Иван Чернышов – Есть только дорога… (страница 2)

И пока Леший голосовал, из кустов рядом с ним вывалился ещё один автостопщик – паренёк с дрэдами и бородкой, в сандалях и с рюкзаком. Представился он Андреем с Минска, про Беларусь вкратце рассказал, что там "до сих пор удои по телевизору показывают", и предложил перед трассой "курнуть ганджа" На отказ Лешего предложил испить аркаимской самогонки. Тогда Леший ещё числился студентом Лесохозяйственного факультета и жил в общаге, за что и получил своё прозвище Леший. А жизнь в общаге обязывала к регулярному употреблению алкоголя, поэтому Леший решил не отказываться. Самогон был испит, а беларус закурил свой "ганджа" с помощью чилима. Путь свой Беларус держал из Аркаима, где провёл три недели в лагере шиваитов-тантристов на цветущих конопляниках, к брату в городок Усть-Катав. Начало совместному трипу было положено, Леший предложил минчанину пересесть в Златоусте на кропачёвскую электричку, а до Златоуста ехать вместе.

Сначала не стопилось. Двум парням, один из которых длинноволосый и в бандане с "Арией", а другой – с дрэдами и бородой, никто не хотел останавливаться. Решили прогуляться пешком вдоль трассы, подголосовывая по пути.

Пока голосовали, Леший больше слушал офигительные истории минчанина. Про сбор "плана" с помощью голых тел поутру, про секс на конопляниках, про то, что дрэды – не символ мира, а грива боевого льва и прочее. В ходе разговоров выяснилось, что у беларуса с собой есть "гостинец для братишки" – три куска "плана", завёрнутые в изоленту и пакет с сушёными "бошками" в спальнике.

После десятка километров пешком им всё же остановилась машина. "Шестёрка" с дедом за рулём, который ехал как раз в Златоуст. На заднем сидении "шестёрки" Леший наслаждался молчанием и смотрел, как степи сменялись лесами, как после Чебаркуля дорога начала забирать вверх, а горы, бывшие далёкой зелёной волной на горизонте, стали забираться ввысь. Беларус на переднем сиденье трепался с водителем, предоставив обычно болтливому Лешему возможность помолчать и созерцать. Небо было серое, казалось, что вот-вот разразится дождём. Но дождь так и не случился, а в обычно дождливом Златоусте и вовсе выглянуло солнце. Десантировались Леший и беларус у трамвайной остановки. Беларус был в восторге от Города в Горах, и с радостью принял предложение ехать на вокзал. Старенький КТМ5 грохотал по рельсам, везя приличных граждан и двух автостопщиков на Вокзал.

На Вокзале выяснилось, что нужная электричка будет через полчаса, и на нее можно покупать билет. И тут к ребятам подошли менты.

– Так, ваши документы, приготовить вещи к досмотру, оружие-наркотики есть?

– Ну вот, у меня тут ножик есть и топор, я на Таганай собираюсь, – сказал Леший, открыв свою пятидесятилитровую "сумочку".

– Хмм, – говорили менты, вертя ножик Лешего в руках, – на холодное оружие это не тянет, но не самоделка ли он?

– Нет, на рынке купил пару лет назад, – что являлось правдой.

"Всегда говорите ментам правду", – учил в своих книгах про путешествия "гуру автостопа" Антон Кротов. Леший и сказал. После кручения в руках ножика и топора менты потеряли к ребятам всякий интерес и отпустили восвояси.

Как выяснилось позже, пока менты отвлекались на нож, беларус Андрей заглотил свои три "камня", и посему они направились сначала в магазин за газировкой, где Леший попутно купил себе продуктов в горы, а потом в ближайший дворик выблёвывать. Выблевать "план" у беларуса не получилось, он "подсел на стрём" и сказал Лешему, что тот его сильно выручил. Конечно. Теперь и у Лешего поджилки затряслись: он подумал, чем могло ему грозить обнаружение "наркотических веществ растительного происхождения" у его случайного попутчика и впал в панику. Хорошо, что после событий, а не во время досмотра. Андрей запихал мешок с "бошками" под кусок железобетонной плиты во дворе и со словами "жив останусь – заберу", покинул Лешего.

С вокзала Леший уходил, не оглядываясь, без остановок до самого Белого Ключа на Таганае. "Это надо было так чуть не попасть!", – думал он. С тех пор историй с наркотой Леший предпочитал избегать. А со временем завязал и с алкоголем, особенно на трассе. Несколько лет вписочной жизни приучили Лешего к собранности и готовности, а собранность и готовность лучше всего блюсти в трезвом уме. А потому Леший пил крайне редко…

Утром Леший покинул спящую квартиру Саши-диджея, накатав на блокнотике свой электронный адрес, номер сотового и размашистое "СПАСИБО ЗА ВСЁ!" и пошёл прочь из Ростова.

Дотопав до утренней остановки, он сел на автобус в Аксай, где висела табличка "Мы едем в МЕГУ". О, торговые центры, возношу вам хвалу от всех вольных путешественников! Находящиеся на выездах из города, рядом с нужными трассами, вы даруете вольным путешественникам возможность перед трассой сходить в туалет и умыться, закупиться дешевыми продуктами и подзарядить телефон. Последние два действия, по причине наличия "перекуса" в рюкзаке, небольшого количества денег и выключенного телефона, Леший пропустил.

