Иван Чернышов – Есть только дорога… (страница 4)

Леший предпочитал в автостопе "стелс-режим". И в отличие от походной жизни, никогда не жёг на трассе костров, и не ставил палаток. Лежать в лесополосе на пенке и в спальнике, прикрывшись кучей полиэтилена гораздо безопасней, чем корячиться с палаткой. Хотя не всегда. От бродячек не поможет, но человеческий фактор почти полностью исключает. Рюкзак под голову, берцы – на ногах, чтоб быстрее вскочить, если что. Топор под руку. Если что.

"Конечно, твоё "есличто" никогда не случалось, – думал он, – Похеру, что вокруг творится, пусть хоть смертию друг друга убивают рядом, всё равно дальше трёх метров в лесополосу не зайдут ночью, главное, чтоб на голову случайно не нассали…"

Традиционно Леший, хоть и не особо верующий в плане обрядов, прочитал короткую личную молитву и выключился. Сквозь сон слышал хлопающиеся двери машин, голоса остановившихся. Как и предсказано, в сторону Лешего даже не глядели. Вообще от машин не отходили.

Костёр на трассе Леший разводил лишь однажды, когда в мае прошлого года ехал из Новосиба в Томск с чудесной Маленькой Танюхой. Тогда последний неприятный водитель, пытавшийся приставать к Тане и получивший от Лешего вежливо-грубый приказ остановиться, высадил их в чудесном месте, рядом с посёлком Мошково, где на одной стороне трассы стояли ДПСники, а на другой, повиливая "кормой", ходила проститутка. И куда податься двум бедным стопщикам? Решено было топать в лес ночевать. Лес находился от трассы почти в полукилометре, но зато какой это оказался лес! Елово-кедровый, как любит Леший! Недалеко от края леса забурились за опушку, расчистили себе место под спальник и пенку, развели костёр. Первый и единственный раз на трассе. Как истинный "добрый рыцарь", Леший предложил Танюхе возлечь в спальник, а сам сел у костра курить сигареты и читать при свете фонарика книжку "сказки дервишей", прихваченную почитать с одной из вписок. Потом, правда, комары заели, и пришлось втискиваться в спальник вдвоём. Какой там приставать! Еле застегнулись в самых крепких объятиях, благо Танюхин небольшой рост послужил её кличкой – Таня Маленькая. И Маленькая хорошо влезла в спалку. Утром они отковыривали из одежды ветки, а в подвозящей до Болотного машине нашли на Танюхиной шее клеща. Эту историю крутил Леший здесь, за почти четыре тысячи километров к западу от тех мест…

Утро для Лешего началось рано. Ещё до рассвета Леший продрал глаза, выкурил сигарету, глотнул воды из бутылки и собрал рюкзак. Сначала по бокам рюкзака – пенка. Свёрнутая цилиндром, она обеспечивала форму и объем рюкзака. Потом кроссовки на дно с мыслью "эх, когда же лето, наконец?", сменную сухую одежду, спальник. Сбоку лёг топор. Потом – продукты и кусок полиэтилена. Его бы посушить, но трасса торопит. Оттряхнул от росы, да и свернул. Берцы вроде чистые, джинсы на удивление тоже. Сверху – бывалую сине-белую куртку. И вперёд, на штурм коломенской объездной.

Первая остановившаяся машина шла в Рязань. Это была медленная гружёная фура "Вольво". Водитель молчал и прогонял сон громкой утренней радиопередачей. Рассветное солнце рвало клочья тумана и сверкало в трещинах стекла.

"Утренние радиопередачи всегда такие, – думал Леший, – Навязчивый позитив, попса, реклама, новости. Одинаковые голоса ведущих, где бы ты ни ехал. Может, это просто шаблон? Водитель молчит. Дорога, как опытный киномеханик, "крутит кину"19 про дорогу и рассвет. И, как обычно, жизнь прекрасна, если живой. Что в Рязани? В Рязани грибы с глазами, кривая объездная, цепляющая город, как и в Пензе. Но всяко лучше, чем в Нижнем или в Тольятти и Челнах. И уж точно не Волгоград! Так что всё терпимо и проходимо… Надо сигарет купить".

Под Луховицами на дороге сидела сбитая и перепуганная косуля. Прямо на "островке безопасности". И никуда не бежала: видимо ноги ей перебило.

"Мда, бедная косуля, – думал Леший, – на дороге движение плотнячком, неизвестно перебежит ли, доживёт ли. Они-то здесь всегда бегали и жили, даже когда трассы не было. Интересно, чем зверьё руководствуется? Неужели генетическая память и инстинкты гонят зверьё на оживлённые дороги, не ища путей обхода. Жалко их".

Молчаливый дальнобой высадил его, провезя через половину рязанской полуобъездной. Ясное утро располагает к тому, чтоб остановиться и позавтракать, но найти бы место. Сейчас – только пешком. С прошлогодней поездки в Москву и Питер Леший усвоил, что в Подмосковье народ почему-то не охочий до автостопщиков.

