Иван Гамаюнов – Квест по миру Дракулы (страница 13)

«Валим отсюда! Пожалуйста! А-а-а-а-а-а!» – орал Андрей, но Петру не собирался никуда бежать, лишь уклонялся от тесака.

Движения были чёткие, отработанные, ведь Петру когда-то проходил военную подготовку. Но Андрей орал уже матом, ведь если бы Петру запнулся за какой-нибудь мусор, который валялся под ногами, то всё.

Сам Петру, несмотря на мелькающий перед ним тесак и орущего в голове попаданца, сохранял спокойствие. Он прикинул, что тесак хоть и большой, но гораздо короче меча. Это преимущество. Главное, чтобы лезвие тесака и лезвие меча не встретились, ведь тогда меч мог сломаться.

Петру, перемещаясь вокруг своего противника, пытался задеть его по руке или по ноге кончиком своего оружия. Один раз задел левую руку чуть ниже локтя, но только порезал. Эффект нулевой.

Опять взмах тесака по горизонтальной дуге, но теперь Петру, улучив момент, сделал выпад, как мушкетёр, выставив вперёд руку с мечом и опираясь на согнутую в колене правую ногу. Порезал противнику левое плечо, но неглубоко.

«Маньяк» злорадно улыбнулся, примерился, снова взмахнул тесаком. Петру увернулся и сделал новый выпад… или не выпад: почти упал ничком, так что колено правой ноги прижалось к груди, а левая рука упёрлась ладонью в землю, помогая сохранить равновесие. Правая рука при этом ушла вперёд так далеко, что острие меча не просто достало до левого бедра противника, а вошло глубоко.

Противник взвыл и как будто стал вдвое ниже ростом – от резкой боли он сел. И вдруг из двери, откуда парень с тесаком недавно появился, выскочила светловолосая девушка, такая же растрёпанная, вся в ошмётках сена. Она пронзительно завизжала, подбежала к парню и плюхнулась на колени рядом с ним. Что-то тараторя, девушка пыталась зажать его рану, но только вымазала руку. Кровь сочилась между пальцами.

Парень продолжал размахивать впереди себя тесаком, а Петру просто остановился на безопасном расстоянии. Опустив меч, он спокойно ждал, когда обездвиженный противник совсем выдохнется.

Только теперь Андрей заметил, что с улицы примчались другие воины. Наверно, услышали визг девушки или увидели во дворе странное мельтешение, захотели помочь, но помощь не понадобилась.

– Вот, – сказал им Петру. – Немцев нашёл.

Он обратился к парню уже по-немецки:

– Ты что здесь делаешь? Почему не в церкви?

Парень положил тесак перед собой и угрюмо отвечал:

– Мы в лесу были неподалёку. Колокол не сразу услышали. А когда прибежали, уже поздно было. Вы в деревню вошли. Мы спрятались в сарае.

В этом коротком рассказе звучала очень явная досада на стечение обстоятельств. Парень перестал казаться Андрею маньяком. Страх прошёл. Захотелось даже поиздеваться, поэтому сам собой напрашивался вопрос: «Интересно, а что они в лесу делали, если колокол не услышали?» Правда, в следующее мгновение Андрей почувствовал себя идиотом. Ну а чем могут заниматься парень с девушкой в лесу?!

Петру только хмыкнул, услышав этот внутренний монолог, а затем пересказал товарищам слова немца. Те понимающе загоготали. Они сразу сообразили, чем занимался парень с девушкой в лесу.

Через минуту явился Мане со своим десятком. Они не успели далеко уйти, ведь с того момента, как Петру отправился проверить двор, прошло очень мало времени.

Секунд пять Мане смотрел на парня и девушку, теперь рыдающую, а затем сказал:

– На немецкую засаду это не похоже, но всё равно надо князю доложить.

«Петру, – попросил Андрей, когда они вышли со двора на улицу, – давай ты не будешь всюду вот так лезть. Тебя же убьют очень быстро».

«А чего ты испугался? – не понимал Петру. – Вчера ночью троих не испугался, а сегодня из-за одного дурака бежать хотел».

«Вчера ночью у меня не было выбора. А сегодня я тебе с самого начала говорил, что не надо идти во двор. Чего ты туда полез? Перед Дракулой выслужиться хочешь?»

«Хочу, – просто ответил Петру и добавил. – Только он Дракул, а не Дракула. Я же тебе говорил, что Дракулой его немцы зовут».

