Иван Фрюс – Тень Заката. Колонисты (страница 6)

и впервые за много дней почувствовал не страх, а странное спокойствие.

Папа… я иду туда, куда ты не успел, – подумал он.

Я сделаю так, чтобы Алина жила лучше, чем мы.

Он шагнул в лифт.

Створки сомкнулись, и кабина двинулась вниз – туда, где собирали тех, кто решился покинуть Землю.

Глава 3

Пункт сборки “Тайга” встретил Игоря гулом, холодом и запахом металла.

Воздух здесь был сухим, насыщенным озоном, будто каждая молекула прошла через фильтр, но всё равно пахло машинным потом и железом.

Далеко над ним сводчатые перекрытия терялись во мраке, а свет исходил не от ламп, а от вживлённых в стены линий – словно сам металл светился.

– Добро пожаловать, колонист Брусков Игорь. Пункт сборки “Тайга”, уровень допуска D. Следуйте по жёлтому коридору к зоне распределения, – произнёс холодный женский голос ИИ.

Игорь поправил ремень рюкзака, шагнул вперёд и растворился в потоке таких же, как он – потерянных, молчаливых, с глазами, в которых смешались надежда и усталость.

На стенах встречались лозунги корпорации “Прометей”:

«Новая жизнь начинается там, где Земля заканчивается!»«Ты не просто человек – ты первопроходец!»

От этих слов Игорю стало не по себе. Он-то знал, что первопроходцы чаще всего не возвращаются.

Офицер у стойки распределения выглядел, как оживший памятник: массивный, седой, с имплантами вдоль шеи и усталым взглядом.

– Следующий.

Игорь протянул ему электронный документ.

– Брусков Игорь. Техник-квантолог, категория D. Комната 17-D. Завтра в шесть ноль-ноль – инструктаж. Форма – в шкафчике. Не опаздывать.

– Понял.

– Думаю, не понял. – офицер глянул прямо в глаза. – Кто опоздает – отправится в списки отбора на принудительные работы.

Игорь кивнул, стараясь не показать, как у него пересохло во рту.

Комната 17-D оказалась общим отсеком на шесть человек. Внутри стоял ровный гул вентиляции, а свет мягко просачивался из панелей потолка.

На койке у стены сидел худощавый рыжеволосый парень лет двадцати, с лёгкой полуулыбкой и забинтованной рукой.

– Эй, новенький. – Он махнул рукой. – Я Макс. Макс Лерой, инженер-строитель. А ты кто по жизни?

– Игорь. Квантолог. Из Велесграда.

– Велесград? Ха, старый бетон и холод. Слышал, там даже птицы не летают.

– Птиц я не видел, но крыс – сколько угодно.

– Отлично. Значит, адаптируешься быстро.

Из соседней капсулы высунулся человек с тёмными волосами и жёстким выражением лица:

– Заткнитесь уже. Я сплю.

– Кайто, не бурчи. – Макс махнул рукой. – Этот парень теперь с нами, пусть привыкает.

Кайто зевнул и пробормотал:

– Пока не сбежал, уже хорошо.

С другой стороны койки поднялась девушка лет двадцати пяти, в серой форме медика.

– Вы шумите, как дети. – Её голос был усталым, но не грубым.

– Это Лиана, – представил Макс. – Местный врач. Если откинешься – она первая вскроет тебя и поймёт, почему.

– Очень смешно, Макс. – Девушка скрестила руки. – Я тебя могу вскрыть и при жизни, если не заткнёшься.

Игорь впервые за долгое время рассмеялся. Пусть шутки были чёрные, но они звучали живыми.

Позже, за ужином, когда они сидели за металлическим столом в столовой, Игорь спросил:

– Слушайте… а вы вообще знаете, что нас ждёт? Куда нас пошлют?

Макс усмехнулся, покачивая ложкой с густой питательной пастой:

– Ага. Добро пожаловать в клуб обречённых. Сейчас просветим.

Кайто поднял голову:

– Ты вообще знаешь, как работает программа “Прометей”?

– Только то, что колонисты строят новые поселения. Всё.

– Ну вот, а теперь слушай внимательно, раз уж подписался.

Он говорил спокойно, без эмоций, словно зачитывал приговор:

– Колонизация идёт волнами. Всего три.

– Первая – “нулевая”. Это не мы. Туда отправляют заключённых, списанных военных, купленных корпорацией преступников. Их задача – сделать площадку для остальных: собрать генераторы, кислородные купола, базовую защиту. Умирает половина. Иногда больше.

Игорь нахмурился:

– Жёстко.

– Жёстко – это когда у тебя нет выбора. – Вмешалась Лиана. – Вторая волна – специалисты. Мы. Настраиваем системы, доводим инфраструктуру до ума, строим купола для нормальной жизни. Если повезёт, в них даже можно жить.

– А третья? – спросил Игорь.

Макс ответил:

– Третья – земельщики. Земледельцы, фермеры, биоинженеры. Им достаётся уже почти готовая планета. Они запускают производство еды и формируют постоянные колонии. Без них – все остальные дохнут с голоду.

– Так вот, – продолжил Кайто, – таким способом заселили Луну, потом Марс, потом спутники Юпитера. Почти все крупные тела системы уже заняты. А теперь корпорация пошла дальше.

Он замолчал, давая паузу.

– Дальше – это куда? – тихо спросил Игорь.

– К Альфа Центавра, – произнёс Макс. – Там нашли несколько планет с атмосферой, пригодной для жизни. “Прометей” уже строит первый корабль для вылета – “Аврора”. Нам повезло, или не повезло, как посмотреть: если примут – мы будем второй волной.

Игорь растерянно выдохнул.

– Но… как вы вообще туда доберётесь? Это же за пределами системы. Там лететь… десятки лет.

– Ага. Раньше так и было, – сказал Кайто. – Пока не создали “Сингулярный двигатель”. Он искривляет пространство и ускоряет корабль до безумных скоростей. До Альфы – всего два года пути. В крио-сне. Если доживёшь до пробуждения – считай, повезло.

– А если нет?

– Тогда корпорация выплатит твоей семье компенсацию, – фыркнул Макс. – И скажет, что ты “погиб героем в деле освоения космоса”.

Лиана посмотрела на него строго: