Иван Булавин – Уполномоченный (страница 56)
- Ага, - тот кивнул и осторожно шагнул следом за рукой.
Крупная фигура размазалась в воздухе, после чего снова собралась, но уже на расстоянии метров двадцати. Иванов согласно кивнул, мысль оказалась верной, разрыв пространства, сделав шаг отсюда, оказываешься там. А товарищу следует меньше размахивать руками. Набрав воздуха в грудь, он шагнул следом, а через секунду уже стоял рядом.
- И что это было?
- Разрыв, мать его, пространственно-временного континуума, - Иванов глубокомысленно поднял палец вверх.
- Иди ты нахер, - отмахнулся Артём, после чего они зашагали дальше.
Глава двадцать шестая
Аномалии и не думали их отпускать. Неизвестно, на самом деле пространство тут плавало, или же всё это было иллюзией, но река, которая текла перпендикулярно вектору их движения, несколько раз меняла угол. Сейчас течёт прямо, через пять минут являет собой диагональ слева направо, а ещё через пять минут справа налево. Оба это видели, и обоих это бесило.
Наконец, они вышли на берег. Река в самом деле не была гигантским водоёмом. Переплюйка, в ширину метров тридцать, глубина – где по колено, где по пояс. Вода чистая, прозрачная и явно холодная. Присесть бы, умыться, отдохнуть… Мысль эта пришла им одновременно, и тут же была забракована. Неизвестно, что там с солнцем, но идут они уже долго, часов нет, а чувство времени очень обманчиво. В одном можно быть уверенным: рано или поздно тут станет темно, и тогда… Встречаться с бесплотными тварями было нежелательно.
- Вброд перейдём? – спросил Артём, делая жест рукой, словно отгонял муху.
- Варианты? Обойти не получится, а плот не из чего делать. Тут только камни.
Берега в самом деле были завалены крупными валунами. Артём осмотрел их, после чего сбросил рюкзак и начал складывать камни в кучу. Постепенно выстроил подобие пирамиды Хеопса в миниатюре.
- Можно полюбопытствовать, чего тебя на строительство потянуло? – спросил Иванов.
- Сооружаю что-то, что хоть немного отличается, чтобы направление не перепутать, - объяснил Артём, водружая на самый верх приметный тёмный камень. – Думаю, достаточно, идём.
Кучка камней была высотой где-то по пояс человеку, а потому выделялась на фоне однообразного берега. Толковая идея, хотя пример с рощей показывал, что гарантии она не даёт.
Зашнуровав ботинки потуже, оба вошли в воду. Штанины намокли, но температура была терпимой, холод основательно бодрил и заставлял двигаться. Течение было довольно быстрым, поначалу, пока глубина была небольшой, это не имело значения, как только они погрузились в воду по пояс, их начало сносить.
- Верёвкой надо было связаться, - прохрипел Артём, пытаясь сохранить равновесие. – Снесёт до самого моря.
Иванов ухватил его за воротник, не давая упасть и слегка потянул против течения, но тут же повалился сам, с большим трудом поднявшись. Оба замерли. Река выкинула фокус: поменяла направление течения. Или они развернулись? Оба синхронно посмотрели на кучу камней позади себя. Ага, всё ясно, река шутки шутит. В целом, справиться можно. Опираясь друг на друга, они сделали шаг к противоположному берегу, до которого оставалось ещё метров семь. Тут снова остановились.
- Ты тоже видишь? – спросил Артём жалобным голосом.
- Ага, - кивнул Иванов, оборачиваясь назад.
Куча камней была позади, но впереди на берегу красовалась точно такая же, более того, тёмный камень, что венчал пирамиду, был абсолютно одинаковым спереди и сзади.
Иванов смачно выругался, схватил товарища за рукав и потащил вперёд. Двигался он в том направлении, которое считал правильным. Сейчас выберутся на берег, а там просто пойдут вперёд. Надо выбраться из долины, а в какую сторону – не так важно.
- Миша, у меня крыша едет, - уверенно заявил Артём, стараясь не отстать от товарища.
- У меня тоже. – отмахнулся Иванов, хватая ртом воздух, не так легко оказалось брести в воде с грузом, да и годы брали своё. – Шагай, иначе не выберемся.
- А туда идём?
- Не знаю, чего ты от меня хочешь? Вроде, туда, мы ведь туда шли, в пути не разворачивались, сейчас выйдем и…
- Я ведь падал, мог направление потерять, - на Артёма было жалко смотреть, - и течение, вроде как…
Договорить он не успел, направление течения снова поменялось. И ладно бы, если течение медленное, там и не разглядишь, а тут был мощный горный поток, едва не валивший с ног двух крепких мужчин. Оба выругались и прекратили дискуссию, продолжая двигаться в том же направлении, куда-нибудь выйдут, это главное.
