Иван Фаворов – Воин и меч (страница 20)

– И это всё?

– Скорее всего, в этом процессе важна внутренняя склонность и готовность человека вступить на этот путь. В его душе либо происходят какие-то изменения, либо нет. Обычно такие вещи скрыты от нашего внимания. Большинство суждений о ходе трансформации обычного воина в палача строится мечами, убивавшими таких людей, а не служившими им. Известно, что участие в военных действиях или подавлениях мятежа способствует превращению.

– Спасибо Вам мудрый Сендслевенстен. Я думаю, вы полностью ответили на мой вопрос.

– Хорошо друг мой, не тратьте время попусту, сосредоточьтесь на доступном – это мой Вам дружеский совет.

Распрощавшись меч решил не настаивать на встрече с ещё одним хранителем, не искушать судьбу в поисках готовых ответов, а постараться самому на основе приобретённых знаний и опыте общения с Анатолем сделать всё возможное, чтобы господин не пошёл по пути кровавой мести. С такими мыслями Меч вернулся домой, а Анатоль, дождавшись когда его любимая уснёт, отправился, раздираемый ненавистью и жаждой мести, к графу в гости, надеясь получить ответ на вопрос: кто виноват в засаде и почему его с Анастасией не предупредили о такой возможности.

Графа не оказалось дома, но дворецкий предложил подождать возвращения хозяина в гостиной, тот уже скоро должен был вернуться.

Тикали часы на каминной полке, остывал в чашке кофе, любезно предложенный Анатолю, у графа всегда варили отменный. Мысли в голове не давали расслабиться. Когда вернулся хозяин дома, Анатоль уже не мог сидеть на месте и расхаживал из стороны в сторону, нашёптывая себе под нос части предстоящего диалога.

Граф быстро оценил состояние гостя и к кофею добавил коньяк. Разговор пошёл более гладко, чем предполагал Анатоль.

Отлично понимая недовольство своего протеже, граф быстро соглашался на все требования, а обвинения в некомпетентности или предательстве опроверг длинной историей о стечение обстоятельств.

– Впрочем, – заканчивая ход своих мыслей, сказал граф. – Если бы не вся их (революционеров) паскудная деятельность не было бы и этих жертв. Ты смотри в корень, на истоки проблемы. Эти люди – безжалостные убийцы, прикрывающиеся родными, женщинами и детьми, используют любую возможность, чтобы избежать возмездия за подлый террор.

– Граф, я хочу разорить этот осиный улей. Вы мне поможете? – Сказал Анатоль.

Да, друг мой, конечно. Можете рассчитывать на мою помощь лично и на помощь всех Иллюминатов. Мы служим свету и борьба со злом наша основная задача в мире. На протяжении истории последнего тысячелетия зло разбивается о стены нашей организации как о последний бастион.

– Тогда какие мы предпримем действия?

– Сегодня я займусь сбором информации, разузнаю всё, что можно об интересующих нас людях и о том, как до них можно дотянуться. Завтра или послезавтра мы встретимся и на основе добытой мной информации составим план. А сейчас друг мой идите домой и выспитесь как следует. Анастасия под присмотром лучших врачей. Вы своим присутствием помочь ей всё равно не сможете.

Анатоль не стал спорить. Попрощался и вышел на улицу где бесчинствовала ранняя весна.

Анастасия продолжала находится в бессознательном состоянии, и два дня Анатоль бесцельно бродил по улицам города мерея гамашами глубину талых луж, размышляя о жизни и утраченном смысле, копя и лелея ненависть. Очень сильно ему не хватало друга, к которому можно было бы зайти в гости, выговорится, спросить совета, но Николай прервал с ним отношения, считая неприемлемым поведение Анатоля и его склонность к насилию.

Находясь в промежуточном состоянии, между безумием и отчаянием Анатоль убедил себя, в том, что после того как он отомстит, Анастасия обязательно придёт в себя, что в полумёртвом виде её удерживает осознание того, что стрелявший в неё на свободе и она подобно древней фурии летает над городом в жажде расквитаться с врагом.

От таких размышлений Анатолю становилось легче, тоска отступала, а огонь ярости согревал прозябшую одинокую душу. На вторые сутки он проснулся поздним утром от стука в дверь. Накинув халат открыл, за дверью стоял граф. На душе полегчало, Анатоль быстро пригласил гостя за стол и поставил чайник.

– Ну как узнал? – В нетерпение спросил Анатоль.

– Да всё узнал, но действовать надо будет быстро. Из города они уехали и скоро покинут губернию, найти их станет очень сложно. Но зато сейчас все трое будут в одном месте. Прячутся у знакомых рабочих на ткацкой фабрике. Мне кажется, в одиночку ты не справишься. Только я не знаю кого смогу найти для этого дела. Действовать надо будет сегодня вечером или крайней срок завтра. Но во время рабочей смены планировать подобное, худший вариант из возможных.

– Значит, времени осталось до вечера? Я готов к любому повороту событий.

– Я смогу тебе указать только завод, и я точно знаю, что они укрываются в производственных помещениях, не в рабочих бараках. Учитывая безуспешность твоих прошлых попыток выследить человека на улицах города, зная район его обитания, вряд ли эта операция, подготовленная наспех, будет успешной.

