Иван Дзюба – ЛУНА ИЗ ОКНА (страница 7)

ОТКРОЮСЬ…

И вселенность восславит, путь миров и людей!Откроюсь, во время, пространство, во множество, В тихую гавань созвездий и прочных надежд. Живою искрою, отправлюсь, вне общества, Где родимостью верный и начальный рубеж. В безмерность материй откроюсь за млечности, На раскрытье исканий, что ещё не сбылось. Все остатки в себя – возьму человечности, Только… если осталось, не вкралось… за «авось»… И тебя вознесу – недопетую песню, Чтобы вечной любовью воспевались уста. Где надёжности нрав – горизонтом отвесив, Восхищённой зарёю – вознесёт в небеса. Разделюсь я – на вечность, сметая бесправье, На частицы материй и энергий любви. И волшебность созвездий, всияет призваньем, Ведь, надежда восстала, против жадной тоски. И наполнила верой – исправлено будет, Что погублено, где-то, среди чуждых идей! И расцвет восстановит потерянность судеб,

ВДОХОМ НА ВЫДОХ

И вдохом на выдох, тревожность… дыханья….Запрятан июлем в соцветья мой год, И сердце на выстук ещё не тревожит. По тихой траве убавляю свой ход, И силой земною я в небо ухожий. И травы земные воспрянуты в мир, Что светом издалья таинственно манит. Я спрятан средь веры… и ласки… крапив, Где сердце, порою, безверьем не жалит. И кину свободы восторга глоток, На силу величья, что целью святая. От запада к югу, на Дальний восток, На север и … дальше, за высь возлетая!.. И светлые мысли раскинутся вволь! И ширь бесконечья конечной не станет! Не встанет на раны жестокости вопль, И в быт настоящий, меня … не заманит. И рядом дышащий в меня зверобой! И травы, и травы – найти, где такие! Здесь жив я – восторгом! Живу я – собой! Здесь травы со мною, что души людские! Но жаждут над миром грозой облака! Несут неизбежность: беду – созиданьям! И сердце на выстук: упасть свысока?

ТЫ БЫЛА НЕ В ЛАСКЕ…

Отпущу в забытости проём….Ты была не в ласке, уж, со мною, Какой день, по счёту, какой день. И взмахнула чёрною косою, Словно мглой опутанная ветвь. И уж вечер мыслит об исходе, Загрустил он скучностью во тьме. Ты была ль со мной на восходе, Иль закатом спряталась в себе? Иль ты с ночью тёмной сговорилась, И ушла возвратное искать? Чтоб любовь под утро озарилась, Но зачем утраченным блистать? Что ушло не сможет даже ветер, Возвратить высокостью слова. Был восторг любовью нашей светел, От него осталась лишь молва. И в затишье, спрятанном, душевном, Я закроюсь сам в себе своём. И что было всё у нас бесценно –

НОЧЬ В РАЗГУЛЬНОСТИ…

Кто затаился в неё – листвою ропщет?Ночь в разгульности: кусты кустами водит, Тень сокрылась – осветить себя не хочет.

Или это из влюблённости судьбины,То ли дикость ночью одиноко бродит? И зовёт меня объять её густую, В поцелуи кинутся, до звёзд восторгом? И любить её, вне образов, живую, И воскликнуть, от безумья, слово «горько!»? Иль, моя душа, по дальностям скитаясь, Спряталась от мира мраком неизменным? И тревожит чувства, светлостью истаяв, И зовёт меня любовью в мир не бренный?

Поцелуй ищу я, под небесным сводом…!Что сокрылась, жаркой юности, виною? И возвратно, прошлым, гроздьями рябины – Тянется ко мне, объять былой листвою? Кто колышет ветви чувств, средь ночи ёмкой? Может это мысль, что рану болью вскрыла? И тревожит память: верность не остыла, И со мной сроднится, хочет силой тёмной? Ветви, ветви, ночь над вами невесома, Под затихшим ветром не ищите стона. Не ищите слёзы, чтоб вздохнуть погодой:

ЕСЛИ СТАИТСЯ МГЛА

Всей мирной душой, если стаится мгла…!Не уж ли мы блудим безлюдьем в себе, Беспутьем растратив, нацеленность – жить? И тонем в безумства, спешим на разбег, Не ценим себя, и уж некого чтить? Иль род человечий уходит в тупик, Безнравственность душ, потеряв берега? Плачет икона, в мироточии лик, Что пала, пред миром священным, рука? Иль стали пред нами заботы стеной, Не будто своею, чужою виной? И силой неясной зовут на покой? Чтоб горе лилось, ещё дольше – рекой? Гуляет по миру неверности плоть, И пуля вражды направляется в ствол. Не уж ли теперь мир для мира не вхож, Ведь льётся бесстыжьем открытая кровь? Не нужно тоски, нам единство бы взять – В душу нашей Земли! И верой – сиять! Плачет горечь-слеза: безлюдье живёт, Замахнулось собой, в пространство своё. Но время эпох – футуризмом вещать, И прошлого – явь, не уйдёт никогда! И верностью жизнь – до любви возвышать –

ТЫ ЛЬ, МОЯ?

