НИКОЛАЙ СТЕПАНОВИЧ
Нет-нет, мы к разным учебным заведениям относимся. Я профессор, преподаю, у меня лаборатория, кафедра, занимаюсь научной работой, а Вера на историка учится. Неблагодарное занятие в наше время…
ВЕРА
Зато интересно. Политические процессы – самые увлекательные…
ПРОФЕССОР
А вас как зовут, молодые люди?
ИГОРЬ
Сергей. (Протянул руку профессору, тот переложил стакан в другую руку и пожал ее.)
ВАЛЁК
А я Анатолий. (Тоже пожал профессору руку.)
ПРОФЕССОР
Очень приятно. Чем занимаетесь, господа?
ИГОРЬ
Коммерсанты… мы… рога продаём… (Отчего-то добавил он, показав пальцем на голову.)
ПРОФЕССОР
И копыта?!
Игорь увидел, как лицо Валька исказила невольная гримаса надвигающегося хохота. Нужно было срочно выйти из ситуации.
ИГОРЬ
ПантЫ марала! Я там забыл кое-что… в туалете… (Он стремглав выскочил за дверь, тут же за ним пулей вылетел Валёк.)
Они закрыли за собой дверь купе и, уже не сдерживаясь, затряслись в беззвучном смехе.
ВАЛЁК
Да ты охуел! Какие панты марала?!
ИГОРЬ
Да а хули ему говорить?
ВАЛЁК
Палево!
ИГОРЬ
Да и хуй с ним…
Они отошли в тамбур, выкурили по сигарете и вернулись обратно в купе.
ПРОФЕССОР
Присаживайтесь к нам, молодые люди. Составьте компанию.
ИГОРЬ
Не-не, спасибо, мы сыты. Полезем на пальму.
Они ловко запрыгнули один за другим на верхние полки, упёршись руками в противоположные лежанки. За окном спускался вечер. Валёк зажёг светильник над головой и стал разглядывать что-то в своём телефоне, а Игорь стал думать о своих попутчиках.
Мужчина, несмотря на свой возраст, показался ему по-своему привлекательным. Крупный, красивая стрижка, волосы с проседью, подбритая по моде щетина, золотая оправа очков, костюм дорогого сукна, вместо галстука яркий шейный платок, дорогой парфюм… Сколько лет ему, шестьдесят, семьдесят? Неопределённого возраста субъект… Ни дать ни взять – Дон Жуан на склоне жизни.
А вот девочка – прелесть. Этакая серая мышка. Просто одета, из косметики только подчёркнуты тушью ресницы… Вера… Вера хороша… Такие серые мышки очень страстные в постели, пожалуй, самые лучшие. Она маленькая, и передние зубки с крупными резцами, точно как мышка… Но полные груди, красивые бёдра… Проведя с такой ночь, днём её трудно узнать, как будто трахал другую женщину. Эта скромность обманчива… В тихом омуте черти водятся… Игорь уже встречал такой тип девушек. При свете дня они обычные, ничем не привлекательные, но с наступлением темноты меняются. Это настоящие дочери ночи, луна их делает другими.
Игорь заметил, как Валёк забылся сном. Да… вырубило его… «Канабис на всех по-разному действует: кого угондонивает, а у меня, наоборот, бодряк, – размышлял Игорь. – Теперь точно не усну до утра… Жаль, старый ишак подсел к нам, так бы можно было подкатить к девочке… Дорога дальняя…» Игорь отдался полностью действию кайфа. Он словно лишился своего тела и ощущал себя бесплотным духом, неприметным, лишенным чувств, абстрагировавшимся от реальности. Ни один мускул его тела не двигался. Он так и расплылся, как кисель, по своей лежанке и потихоньку начал прислушиваться к разговору попутчиков.
У них разгорелся жаркий спор. Вера говорила о том, что все исторические процессы закономерны и развиваются подобно законам химии и физики, что все события можно в разной степени вероятности очень хорошо предсказывать. Говорила о том, что целые народы, так же как и отдельные люди, подвержены действию кармы, что они точно так же, как и отдельные личности, караются Богом за свои грехи. «А девочка-то не проста», – подумал Игорь.
