– Неа, – ответила Эльза. – Нас сразу уложат спать. А проснёмся – уже у Альфы Центавра.
– Вот и всё путешествие длиной в два года, – хмыкнул Келвин. – Ни фильмов, ни прогулок по палубе, даже еду не успеем попробовать.
– Зато не состаримся за это время, – заметил Игорь, пытаясь улыбнуться.
– Да, будешь по-прежнему свеж, как из холодильника, – пошутила Эльза, и все засмеялись.
Коридоры тянулись бесконечно.
Стены были белыми, глянцевыми, с тонкими прожилками голубого света.
Иногда по ним скользили дроны с контейнерами, почти бесшумные, как будто скользящие по воздуху.
Колонисты шли плотной группой, переговариваясь, шутя, кто-то снимал всё на встроенные в глаз линзы.
– Эй, смотри, вон те секции – лаборатории? – спросил Томас.
– Да, видишь маркировку? «Bio-A17». Это, скорее всего, биомодуль, где будут восстанавливать растения.
– Растения в космосе… звучит странно.
– А кто-то должен кормить нас и строить атмосферу на планетах, – пояснила Эльза.
– Ты как всегда умнее всех, – усмехнулся Келвин.
– А ты попробуй читать информационные панели, пока идёшь, – парировала она.
Игорь шёл немного позади, оглядываясь.
Корабль был не просто механизмом – он дышал.
Вентиляционные потоки тихо шептали под потолком, голограммы вспыхивали и исчезали, двери раскрывались плавно, словно подчинялись дыханию машины.
Когда они вошли в сектор, воздух изменился – стал холоднее и суше.
Внутри раскинулся огромный зал, освещённый мягким белым светом.
Ряды прозрачных капсул уходили вдаль, как зеркальное поле. Каждая – с плавными линиями, сине-белыми индикаторами, и мягким светом изнутри.
– Вот это… да… – только и смог сказать Келвин.
– Похоже на поле хрусталя, – добавила Эльза.
– Именно тут нас и уложат, – произнёс Томас, рассматривая капсулу. – Смотри, система автоматического поддержания жизни, прямое подключение к нейрочипу, датчики сна и циркуляции крови… Всё автоматизировано.
Игорь подошёл к ближайшей капсуле и коснулся стекла.
Оно тут же подсветилось изнутри, открывая голографическое меню:
Имя: Брусков Игорь ИвановичВозраст: 18 летСпециальность: Техник-квантологБаланс: 5 000 кредитовСостояние: АктивенСтатус: Готов к погружению
– Ничего себе… – тихо произнёс он. – Даже здесь всё работает через чип.
– А ты думал – нас кто вручную укладывать будет? – улыбнулась Эльза. – Они подключат нас к бортовому ИИ, и он сам выведет всех из сна, когда прибудем.
– И как они называют это состояние?
– Гибернация нейроуровня, – вставил Томас. – Сознание уходит в безопасный «серый режим», тело охлаждается, метаболизм замедляется в тысячу раз.
– Короче, спишь как убитый, – подытожил Келвин.
Они рассмеялись, хоть внутри у каждого было странное чувство – смесь волнения и восторга.
Голос ИИ снова раздался из потолка, мягкий и спокойный:
Колонисты, добро пожаловать на “Арку-7”.Начинается фаза погружения в гибернацию.Пожалуйста, разойдитесь по своим капсулам.После завершения синхронизации, начнётся обратный отсчёт запуска.
– Ну что, ребята, – сказал Келвин, хлопнув Игоря по плечу, – если вдруг мне приснится, что я снова в тренировочном зале, я точно вырвусь из капсулы.
– А я надеюсь, что мне приснится нормальная еда, – усмехнулась Эльза. – После этих синтетических порций я даже суп скучаю.
– Эх, а я просто хочу увидеть, что нас там ждёт, – сказал Томас. – Неважно – холод, жар, пустыня или лес. Главное – чтобы было где начать заново.
Игорь кивнул, чувствуя, как горло немного сжимает.
– До встречи, ребята. Через два года.
– Через два года, – ответили они почти хором.
Он лёг в капсулу.
Поверхность мягко подстроилась под тело, словно вода.
Над ним опустился прозрачный купол, и в глаза мягко ударил голубой свет.
На внутреннем экране появилась надпись:
Синхронизация с бортовым ИИ: Активна.Нейросеть колонии: Подключение установлено.Физиологические параметры – стабильны.Запуск гибернации через 10… 9… 8…
Игорь глубоко вдохнул.
Мягкий холод начал ползти от ног к груди.
Он почувствовал, как замедляется пульс, дыхание становится редким, лёгким.
– Спи крепче, Земля, – прошептал он. – Мы вернёмся с другой стороны звёзд.
Зрение постепенно померкло.
Сознание стало лёгким, как пар.
Мир растворился в белом сиянии, и всё исчезло.
Путешествие длиной в два года началось.“Арка-7” покинула орбиту Земли и взяла курс на Альфу Центавра.
Глава 5
– Восемь часов по земному времени, курс стабилен, тяга на девяносто девять и семь процентов, – протянул Зайцев, лениво откинувшись в кресле пилота. На панели перед ним мерцали сотни индикаторов, линии маршрута и спокойный зелёный контур траектории.
– Ты бы хоть раз сказал, что тяга сто процентов, – усмехнулся его напарник, пилот второй смены – Сергей Волков, мужчина лет тридцати пяти, с коротко остриженными волосами и вечным недосыпом в глазах. – Каждый раз одно и то же: девяносто девять с хвостиком. Прям как будто кто-то специально удерживает на этом уровне.
– Если работает – не трогай, – ответил Зайцев, поправляя микрофон. – Главное, чтобы нас не выкинуло за маршрут, а то потом придётся выравнивать курс вручную. Хочешь, чтобы нас прославили как идиотов, что свернули не туда и прилетели к какому-нибудь карлику вместо Альфы?
– Да ладно тебе, – зевнул Волков. – Тут всё за нас делает навигация. Мы с тобой, по сути, два наблюдателя с кофе и красивыми погонами.
Зайцев хмыкнул. На дисплее шли ровные зелёные линии. Всё было как всегда – тихо, размеренно, даже скучно. Год полёта пролетел незаметно: четыре месяца сна в гибернации, два месяца дежурства, и снова гибернация. Так по кругу, пока корабль «арка-7» не достигнет цели.
– Ты был в шестом отсеке сегодня? – вдруг спросил Волков, щёлкнув по экрану так, будто между делом.
– В шестом? Нет, а что там?
– Вот я там был, – ответил он, опершись локтями на пульт. – Проверял энергопитание. А там, в боксе, стоят капсулы. Штук десять. Я сначала думал – резервные для гибернации, но нет… эти другие.
Зайцев повернул к нему голову:
– Другие? В смысле?
– В смысле – внутри люди. Или… не совсем люди.
