Иван Фаворов – Паршивый отряд (страница 50)

Теперь, после всех трагических событий свидетельницей которых она стала, Дуня находившаяся и без того в состояние полной моральной деградации совсем потеряла чувство реальности и способность к самосознанию. Она прятала лицо на широкой груди удачно подвернувшегося мужчины и боялась открыть глаза. Тихо всхлипывала стараясь изо всех сил не производить не звука и не думала не о чём. Тело человека, которого она безмерно уважала, помощи которого искала последние два дня и на которого возлагала свои надежды, сейчас лежало рядом с ней совершенно бесполезное, чужое и до ужаса пугало отсутствием всего того, что делало его живым ещё несколько минут назад. Тёплая кровь капала ей на ботинок со скамьи на которой они сидели, но она уже ничего не чувствовала, ей хотелось кричать и бежать как можно дальше отсюда, но добрый мужчина, сосед по лавке и несчастью, крепко держал и зажимал рот. За что она, в глубине души, там, где ещё осталась искра здравого сознания была ему благодарна.

Скачки.

Поле, подготовленное для соревнований с выросшими на нём трибунами, утром, было пустым и спокойным. Эдуард прогулочной рысью объезжал вокруг ипподром, разминая себя и лошадь. Перипетии предстоящего дня мало его волновали в свете произошедшего с ним накануне. Отец не рассказал ему подробностей заговора, но предупреждал о том, что день скачек должен стать переломным в истории города. Флор решил не привлекать, на всякий случай, семью к столь опасному делу. Всё же Эдуард был в курсе общей последовательности революционных событий, исключая их кровавую составляющую и полностью разделял политические взгляды отца. Поэтому, подготавливаясь к скачкам он хорошо осознавал моральную важность своей победы. Но сейчас объезжая вокруг стадиона под неприхотливый шёпот Светика он не чувствовал совершенно никакого интереса к происходящему в городе. Она непрестанно говорила с ним. Рассказывала про другие миры, реальности, странные не земные события. Её речь шелестящим шёпотом проникала в его сознание и оседала там красивым узором чувств, рождающим зависимость и близость. Он не разбирал слов её речи и в другом случае воспринял бы их просто как шум. Но то, что она сообщала ему оседало где-то в глубине его сердца, рождая знание без понимания. Он не мог вспомнить нечего из её рассказов, словно видел глубокий сон. Только кружево чувств, сотканное в его голове, оставалось единственным ощутимым следом в его сознании.

Этим утром у ипподрома Эдуард разминался не один. Большинство всадников разъезжало неподалёку. Но среди них не было Михаила. Единственного человека ещё интересовавшего Эдуарда. Остальные люди в том числе и семья стали для него очень далёкими. Всю ночь Эдуард провёл в полях, окружавших город. Он не мог находится дома и заснул далеко за полночь, укрыв коня попоной и растянувшись под ним как в палатке. Ещё вечером он совершенно искренне обещал своему Светику, что, победив Михаила полностью отдастся ей. Она уже строила в его голове планы. Рассказывала куда они отправятся вместе и советовала Эдуарду в финале скачек поставить свою лошадь против лошади Михаила.

– Пересев на его коня мы сможем бывать где угодно. Ты даже не подозреваешь чем владеет этот товарищ! – Уговаривала его Светик.

– А чем мой конь хуже? – Попробовал обидится Эдуард.

– Тем, что он просто Конь.

– А тот что?

– А тот не просто… – протянула последние слово Светик. – впрочем ты сам всё скоро поймёшь. Лучше один раз показать, чем сто рассказать. Я думаю ты в этом уже убедился.

– Ладно, ладно, сделаю всё как ты говоришь! – Без особого боя сдался Эдуард и снова погрузился в удивительный шелест её шёпота.

Другие участники соревнования всё чаще попадали в его поле зрения. Подобно Эдуарду они лёгкой рысью объезжали стадион, изучая установленные препятствия и барьеры. В утреннюю тишину то и дело вторгались обрывки спорящих голосов. Вокруг каждого из наездников толпились помощники и друзья, только Эдуард был один. До начала соревнований стадион был закрыт, на саму трассу никого не пускали, придерживаясь таким образом правила одинаковых условий для всех.

– Странно, – сказал Эдуард, обращаясь к Светику, – я не вижу Михаила с его лошадью. Все участники уже собрались только его не хватает и это меня беспокоит. Я ожидал, что он прискачет сюда одним из первых.

– Да, ты прав я не чувствую его присутствия.

– А как ты можешь его чувствовать если ты его никогда не видела?

– Я видела его в твоей голове. Теперь всё, что знаешь ты, знаю и я. Многие вещи, которые ты видел и не понял я знаю. Так, например, я узнала про лошадь твоего Михаила и про то, что она совсем не лошадь.