– Граф Вы предлагаете мне отступить, находясь на пороге мести.

– Нет, друг мой, я предлагаю тебе подумать, как следует в этот раз, прежде чем ты опять наломаешь дров.

Находясь в нервном состоянии Анатоль плохо контролировал свои чувства, упоминание о собственной некомпетентности больно укололо голову изнутри. Возможно, на лице его тоже отразилась соответствующая гримаса, потому что граф инстинктивно отпрянул, посмотрев на Анатоля.

– Не воспринимайте так болезненно критику друг мой.

– Не воспринимать болезненно! Ваша светлость, по-моему, я из-за Вас оказался в этой истории.

– В истории этой ты оказался из-за собственной вспыльчивости и необдуманность поступков, а я как могу, помогаю тебе выпутаться.

Они ещё некоторое время переругивались подобным манером и спор становился всё жарче. Сложно сказать насколько сильно граф рисковал, провоцируя своего вспыльчивого друга, но, похоже, ему удалось нащупать ту красную линию, за которую не стоит заступать. Евграф вовремя распрощался на повышенных тонах и ушёл, оставив на столе папку со всеми необходимыми све́дениями о предполагаемых жертвах мести.

Злило Анатоля не только желание графа свалить на него вину за происходящее, но и сомнения, которые тот высказывал по поводу его компетентности, поэтому, чтобы отчасти восстановить свою репутацию он, борясь с бессонницей, скоротал ночь и принялся за сборы. Запасшись всем необходимым и воспользовавшись полученным ранее от графа снаряжением, Анатоль отправился к заводу, в недрах которого должны были прятаться искомые им революционеры. Через проходную Анатоль прошёл в образе богатого промышленника, внутри заводских помещений получил полную свободу действия, переодевшись инспектором. Надо отдать Анатолю должное, к этой операции он отнёсся гораздо серьёзней, чем к предыдущей, и подгоняемый жаждой мести более тщательно продумал план действий.

У любого человека есть базовые потребности, без отправления которых он не может существовать, поэтому, изучив как следует прибитый к стене план пожарной эвакуации, Анатоль обосновал свой наблюдательный пункт у одной из уборных, предполагая, что разыскиваемые им личности, так или иначе, должны будут справлять естественную нужду и мимо него не пройдут. Но продолжительные наблюдения за посетителями туалета не принесли ожидаемых результатов. Рабочий день заканчивался, и Анатолю ничего не оставалось, кроме того, как найти укрытие и продолжить свои поиски на заводе ночью.

Под покровом темноты ткацкая фабрика поскрипывала сочленениями суставов, завывала ветром сквозь щели приоткрытых форточек, гудела и стучала из труб парового отопления. Намотав на сапоги портянки, чтобы не клацать по полу каблуками сапог, Анатоль медленно двигался по коридорам и рабочим залам, пытаясь различить в ворохе естественных звуков здания хоть что ни будь, что могло выдать присутствие прятавшихся здесь революционеров. Он извлёк из тубуса, который взял с собой, переодевшись инженером, саблю и надеясь обойтись без особого шума, собирался выследить врагов и разделаться с ними поодиночке. На поиски Анатоль потратил несколько часов и только после того, как он догадался спуститься в подвал, где находилась котельная. Ему удалось услышать храп, раздающийся из кочегарки.

Сквозь щель в приоткрытой двери и в бледном мерцании керосиновой лампы Анатоль разглядел кочегара, который, сидя в кресле, смотрел на огонь в приоткрытой топке. По углам на нарах спали три человека, их лица было сложно разглядеть. Двое повернулись лицом к стене, а третий, лёжа на спине, прикрыл глаза картузом. Бородатый истопник, мерцая в отблесках огня, ворошил кочергой угли и что-то бубнил себе под нос похожее на молитву.

Такое положение дел явно усложняло задачу. Убивать невинного старика совсем не хотелось. Анатоль принялся ждать, говорят с возрастом мочевой пузырь становится всё меньше и терпеть долго не получается. В ожидание прошёл примерно ещё час. Всё это время Анатоль не ослаблял бдительности и, стоя в тёмном углу за дверью, сквозь тонкую щель наблюдал происходящее. Нужный момент наконец настал, старик немного потянулся, скрипнув стулом и костями, закрыл печную юшку, направился к двери. Затаив дыхание Анатоль напрягся, готовясь на всякий случай быть обнаруженным, но старик, не предвидя опасности, прикрыл Анатоля распахнутой дверью и ничего не таясь, шаркая, отправился по коридору в сторону нужника, освящая себе путь керосиновой лампой. В комнате стало совсем темно и только редкие блики огня пробивающиеся сквозь щели топки давали хоть какое-то представление об интерьере комнаты. Анатоль достал из кармана бензиновую зажигалку и чиркнув колёсиком, запалил тусклый огонёк, подошёл к первому спящему. Кончиком лезвия сдвинул картуз на затылок, удостоверился в сходстве с фотокарточкой. Рубанул остриём по горлу и сонной артерии, хотел сделать всё тихо, но не получилось. В последний момент умирающий проснулся, закашлялся, давясь собственной кровью, разбудил товарищей. Пришлось рубить наотмашь.