Перед ним в тени пирамидальных тополей простиралась обочина трассы М-4, можно закурить сигарету, поднять руку и голосовать.

Глава 1. На восток.

Первой машиной на трассе стала жёлтая спортивная иномарка с украинскими номерами, которая остановилась вдалеке, но явно по его душу. Судя по тому, что сейчас она медленно катится назад. "Вот интересно, – думал Леший, прыгая вдогонку проскочившей мимо него машине, – довезёт он до своротки6 на Волгоград или дальше?"

За рулём оказался парень лет на пять старше самого Лешего.

– До Миллерово, я в Луганск топчу.

– Только я автостопом еду, без денег.

– Да и я вроде не такси, садись.

В машине было прохладно: явно работал кондиционер. И играл русский рэп. Причём не современные поделки, вроде уховёртного АК47, а что-то из далёкого детства Лешего. Молчаливый водитель, прибавивший музыку, ясно дал понять: говорить со мной не надо, молчи и кайфуй от дороги, ведь не за этим ли ты сел в быструю машину.

Молчание и музыка Бэд Би Альянса потянули Лешего в водоворот воспоминаний:

"Ох, рэп-рэпчик, что же с тобой сейчас стало, где мои двенадцать лет? Чем сейчас живут все эти кумиры детства? Влад Валов продюсер, Тимати с Лигалайзом поют попсу, негр Панс вообще неизвестно где. А Децл, ныне повзрослевший, сменил псевдоним на Ле Трук и продолжает. Откуда я это знаю? Хуй знает. Где они все: Каста, Многоточие, Район Моей Мечты, Виа Чаппа и прочие?7 Так всё: хорош пускать мысленные ностальгические сопли, а то ещё шофёра забрызгаешь. Тем более трасса – вон она, какая широкая и мощная. В прошлый раз тебя под Шахтами высаживали, когда ты с югов ехал. Где-то смазанная фотка лежит дома в альбомах. На фотке подсолнухи и террикон, мол, я под Шахтами на трассе. Себя, естественно, не фоткал: откуда это взялось интересно? Борешься с привычкой людей фоткать себя в геройских позах, или просто у тебя паранойя? Кто знает! Погоняй-ка лучше кино про марийскую дискотеку, марий дискотекыште8, где ты впервые в свои двенадцать лет услышал весь этот русский рэп. Ты с другими пьяными детьми кривлялся в зале под эту музыку. Потому что не знал, как под это танцуют. До этого включали либо попсу, либо клубняки, либо медляки. А тут…"

Дом культуры был маленький, как и само село Ошлангер, где угораздило жить лешевской бабушке и куда родители ссылали Лешего с братом каждое лето в детстве. В доме культуры фойе, где курят и играют в бильярд с картами старшаки. На входе хромой дядя Коля проверяет билетики: благодаря дружбе с лешевской бабушкой у него с братом был бартер на молоко, и они ходили бесплатно. А в зале! А на танцполе! Это вообще бывший кинозал, стулья с которого составлены вдоль стен, а на месте экрана за шторкой спрятан пульт диджея. На диджейском месте сидит сама директор дома культуры, тётя Даша. Такая же хромая, как дядя Коля. С одного завода их что ли? Почему хромают оба? Никто так и не ответил, а Леший и не спрашивал по малолетству. Светомузыка простая – горят все лампочки одновременно, и зеркальный шарик крутится. Движняк весь происходит за клубом. Обычно в середине вечера программа была такова: двое дерутся, четверо разнимают, остальные смотрят и беседуют о "возвышенном". На дискотеку было принято одеваться нарядно: белые рубашки, чёрные брюки или джинсы, начищенные до блеска туфли, тёмные очки, потому что "блатному ночью солнце светит". На танцполе обычно две-три малолетки, и какой-нибудь не в меру пьяный мужик отплясывает в их кругу. Массово народ выходит танцевать либо на "медляки" либо на хиты. В детстве Лешего хитами были песни, начиная с "Май харт вилл гоу он", "Хау мач из зе фиш" и "Гепаса парадокс", заканчивая "Сатисфэкшен"9. Все танцующие традиционно встают в кружок, неизвестно почему так. Но так везде: и здесь в Ошлангере, и в соседнем боевом селе Старокрещено, и в лешевском родном Михайловске на Урале, и в прочих местах, наверное, то же. Благодаря этим дискотекам в жизни Лешего случился первый страстный поцелуй с девочкой Наташей, которую в честь популярной песни называли "Черепашка"10. Первый глоток самогона из стакана, протянутого Лешему старшим братом. Первый секс в пятнадцать лет, сначала в предбаннике на кровати, где Леший ночевал, чтоб не будить бабку поздними приходами, затем повторился на цветущем льняном поле. "Эх, марийские поля и леса с комарами! – думал Леший, – "Икыт-кокыт-кумыт-лум, марий бетек куяш пу"11 Что бы было, если бы Светка рыжая не была такой пьяной? Тормоз, тряпка, болтун, лентяй, но не девственник: хороший повод гордости для шестнадцатилетнего. А повторил ты свои половые подвиги через три года, при совсем других обстоятельствах. А где сейчас Светка? Присылала, и присылала фотку. Так она родила, вышла замуж, и развелась. Вот судьба русской женщины в деревне, ну или марийской женщины, от перестановки национальности сумма пиздеца не меняется. А как быстро всё поменялось потом?"