"Если у водилы морда тяпкой, и взгляд от тебя – значит ты близко к Москве, – вещало внутреннее лешевское радио, – В прошлом году в Москву получилось приехать почти от Пензы на одной ночной машине с чудесными ребятами из Самары, да ещё и под музыку с моего диска. В этом году музыка перекочевала на флэш-плеер – прогресс налицо, ага? Хотя иногда интересней послушать что у водителей играет. Средь традиционного шансона и "дискотеки восьмидесятых" подчас попадаются довольно годные вещи. А в прошлогоднюю поездку на участке от Сысертского поста до Челябы вообще вёз драйвер-бард, на стоянке спевший тебе свои песни под кружку горячего чая из термоса. Пора с собой термос возить начинать, а то по зиме было люто нынче… Так вот, Москва. Попал то легко, а уехать было тяжко. И надо было послушать совет арбатских панков и выехать "на собаке" до Твери, но ты упёрся рогом в автостоп, потому что считаешь западлом бегать от контролёров и сидеть "на колбасе". Вот и пришлось тебе тратить кучу денег на дорогу сначала до "Речного вокзала", потом до "Икеи" в Химках. А потом на трассе полный интернационал до самого Клина. Длинноволосый молодой чеченец, узбек, таджик. И, блядь, до Клина ни одного русского водителя. И то ехали, упирались в пробки у светофоров на первой "бетонке". И пиздовать вдоль пробок, собирая бычки. А потом хуярить вдоль пробок. А потом ебошить вдоль пробок20. Благо, аноним в лесопарке возле Солнечногорска тогда о тебе позаботился, оставив на поляне после пикника кучу "ништяков": что ж, хотел панковства в ту поездку – отхватил по-полной. И бычки да оставленная еда – это ещё цветочки, по сравнению с питерскими приключениями. Помойка за рестораном, на которой питались сквоттеры с Лиговки, ночной "стрит" у Казани и Елисеевского, с кучей примазавшихся нефоров. Вписка с подростками-фриками, где сибиряк Пурич выжрал десять банок яги и три флакона какого-то препарата, а как его потом откачивали. Ну и конечно "Камчатка", крыши, дворы-колодцы, парки с лужайками в обществе девочки Йомы, которой просто нравилось выгуливать всяких приезжих стопщиков и таким образом примазываться к нашему грешному племени. А обратно увезли тебя ночью из-под Клина аж в Ярославль, потом полусонный трип от Ярика до Иваново, потом такой же полусонный до Владимира. А потом попал под дождь и узнал каково ездить в трёхполосочных кедах с рынка, которые промокают и сохнут на ноге. Больше таких фокусов повторять не хочется, правда? Ну да ладно, то ли ещё уебанства было, то ли еще будет…"

Он перебирал ногами по пыли придорожной, мимо ехали загруженные предстоящим рабочим днём рязанцы, которым и дела не было до бродяги на обочине. Даже гаишники рязанские и не глянули в сторону Лешего.

Зато обнаружился по правую руку от трассы живописный овраг с кленовым лесом. "Вот тут и позавтракаем", – подумал Леший.

Внутреннее радио Лешего всегда имело двух собеседников, они назывались "Ты" и "Я". Изредка к ним присоединялся какой-то "он", когда Леший смотрел в своём сознании героически-эпические приключенческие фильмы с собой в главной роли. "Он был из тех кто…", "Он всегда…", "Он никогда…", и подобное. И Леший в глубине души думал, что это и есть шизофрения. Хотя, как говорила ему матушка-врач, люди часто придумывают себе болезни, особенно начитавшись справочников. Мужчины вообще могут у себя найти все патологии, кроме, беременности, если руководствоваться своими ощущениями.

Так вот, Леший со своим внутренним радиоэфиром спустился в овраг. Было найдено правильное место с тенью, правильное брёвнышко, на которое можно сесть. Благо тут не Урал, и клещи могут попасться разве что крупные пастбищные. За учёбу в Лесохозяйственном и многолетний опыт вылазок уже успел выучить какие бывают клещи, да и вообще всякие твари. И какие из них не страшны.

"Итак, сыграем в игру "Угадай, что внутри банки", – Леший достал консерву, – Что-то вязью написанное. Только бы не рыба. Ух, овощное, тушёное, с мяском – красота! Теперь лаваш, и всё. Запиваем водичкой. Эх, счас бы чаю! Надо, надо приучать себя брать с собой термос! Отцовский тяжелый, да и отец с ним на рыбалку ездит. Купить свой. Нааскать денег и купить. Или заработать. Работа у тебя эпизодическая, водить людей в походы. Да и те ближе к сентябрю раскочегарятся. Ну да ладно, денег тебе на это хватает, а в дороге они и не нужны особо. Сигарет купить. Бросить курить. Бросить-подобрать-бросить снова… Эх"

Отзавтракав, Леший выбрался снова на дорогу. Топать стало легче и веселее на сытый желудок. Вот, город вроде кончается. А вот и придорожная кафешка. Тётушка в кафешке посмотрела на Лешего и его рюкзак мельком, продала сигарет и показала, где набрать воды. Водой из того же крана Леший умылся и почистил зубы. Теперь стало посвежее: можно стопить.