Иван Данилов – Душу всю открою (страница 6)

И мой прервётся где-то след...

Никто, никто не застрахован

От катастроф, аварий, бед.

Вот потому поверить чуду

Стараюсь, отправляясь в путь.

И не забуду, не забуду

На Матерь Божию взглянуть.

Бошняковский маяк

Словно царь, а быть может, и Бог,

На посёлок он сверху взирает

И средь тысяч житейских дорог

Верный путь отыскать помогает.

Смут не ведает и передряг,

Светит сам, не кому-то в угоду.

Он, как мы, из породы трудяг –

Курс укажет в любую погоду.

И под скрежет ветров штормовых

В наши души надежду вселяет.

Он горою стоит за живых,

Он и мёртвых покой охраняет.

Углегорск – моя судьба

Мне морской прибой ласкает руки,

И пьянит душистый иван-чай.

Ни за что не выдержу разлуки,

Если вдруг уеду невзначай.

Углегорск, ты стал моей судьбою.

Я – частица малая твоя.

Неразлучны мы навек с тобою,

Островная щедрая земля.

За дождём вдруг налетела вьюга,

Трое суток сыплет снегопад.

Всё равно не бросим мы друг друга.

Не страшны ни ливень нам, ни град.

Расплескалось солнце по долинам,

Теплотой наполнилась листва.

Благодать стоит над Сахалином.

Дорогие с детства мне места.

Чехов

Приятно мне осознавать,

Что в те далёкие годины

Могла и здесь нога ступать

Мастерового медицины.

Отрадно также вспомнить мне,

Что сахалинские морозы

Не напугали там, в Москве,

Отца лиричной русской прозы.

Всех ошарашивший тогда,

И вопреки всем уговорам

Сказал он:

– С Богом, господа!

Поеду я к иным просторам –

Узнать, чем дышит, как живёт

Российский люд на Сахалине,

Что ест, когда и сколько пьёт,

Какие выдумал святыни.

Надвинул шляпу, взял пенсне,

Медикаменты в саквояже

И двинулся – по всей стране –

В купе и тарантасе даже.

Вот позади и города,

И древнерусская равнина.

И думал он:

«Нет, господа,