Иван Булавин – Республика из пепла (страница 23)

Прошли мы ещё километров десять, скоро должна была показаться деревня. Вдруг Дэн остановился и резко завертел головой.

— Что случилось? — с тревогой спросил я.

— Кровью пахнет, — ответил он, шумно втягивая воздух ноздрями.

— Может, скотину забивали? — предположил я. — Или волки охотятся. Или твой костлявый друг развлекался.

— Человеческая кровь, свежая, много, — он повернулся и медленно пошёл на запах.

Источник запаха обнаружился неподалёку, тогда уже и я почувствовал. Под кустом, слегка прикрытый ветками, лежал труп, молодой парень, видимо, из деревенских, может быть, пастух, хотя в этой стороне скотину не пасли. Причина смерти была ясна сразу: парню перерезали горло, профессионально, от уха до уха, шансов у него не было.

— Полчаса, может быть, час назад, — сделал вывод Дэн. — Его добивали.

— Добивали?

Он перевернул труп, указав на рану под левой лопаткой. И это явно было не огнестрельное ранение.

— Стрела, — сделал вывод Дэн.

— Степняки, — Стас побледнел.

— А они могли сюда пройти? — удивился я.

— Если кордоны обошли, тайком идут.

— А парень им попался, свидетель, — Дэн осмотрелся на месте. — Убивали его не здесь. Идём.

Мы пошли по кровавому следу, минут через пять наткнулись на лужу крови, что уже частично впиталась в землю. А ещё тут были следы, много следов, копыта коней, без подков.

— Туда пошли, — Дэн указал направление, потом пробежался по следам внимательным взглядом и сделал вывод: — Около сотни, может, чуть больше.

Степняки двигались мимо деревни, цель их была где-то в глубине территории, возможно, Эпицентр или где-то рядом с ним.

— Идут медленно, — заметил Дэн. — Можем догнать.

— А когда догоним, что будем делать? — с опаской спросил я.

— Убьём, — он улыбнулся и как-то подозрительно облизал клык.

И мы пошли, точнее, побежали, след временами прерывался, когда вместо лесной почвы под ногами оказывался камень, но нюх нашего нового друга вёл безошибочно. Степняки, надо отдать им должное, двигались тихо, если не наткнуться на след или не увидеть их самих, как это сделал несчастный мальчик, то вся операция пройдёт в тайне. Жители Республики увидят только её результаты.

Погоня заняла два часа, чтобы не нагружать себя, мы бросили всё снаряжение, кроме оружия, я прихватил автомат со всем боекомплектом, а Стас — свою винтовку. Дэн бежал с рюкзаком, который для него почти ничего не весил. Когда расстояние сократилось, вырвавшийся вперёд солдат резко поднял правую руку, приказывая остановиться.

— Здесь, — сказал он негромко.

Перед нами был небольшой овраг с пологими клонами, он уходил далеко вперёд, поворачивая направо, где-то на дне журчал крошечный ручеёк, видимо, остановились, чтобы напоить коней.

— Заходи спереди, — прошептал Дэн. — Вон то дерево, там займи позицию. У тебя автомат?

— Пистолет-пулемёт, — уточнил я. — Дальнобойность так себе.

— Неважно, не давай им высунуться с той стороны. Обойди вот здесь, только не шуми. Стас?

— Я тут, — отозвался охотник.

— Ты за снайпера, обходишь слева, позиция вон там, кусты и большой камень. Видишь?

— Вижу, так оттуда овраг не видно.

— Тебе и не надо, стреляй в тех, кто подниматься будет.

— А ты? — спросил я.

— А я отсюда, чуть вперёд продвинусь. Стреляю первым я, вы поддерживаете.

Я не стал расспрашивать о подробностях, просто бросился вперёд, огибая овраг справа, расстояние небольшое меня могли услышать, поэтому старался не топать. Стас, подхватив винтовку, обходил с другой стороны. Я подумал, сможет ли он стрелять в людей? Сам-то я точно смогу, любой гуманизм разбивался о лицо убитого парня, которое до сих пор стояло перед глазами. Только бы успеть позицию занять. С той стороны оврага могут быть наблюдатели.

Дерево, на которое указал Дэн, было заметно издалека, что за порода, я не знал, но размеры впечатляли. Кроме того, как и всякое дерево, растущее на открытом пространстве, раскинуло ветви широко, настолько, что некоторые из них, не выдержав собственного веса, обломились и упали на землю. Там, у корней, мне и предстояло держать оборону, выход из оврага был метрах в семидесяти, подъём выглядел крутым, но это хорошо, быстро выскочить не смогут.

Наблюдатели тут имелись, сразу двое. К счастью, в их поле зрения я попал поздно, когда уже оставалось добежать метров тридцать-сорок. Кроме того, сплоховали и они, вместо того чтобы поднять своих по тревоге, оба натянули луки и выстрелили. Лук — оружие, требующее от человека немалого мастерства. Степняки явно учились стрелять всю жизнь, а потому могли попадать в движущуюся мишень. Первые две стрелы прошли мимо, ударив около ног, третья прошла над головой, а вот четвёртая нашла свою цель, пробив мне бедро насквозь. К счастью, упал я уже под корнями дерева, лишив их возможности меня добить.