Прошепталось: «Ты ль, моя?».Куда цепко жизнь несётся? Ввысь – нетронутою мной? Где и с кем кто разберётся Недописанной строкой? Иль, сокрыта силой верность, От грехов очищен быт? Иль, скользнула в ужас скверность, И не нужен миру стыд? Или ветер веет силу, Чистоту подняв на свет? Где величье: жизни – диву! Для любви препоны нет? И открыв пути-дорожки – Распахнув руками воль, Ты была во мне… тревожно, А теперь… водой живой! И к тебе спешу, что ветер – Целовать и обнимать! И средь ярких звёзд отметив, Я тебя… зову опять! И любить, до звёздной силы! От заката… до зари! И взлетать от слова: «Милый!», Бесконечием… любви! Пала ночь под ранним утром, Ты ушла, так не придя! Словом тихим, жарко-сонным –

ДАЛЬ ЗА ДАЛЬЮ

И в сердце даль воскликнула: – Я, здесь!Кто ты – спросить мне хочется себя! Зачем молчит безмерие вдали? Ведь ночь цветёт волшебностью любя, И расцвет яркий, зовом для любви! И даль, что рядом, мой иммунитет? Слова молчат, что вызов тишине. И гроздь кустов шагает мраком в тень, Где вместе с мглой зашумности фуршет? И виснет мой вопрос: спросить – кого? Что же вдали – сияньем высоты? Зачем таит начальности исток – Та даль – во мне, что трепетом кусты? Иль, может, ночь, затеяв пересмех, И в тихой мгле смеётся надо мной? Чтоб вызвав стон в усталости утех, И глубь объять – безмерности узор? И я стою под вечностью ночной. Не вызовом! Вопросом: кто я есть? Ответ возник над миром тишиной,

ЗАЧЕМ СТИХИ НУЖНЫ СТРАНЕ?

Что слово знатное – поэт,Зачем стихи нужны стране? Чтоб не страдать людям во тьме? Чтоб осветить себя и всех – И не взносить страну на грех? Иль, чтоб стереть раскаты зла, Что рвутся жадностью терзать, Где быт забытностью укрыт, И стих беспамятством зарыт? Где правду – тёртая вина, Целует бездарью – казна? И одаряет златом тех, – Что вскормлены, на бред утех? Разлитый по фужерам смрад, Возвышьем, будто бы и рад. Но стих откроет верой смысл: Страна, для святости – очнись! Очнись от бывшего пути, И вознесись любовью в стих. И дни высокие свершат – Чистейший мир, не от гроша. И небо, где лазурья синь, Напишет вечности курсив.

Жизнь поднимал, за чувства свод!Есть, созидательность, в расцвет! Стихи нужны! Страна влюбись – В слова любви, где рифмы – ввысь! Чтоб дух соцветием высот –

ВЕРЫ НЕТ…

И лепестки срывает чуждость бездны…?Веры нет тому, кто, единожды солгав, Бросает взгляд, нацелив исподлобья. Кто смотрит, косо в день, огульности собрав, И мнит себя повыше, чем господня. И «мушкой» целит непотребною на мир, И жмёт курком по детскому веселью. И за черту миров безумьем заступив – Продавши всё за радости к расстрелью. Мрак огорченья тучей вырвался из мглы, Вонзился в разноправье бренной тени. И вдоха нет, и бездыханные углы, Без выходных ворвались с изгонений. Шаги не любят больше чистый тротуар, И самолёты больше – не в пространстве! Ведь выстрел произвёл бандеровский угар, Затмил мозги, обманом в государстве! Подсолнух верой смотрит, глядя в небеса! И к солнцу взгляд свой, что вопрос надежды: Зачем – взорвались дни, молчат детей уста?

МЫ ВОЛЬНЫЕ НЕВОЛЬНИКИ…

«Простор, любви – какой! А был ведь – неподвластен!».Мы вольные невольники в себе самом? И нет причин, чтоб возлетать повыше выси? Расправив крылья – и судьбе наперекор, На Землю без тоски – взглянуть собой извыше. На всё что было – так отломленная ветвь, Из сада-огорода, рваною погодой. Где паутина дней – раскинув свою сеть, На чувства из грехов, неверною угодой. Не интернетом взлёт, не церковью молитв, Не жаждой на прибой тоскующего моря. Не в тишину угла, что бренности хранит – Взлечу я из миров холодного покроя. И вскрикнув силой над Землёю: «Вот и – «Я!», Над миром тем, что был всегда жестоковластен! И восторгаясь – ввысь, воскликну – засияв:

ТЕБЯ В СЕБЯ ЗОВУ…

Для встречи – чистый лик зовёт на благовест.Тебя в себя зову – не так, что всякий случай! Не на пожарный, нет, а по любви стезе. Кружилась белка в колесе, что жизнь – не мучай! Иль мне кружится, так же, быта колесе? И нет иных путей для процветаний вольных, Как в мир любви шагнуть, по скрытой тихой мгле. Тебя в путях искать – возвышенно престольных, Не в плачущей росе, не в мрачном жарком сне. И под вечерний взгляд не сжатою любовью, Под томный взгляд луны я возлечу к тебе! Ведь ты над миром дней небесной бирюзою – Сияешь вглубь души – разрыва будто нет. И зовом сердца под вечернею молитвой, Под взгляды образов, под вздохи томных стен. Где над лампадою в углу, величья силой –

НАШИ ЛИЦА – ЛУГОВЫЕ

К нам пришла девчонка Света,

Принесла восторги лета,

И спросила: – Вам приятно,

Всё цветущее нарядно?

– Да! Смурлыкали мы хором,

С котиком своим Егором!

И весельем – за восторгом,

Побежали в радость звонко.

За дома, забыв о скуке,

Вглубь цветения на луге.

Где любимые ромашки,

Колокольчики-звеняшки.

И гвоздички – красно рады,

Нам любимо дарят взгляды.

И сияющей росою –

Вербы тянутся листвою,

И – Иринке, Ване, Свете,