Иван Донцов – Боевой маг: Первый курс (страница 14)

— Вы что творите, Алт вас сожри на своих алтарях?! — тётя взревела словно раненый волк из Местного Леса. — Если хоть одна девочка пострадает после этого — разговора не будет, я порву вас всех!

Давление тут же пропало.

Вряд ли они испугались угроз, всё же пятнадцать носителей дара Адона, умелых, а не тех, которые нападали на меня недавно. Эти могут в теории скрутить целого архимага. Так что скорее всего они просто поняли, что переборщили. Приказ то был доставить живыми и в сохранности, а они…

— Вы с’ту(3), в сознании или без. — отрезала воительница что была за старшую, выйдя вперёд.

(3 — следуете по нашему пути — высокий слог)

Я наконец то спрыгнул с лошади и побежал помогать подняться Лире которые вновь приходила в себя.

Глава 5

Моя мать очень хорошо контролирует свои силы, именно поэтому девушки и тётя чувствовали себя нормально, когда гостили у нас. А так, даже обычное присутствие носителя дара для мага становится чем-то вроде зубной боли, и это если он ничего не делает. Она не очень сильная, но и не очень слабая. И боль эта отдаёт во всё тело. А уж когда носитель дара начнёт применять свои способности, вот тогда маги начинают буквально выть. Конечно, не все, но кто впервые с этим сталкивается очень тяжело переносят подобное. Судя по рассказам матери — ощущения волшебники испытывают не из приятных.

Те, кто нас «сопровождали» — особо не беспокоились о самочувствии нашей компании, в которой преимущественно были маги. Но я и винить их не мог. Женщины выполняли приказ, это, во-первых. Во-вторых — двадцать лет прошло после последних контактов имперских магов и северян. Да они скорее всего просто не задумывают о том, что магам не комфортно рядом с ними.

Нас конвоировали на лошадях, и я посадил перед собой Лиру, обхватив её сзади руками. Она пострадала сильнее остальных и сейчас её била мелкая дрожь, девушка иногда вздрагивала и всхлипывала.

Лучше всех из магов чувствовала себя Агла. Она ещё и драться собиралась и даже смогла что-то из заклинаний реализовать. Но с ней понятно — тут дело в опыте. Она закалённый ветеран, и с северянами сражалась в своё время. Видимо умела каким-то образом частично обходить ограничения, накладываемые носителями дара.

Столица самого большого клана, да и всего Севера, была окружена тремя кольцами обороны. Они представляли из себя высокие, в три человеческих роста, стены, выстроенные вокруг города. Всё это возводилось почти сразу после падения Первой Империи. В те времена северянам приходилось держать оборону ежедневно. После взрыва в столице врага, атаки на эти земли участились.

Но прошлое осталось в прошлом, и сейчас всё изменилось. Теперь перед первым кольцом-стеной было настроено множество домиков, чего раньше просто не могло быть. Они оказались совершенно разные — и каменные, и деревянные. Во всех кипела жизнь. Тут же помимо обычных домов были и лавки, и трактиры. Столица мало того, что была городом самого сильного клана, так ещё именно здесь сходились все торговые пути Севера, так что людей было огромное количества.

Врата на первый круг были открыты, но стояла очередь, чему я очень удивился. Нас конечно же пропустили сразу и без промедления — ведь с нами дружина клана.

Кто-то здоровался с матерью, я уловил пару кивков от знакомых, но большая часть людей смотрели на магов.

На Север если и приезжают торговцы из других государств, то обычно это обделённые проклятьем крови люди. Они вполне нормально переносят близость носителей дара. А магов тут не было уже очень, очень давно, тем более мага имперской армии, да ещё и ветерана. Почему-то мне кажется, кто-то даже мог узнать старую Аглу. Мать рассказывала, знающие её на Севере люди очень даже уважали старуху.

Когда подходили уже ко вторым вратам, тут тоже оказалось столпотворение. Множество людей с телегами, лошадьми, какой-то утварью. Мы очень удивлённо на всё это взирали. Ярмарка и торговля обычно в первой половине лета, и что тут делает такое количество северян — было совершенно непонятно.

— Это беженцы, посмотрите сколько людей с детьми. — тихо сказала Агла всё рассмотрев. — Что-то случилось, что-то очень нехорошее.

— Я сейчас вернусь. — мать попыталась уйти в сторону, кого-то увидев.

— Стоять! — прикрикнула командир нашего сопровождения.

Мама резко развернулась, в один прыжок оказалась рядом с окрикнувшей, скинула девушку с лошади. Та прокатилась по снегу и получила ещё один тычок сапогом в лицо. Она попыталась применить дар, но тут же получила удар. Незнакомая мне воительница вновь покатилась по снегу. Все замерли, ожидая продолжения, а мама подняла за шиворот проигравшую ей и прошипела:

— Асти ту’ру занди!(1)

(1 — смерть сегодня, убийство останется безнаказанным — высокий слог)

Она, наверное, была права. Ведь глава Севера пусть и недолюбливает мою мать, но всё же они сестры. Вряд ли прикажет её убить. Да и понятно было по поведению остальных что они думают точно так же. Хотя, сдаётся мне, если бы они были уверены, что мама хочет сбежать — начали действовать. Убивать не решились, конечно, но попытались бы скрутить и подавить.