* * *

Дракула, всё так же на чёрном коне, вместе со своей небольшой свитой находился на деревенской площади. Эта площадь имела форму треугольника, где от каждого угла тянулась улица. Дракула остановился чётко посередине. Он беседовал с Молдовеном, и они оба время от времени смотрели на лысую вершину холма, то есть на укреплённую церковь.

На движущийся мимо обоз они внимания не обращали. Пожалуй, только Штефан посматривал в сторону телег и неодобрительно качал головой, когда воины Дракулы кидали на ту или другую телегу очередной мешок, в котором, конечно, находилось награбленное.

Когда Мане и его люди приволокли раненого парня и рыдающую девушку на площадь, Дракула поначалу не обратил на этих пленников никакого внимания. Или сделал вид, что не обратил.

– Э! Опять вы! – воскликнул Дракула, потому что он сразу узнал десяток «молодцов», которые прошлой ночью охраняли стадо овец, а утром были свидетелями на допросе.

Мане с поклоном доложил:

– Государь, мы этих, – он указал на пленников, – в деревне нашли. Что велишь с ними делать?

– Кто их нашёл? – спросил Дракула и оглядел всё собрание своим фирменным проницательным взглядом.

– Я, – не без гордости ответил Петру.

– Рассказывай, как было, – с лёгкой улыбкой велел Дракула. Но смотрел так же проницательно.

Петру коротко рассказал, а Дракула по окончании рассказа улыбнулся шире и спросил:

– Значит, ты их язык знаешь?

– Знаю, государь. Я же в Трансильвании жил с родителями много лет. А вокруг нашей православной общины все деревни были немецкие. Вот я и выучил.

– Тогда спроси этого немца, что же он в лесу не остался. Пересидел бы с подругой там.

Петру спросил, а немец даже удивился:

– Но ведь колокол же звонил.

Петру перевёл ответ, а Дракула воскликнул:

– Вот он – хвалёный немецкий порядок! Колокол звонит – беги туда, откуда звон. А своей головы, чтобы подумать, как будто и нет.

Петру перевёл пленникам слова Дракулы, но молодой немец явно продолжал думать, что всё сделал правильно. Девушка вообще ни о чём не думала. Она плакала, размазывая чужую кровь по своему лицу и даже не замечая.

– Что же с этим дураком делать? – спросил Дракула, обращаясь не то к самому себе, не то к окружающим.

Поскольку было непонятно, кого он спрашивает, все вокруг молчали.

– На кол его сажать – долго, – продолжал рассуждать Дракула. – Надо решить дело быстрее. – Проницательный взгляд князя остановился на лице Петру: – А может, добьёшь этого дурака, раз ты его ранил? Но я тебе не приказываю – только предлагаю, а решение за тобой.

Петру смутился ещё в тот момент, когда князь на него посмотрел. А после вопроса опустил взгляд.

Андрей, помня утренний допрос, решил не лезть с советами. «Всё равно меня не слушают». Казалось, что Петру сейчас согласится добить, но вдруг прозвучало:

– Нет, государь. Если выбор за мной, то нет.

– Отчего же нет? – спросил Дракула с явным интересом и даже повернул своего коня так, чтобы конская голова не мешала смотреть на собеседника.

Петру пояснил:

– Одно дело, когда мы с ним во дворе дрались. Если б я его тогда убил, значит, так тому и быть. А теперь он побеждён и безоружен.

– А если мы ему тесак вернём? – спросил Дракула.

– Всё равно нет.

– Отчего же?

– Немец всё равно слабее, потому что ранен.

Андрей думал, что Дракула рассердится, но Дракула заулыбался совсем широко и обернулся к Молдовену:

– Слышал, Молдовен? Хороший ответ!

Петру не очень понял, за что князь хвалит, поэтому Дракула решил пояснить:

– Знаешь, чем отличается разбойничья шайка от войска?

– Строем не умеют ходить? – предположил Петру.

– Нет, – ответил Дракула. – Даже у разбойников, когда они куда-нибудь идут или едут, всегда есть свой порядок, кто за кем.

Петру высказал новое предположение:

– У них начальники не такие умные, как командиры в войске?

– Нет, – Дракула покачал головой. – Бывает, что в шайке атаман поумнее иных военачальников.

«Опять шоу для своих», – решил Андрей. Ведь многие воины на площади, которые только что кидали мешки с награбленным на возы, теперь собрались полукольцом вокруг Дракулы и слушали.