А река не кончалась, с того берега она выглядела ручейком, который можно спокойно перейти в болотных сапогах, потратив от силы минуту, а теперь они брели уже полчаса, а то и больше. Река не становилась глубже, не давала водоворотов, и течение больше не менялось, а до берега оставалось метра три, которые они никак не могли преодолеть. Порой начинало казаться, что они идут на месте.
Иванов в отчаянии выудил со дна приличных размеров булыжник и бросил в сторону берега. Основательно так бросил, булыжник полетел далеко, метров на десять, вот только… если бы кто-то спросил у них, как такое возможно, они не смогли бы объяснить, камень летел долго, а упал всё равно в воду.
- Так, стоп, - остановил он напарника, - это аномалия, тут пространство искажено.
- И что с ним делать?
- Давай вверх двинем, метров на десять.
Предложение было странным, но, за неимением лучшего, они поступили так. Повернули и прошли метров двадцать вниз по течению. При этом их передвижение было ощутимым, линия берега тоже сдвинулась. Снова повернув к берегу, они сделали несколько шагов.
- Опа! – Артём даже растерялся, когда ботики ступили на сухой камень берега.
- Победа, - выдохнул Иванов и присел на нагретый солнцем камень, идти дальше просто не было сил. – Пять минут привал.
Артём, так же обессилевший от долгой ходьбы в воде, присел рядом и скинул ботинки, выливая из них воду.
Сколько они просидели, осталось неизвестным, по ощущениям это были те самые пять минут, даже дыхание не полностью восстановилось. Но время тут текло иначе, чем в окружающем мире, а часы, как и следовало ожидать, приказали долго жить.
- Слушай, Мишка, - Артём тронул напарника за плечо и показал на небо, - засиделись мы.
- Что? – Иванов поднял взгляд.
- Солнце меняет сторону, но высота меняется, и сейчас оно точно идёт к закату.
- Уверен? – спросил его Иванов, хотя и сам уже видел, где находится светило.
- По моим прикидкам, сейчас часов восемь. Ещё часа полтора и…
Что будет через полтора часа, думать не хотелось. Напоминание об утекающем времени подействовало лучше любого допинга. Оба путешественника, не сговариваясь, встали на ноги, подхватили оружие и мешки, после чего бодро двинули от реки.
И снова проклятая долина начала подкидывать сюрпризы. Река никак не хотела их отпускать. Они шли перпендикулярно течению, а спустя несколько минут выяснилось, что река от них по правую руку и течёт туда же, куда идут они. Забрали влево – снова та же история. Каждый выверт пространства подстёгивал их, заставлял прибавлять шагу.
Они двигались, медленно, но верно, выбираясь из долины. Река наконец-то осталась позади. Местность постепенно оживала, появлялись растения, чахлая трава и не менее чахлые кустики. А через некоторое время впереди замаячила зелень, от которой начиналась нормальная местность, а где-то далеко виднелся даже горный склон.
Пройти оставалось всего-ничего, метров двести, но это с поправкой на выверты пространства, да и время не стало ждать. Сумерек не было, ясный день почти сразу сменился ночью.
- Трындец, - прокомментировал ситуацию Охрименко.
- Тихо, - Иванов на секунду остановился, мелькнула мысль, что стоит достать из мешка ночник, но тут же и пропала. Ночь не принесла непроглядную тьму, окрестности вполне можно было рассмотреть. Причину светлой ночи тоже искать не пришлось: в небе почти сразу взошли две луны, при этом ни одна не была похожа на земную. – Идём вперёд, немного осталось. Не шуми только.
Не шуметь, когда под ногами камни, а вокруг темнота, получалось плохо. Призраки, которыми пугали перед заходом в долину, пока не появились, но сама возможность их появления здорово пугала. Пройдя ещё с десяток шагов, Иванов заметил, как у него дрожат колени. Натурально дрожат, и не от холода, мокрые штаны уже высохли, ему страшно. Страх был каким-то странным, полностью иррациональным, даже у ребёнка, который боится бабайку или подкроватного монстра, больше поводов для страха. Ну, чего тут, спрашивается, бояться. Призрак их пока не увидел, и, может быть, совсем не увидит. Минут через десять они доберутся до нормальной земли, а призрак туда не пойдёт. Или пойдёт?
Он пошарил взглядом по окрестностям, пытаясь разглядеть тёмный силуэт. Никого, только тени от кустов, но они низкие, с призраком не спутать. Страх окружал, давил со всех сторон, снежным комом забирался за воротник и прокатывался между лопаток, волосы вставали дыбом даже на руках и загривке. Стыдясь своего страха, попытался найти опору в товарище, но тут услышал тихий стук. Вслушавшись, понял, что это стучат зубы прапорщика. Он стиснул челюсти, но зубы продолжали стучать.
- Не могу, Миша, - сказал Артём дрожавшим голосом. – Страх такой, что в обморок сейчас грохнусь. Это призрак, да?