Помимо всего прочего, командиром этих женщин поставили какую-то соплячку. Ей не больше двадцати, а скорее даже меньше. Среди подчинённых есть её ровесницы. Но в основном это воительницы, которые как минимум застали войну кланов. Об этом можно судить по деталям одежды — например у двоих висят на куртках еле заметные красные полоски. Эти женщины держали стодневную оборону крепости Танг. А в этом штурме судя по рассказам матери, принимали участие двое архимагов со стороны мятежников.

— Мы приносим тон’гу(2), эйда Антор. — колдун в глубоком балахоне встал на одно колено перед матерью и резко снял с головы капюшон. — У нас было поручение сопроводить вас и защитить, и мы хотим его исполнить. Простите мою сестру, она понесла справедливое наказание.

(2 — глубокое сожаление, извинение, подчиняемся — высокий слог)

Во-первых — он использовал обращение «эйда», а это переводится как «первая среди равных». Так называют только правителей Севера. Формально она, конечно, была «эйдой». Но фактически как я уже и говорил — мы последние представители клана, который уже вычеркнут из летописи Анстуга. То есть даже если у нас будут дети — они унаследуют фамилию и имперский титул баронов, а также земли. Но уже не смогут претендовать на приставку «эйд» и присутствовать на совете кланов. То есть мы будем обычными северянами.

Во-вторых — он сказал настоящий род матери — Антор. И никто из сопровождающих ему не возразил, даже их командир ничего не сказала. То есть они признают её как минимум членом семьи главенствующего клана.

Это было очень низко. Она просто не могла после этого продолжать конфликт. Фактически он сказал за всех что они подчинятся и готовы выполнять приказы моей матери.

Родительница оттолкнула от себя девушку, и та ударилась о мёрзлую землю, всхлипнула. Мама всегда меня учила — даже если жалеешь врага, нельзя показывать это. Просто сделай вид что есть необходимость его пощадить, и «жалей» максимально грубо.

Не стала выискивать того, кого совсем недавно увидела в толпе. Просто взобралась на лошадь и возглавила нашу группу по направлению к очередным вратам. Ей, да и всем нам, не терпелось узнать, что же всё-таки произошло. Во всех поселился страх. Не понимали случившегося и недоумевали скорее всего только две молодые девушки, подчинённые тётки. Им вообще сейчас было не до этого — слишком много северян вокруг и слишком большое давление.

С трудом оказавшись за вторыми вратами, мы обнаружили ещё большее столпотворение на улицах столицы. Все куда-то бежали, вокруг раздавались крики, мимо нас проскакал отряд конных и не один. За ними в ту же сторону нестройным шагом уходили вооруженные отряды северян. Люди гомонили, кричали друг на друга, ругались. То тут то там случались небольшие стычки, их быстро разнимали местные.

Я почувствовал вокруг беспокойство, страх, злость. Всё смешалось. Меня мутило от ощущений, и я старался их отключить. Но что-то всё равно прорывалось — было очень сложно пытаться не чувствовать окружающих. Слишком большой поток сильных эмоций.

— К восточным воротам уходят, в сторону Сугир. — мать поджала губы.

Мы пропускали целую вереницу повозок груженых людьми, припасами, бочками с чем-то. Они быстро пересекали одну из широких улиц столицы и уходили на запад. Моё сердце сжалось — Лиска была из клана Сугир и мы её отправили домой накануне. И главное в каком состоянии отправили — она была растеряна, удивлена и немного подавлена. Если с ней что-то случилось — я себе этого не прощу.

За первым кольцом обороны проулки были импровизированные, здесь же уже строили дома с расчётом на нормальные улицы. Строения преимущественно каменные, добротные, высокие. В этой части города было две основных улицы. Обе широкие, по которым можно катить сразу три телеги в ряд. Обе вели к торговому кварталу. Сам квартал представлял из себя огромную площадь, к которой сейчас все и тянулись. Сомневаюсь, что в данный момент там были торговцы. Видимо просто в этом районе легче было найти место чтобы оборудовать ту же палатку.

Мы дождались пока очередная колонна, а по-другому такое количество повозок не назвать, пересекла улицу и направились дальше. У третьих врат уже не было столько людей, но там стояла охрана. Целая шестёрка Адона в полном обмундировании — с келемитовыми мечами, в кожаных доспехах. Такие обычно ходят в дальние рейды за стену, только у них ещё куча припасов. Но сейчас эти бойцы охраняли один из входов за третье кольцо обороны — к замку главы Севера.