– Это круто! – Сказал Эдуард, а подумать хотел совсем другое, но вовремя опомнился. – Значит теперь мы как одно целое! Но тебе не кажется, что в отношениях между нами кроется некая несправедливость? Ведь я о тебе ничего не знаю.

– Ты всё узнаешь позже. Просто ты ко мне ещё не привык. Я долго жила с отшельником и хорошо изучила людей, а у тебя нет такого опыта. Поэтому всё придет со временем. Не переживай. – Успокоила его Светик.

– Слушай! – Эдуарду пришла в голову удачная мысль. – А, ты бы не могла быстро, как ты умеешь пронестись по городу поискать Михаила?

– Нет. Я одна не могу. Без тебя меня сразу унесёт в мир, из которого я появилась. В твоём мире я самостоятельно не могу существовать. Только вместе с человеком.

– А с животным?

– Возможно, но это было бы ужасно. У меня очень тонкое восприятие реальности. И тебя это тоже теперь касается, я не переношу грубость и ханжество. – Строго сказала Светик.

– Ну, как ты отлично понимаешь я не хочу светится по всему городу в попытке отыскать Михаила. – Пошёл на попятную Эдуард.

– Да, учитывая все обстоятельства это было бы неразумно. – Согласилась светик.

– Тогда давай делать, что запланировали и посмотрим, что получится. – Эдуард пришпорил лошадь и поскакал вокруг стадион. Светик мечтательно разнежилась на утреннем солнышке устраиваясь поудобнее в его голове.

– Мне нравится твоё упорство, любой другой на твоём месте давно бы перестал тренироваться, имея такую помощницу как я. – Подбодрила его Светик.

– Лошади – это то, что я умею лучше всего в своей жизни. Я в них разбираюсь, они меня понимают, и я их. В честном состязание я бы обошёл любого соперника в этом городе. – Эдуард перешёл с рыси на аллюр продолжая мысленно разговаривать со Светиком.

– Когда ты шёл к отшельнику за помощью ты не был так уверен в себе.

– Михаил первый сжульничал. – Оправдался Эдуард.

– Может быть. – Не стала дальше припираться Светик и загонять в угол своего нового товарища. Она так или иначе была заинтересована в хорошем настроение Эдуарда потому, что непосредственно ощущала все его эмоции. – Я хотела поговорить с тобой ещё о том, что затеял твой отец. Понятно, что у тебя мало информации, он тебя во многое не посвящает, да и я не обладаю даром провидения. Особенно находясь в тебе я почти полностью отрезана от других каналов информации. Но точно могу тебе сказать добром это всё не кончится. После скачек надо будет где ни будь отсидеться пару дней и понаблюдать за событиями в городе. – Уже совсем другим, серьёзным голосом закончила Светик.

– Как ты себе это представляешь?

– Выберемся в загородную таверну, ты снимешь там номер на несколько дней и будем наблюдать за событиями в городе. Может опасность пройдёт стороной. А может и удастся, что-нибудь для себя выгадать.

– Идея мне в целом нравится. – Эдуард не очень хотел возвращаться домой с такой подругой как Светик. Его вполне устраивала идея некоторое время пожить уединённо в таверне. Взять с собой Игната, который кстати скоро должен был подойти к ипподрому помогать хозяину на скачках.

С другой стороны города начал подниматься столб дыма. Пожарная каланча как нарочно молчала. Эдуард, мысленно сопоставил факты и вполне верно предположил в чём может быть дело, но размышлять на этот счёт не хотелось. Несмотря на разворачивающуюся в городе трагедию, к ипподрому начали стекаться первые фургоны лоточников.

«Через час здесь будет не протолкнуться». – Подумал Эдуард и отправился к тому месту где должен был встретить Игната. Мальчишка уже ожидал его там, сидя на небольшой рабочей лошадке, которую в усадьбе Онежских держали на всякую потребу. Увидев Эдуарда Игнатий радостно заулыбался.

– Я привёз Вам завтрак. И некоторые новости. С чего бы Вы хотели начать?

– Пожалуй позавтракаю. А ты пока почисти мою лошадь и приготовь её к скачкам, а за одно и поделишься со мной новостями. – Сказал Эдуард, забирая сумку с завтраком у своего помощника.

Они устроились подальше от начинающей собираться толпы. Сами соревнования должны были начаться во второй половине дня. Первая половина предназначалась для разного рода артистов, музыкантов и торговцев, имеющих репутацию в городе на уровне не ниже чем «не плохие».

Игнат ловко расстелил плед на приятной полянке, укрывшейся под сенью старого дерева и с удовольствием занялся лошадью. Потому как, сыт он был уже от пуза, переваривая самые вкусные куски хозяйского завтрака, который он весь тщательно отсортировал по дороге.

– Ну рассказывай, что хотел. – Сказал весело чавкающий Эдуард.

– А о чём вы бы хотели в первую очередь услышать? – Спросил хитрый мальчишка.