Нога горела огнём, словно туда раскалённый гвоздь вбили, но заниматься раной было некогда. Сообразив, что артерия не повреждена (а всё остальное не смертельно), я просто отломил оперение, едва не потеряв при этом сознание от боли. Остальное потом, когда разберёмся со степняками.

Я вскинул ствол автомата и взял на прицел выход из оврага, степняков там уже не было, скорее всего, бросились к коням. Теперь вышлют погоню верхом, а я их встречу. Интересно, разглядели, что я вооружён?

С другой стороны раздались выстрелы, я поначалу подумал, что это Стас, но тут же понял, что это не так. Выстрелы были слишком тихими, тогда как винтовка Стаса даёт оглушительный удар по перепонкам, да и перезаряжать с такой скоростью он точно не сможет. Это Дэн работал одиночными, отстреливая степняков в спины.

Я приготовился, совместив прицел с мушкой. Так, сорок патронов, следующий магазин здесь, под рукой. Ладони вспотели, пришлось вытереть их об одежду. Ну, где вы там?

В овраге раздались крики, взлетели несколько стрел, потом сбоку ударила винтовка. А через пару секунд несколько всадников выскочили в мою сторону. Я нажал на спуск и повёл стволом слева направо. Сдуру хотел поберечь лошадей, но слишком уж высоко торчали их головы. Четверо упали, а пятый, резко рванув вправо, поскакал, пуская на ходу стрелы, прицельности никакой, я не опасался, стрелы даже в дерево не попали. Взяв упреждение, я дал очередь, всадник вылетел из седла, застряв в стремени, конь проволок его ещё метров десять, потом остановился и начал заваливаться набок. Пуля задела и его тоже.

А из оврага уже поднимались новые. Видимо, огонь Дэна был страшен. Я пока не видел его способностей воочию, но догадываюсь, что такой сверхчеловек, вооружённый скорострельным оружием, способен сделать против орды конных лучников, их стрелы ведь, скорее всего, даже не добивают.

Самый удобный выход из оврага был сзади, но там им точно ничего не светило, с моей стороны подъём крутой, поэтому появлялись только одиночки, которых быстро находила очередь. Самые отчаянные лезли вбок, но их снимали меткие выстрелы Стаса. Зря я в нём сомневался, ни меткости, ни безжалостности ему не занимать.

Не знаю, сколько прошло времени, может, час, а может, минут пять. Я только что отбросил в сторону предпоследний магазин, надо полагать, врагов осталось немного. А ещё через пару минут появился Дэн, который уже прошёл над оврагом и кое-кого добил.

— Это все? — спросил я сдавленным голосом, адреналин сошёл, теперь боль в ноге вспыхнула с новой силой.

— Если твой друг нигде не ошибся, то да, — поведал мне Дэн, он нисколько не волновался, словно это кто-то другой отправил на тот свет сотню человек.

Подойдя к моей позиции, он смог оценить мой вклад в победу, тоже неслабо, двенадцать человек, нет, тринадцать, ещё тот, что пытался ускакать, отстреливаясь. Нет, всё-таки двенадцать, поскольку тот, что лежал в стороне, очнулся после падения, высвободил ногу из стремени и попытался уползти, может быть, ему бы это даже удалось, вот только нас было не трое. Когда раненый оказался у спасительного кустарника, оттуда высунулась костлявая рука трупного цвета, пальцы сжались в кулак, а кулак от души треснул ползущего по макушке. Тело его обмякло, теперь не уползёт.

Но Ошибка был не так прост, он вышел из кустов, недовольно покосился на нас, после чего подхватил оглушённого противника за руку и поволок за собой. Я не сразу сообразил, зачем ему человек.

— Ошибка! — крикнул Дэн, погрозив пальцем. — Ты не забыл, чего делать нельзя?

— А… — растерянно проговорил мутант. — Нет, не зззабыл. Это я так, просто…

— Есть ещё его лошадь, — снисходительно предложил Дэн.

Ошибка счёл такой размен адекватным, подошёл к убитой лошади, вынул нож и начал добывать себе пропитание.

— Он что, в самом деле хотел человека съесть? — спросил я Дэна, когда мы связали оглушённого степняка.

— Понимаешь, — Дэн как-то невесело улыбнулся. — Ошибка — он странный. Многое знает и умеет, способен мыслить, часто даже неплохо мыслить. При этом, увы, законченный шизофреник.

— А как он получился?

— Он старше меня на два года, тогда запустили партию по устаревшей программе «туннельных крыс», бойцы, созданные для действий в условиях подземелий и катакомб. Почти всё то же, что есть у меня, только другие органы чувств, другая психика, другая реакция, такие, как он, могут обходиться совсем без зрения. Могли бы, какая-то ошибка вкралась в действия инженеров, работавших с геномом. Вся партия оказалась мертворожденной. Кроме одного. Его геном ничем не отличался от других, но он отчего-то выжил. Первое время его использовали для опытов, потом он начал расти, его пытались учить, как других солдат, но природа взяла своё, дегенеративные процессы начались и набирали обороты. Его могли усыпить, но учёные попросили оставить, им был нужен подопытный. К тому же, несмотря ни на что, он продолжал занятия, хотя ясно стало, что полноценного солдата из него не выйдет. В итоге он стал кем-то, вроде домашнего животного, ему не вживляли чип, а потому он смог беспрепятственно уйти на волю.