ПРОФЕССОР
К сожалению, это далеко не так. В некоторых случаях карма работает, в некоторых она не действует. Мало ли политических упырей ушли от наказания? Например, Пол Пот. Он вырезал со своими красными кхмерами две трети населения своей страны. И что? Сбежала гадина и умерла своей смертью, спустя многие годы. А Византия? Турки захватили её, подвергли геноциду греков, да и не одних только греков. И что? Где наказание народа за грехи? Так что вы, по-моему, заблуждаетесь, Вера. Конечно, вы идеалистка, это похвально, но к истинному положению вещей это не имеет никакого отношения.
ВЕРА
Всех за грехи ждёт наказание. Может, конечно, некоторых уже после смерти…
ПРОФЕССОР
Вот этого не надо! Так мы договоримся до переселения душ. Если это и так, то последующие воплощения не имеют памяти о прошлом, следовательно, будут страдать невинно. Иначе в чем тогда урок? Или вы мне хотите рассказать про муки ада? Так это все словесные свидетельства весьма экзальтированных лиц… научных доказательств не имеющие…
ВЕРА
Но вы же не станете отрицать чуму в Европе? Чёрная смерть, которая выкосила до трёх четвёртых населения?
ПРОФЕССОР
Чуму я отрицать не стану. Ну а о чём она, по-вашему, свидетельствует?
ВЕРА
А это и есть наказание за крестовые походы. Сколько людей были безвинно убиты крестоносцами?
ПРОФЕССОР
Не надо путать конкретные исторические процессы с метафизикой. Каждое событие имеет вполне объяснимые причины и последствия.
ВЕРА
В таком случае откуда взялась чума, если это не наказание Господнее?
ПРОФЕССОР
А всё очень просто. Как говорил Иосиф Виссарионович, каждая ошибка имеет свою фамилию, имя и отчество. Тогда, как вы верно заметили насчёт крестовых походов, католическая церковь имела огромную власть. А неограниченная власть способствует принятию безумных законов. Папа Римский Григорий Девятый издал буллу об истреблении повсеместно кошек. Он посчитал их дьявольскими созданиями. Тогда вообще любили бороться с прекрасным… Охота на ведьм… Жечь живьём и пытать самых красивых женщин. С тех времён даже осталась примета, что черная кошка – к беде. Ерунда полная. Ну, вот и последствия. Уничтожили котов – расплодились крысы, переносчики чумы.
Игорь свесил ноги с полки, подтянулся на руках и медленно опустился на пол.
ИГОРЬ
Вера права! Это кара Господняя за души невинных пушистых кошатин! Католики вообще нелюди! Наш православный батюшка ни за что бы не приказал делать такие гадости. У нас кошки жили в церквях, в монастырях испокон веков. Им даже в алтарях позволяли валяться.
ПРОФЕССОР
Присаживайтесь, Серёжа. Выпейте с нами.
ИГОРЬ
Пойду покурю (ответил он на их вопросительные взгляды и быстро покинул купе).
Он стоял в тамбуре, выкуривая медленно одну за другой сигареты, смотря в окно. Там проплывали медленно поля и лесополосы, освещённые полной луной, попадались и полустанки с тусклыми фонарями, и населённые пункты. По освещённым улицам ходили редкие прохожие. Вот проехал колхозник на мотоцикле с люлькой, а вот едет трактор с выключенными фарами… «Наверное, крестьяне что-то украли, что плохо лежало, – думал Игорь. – Другая жизнь… Так далека она, чужда… Там свои проблемы, горести и радости. Я вижу это всё со стороны. Мы в разных мирах… Я – в мире движения, а они сейчас – в мире покоя и статики…»
На землю спустилась ночь. Игорь вернулся в купе и обнаружил Валька, сидящего за столом рядом с профессором. В руке его был стаканчик с коньяком.
