще бы он не знал! Об этом возможном сотрудничестве судачили во всех отделах. Если стороны подпишут документы, то Главком раскошелится на открытие нового офиса в Новосибирске. А это значит, что кто-то из высшего звена – например, Брюзжалов Олег Владимирович – пойдет на повышение.