Иван Булавин – Чумной мир (страница 32)
Он помолчал, снова пыхтя сигарой, глядя на него, Артём тоже закурил.
- Отдельно стоит упомянуть об образовании, - продолжил учёный, - оно, разумеется, деградирует, поскольку некому и незачем станет учить каждого индивида так, как сейчас. Для жителей сельскохозяйственных регионов оставят три-четыре, максимум, шесть классов, элементарные знания, необходимые для жизни. Тех же, кто делает успехи, отправлять на дополнительное обучение. Они впоследствии станут технической интеллигенцией. Не факт, что поступят именно так, но этот ход напрашивается сам собой, образование становится социальным лифтом, а сословия учёных, техников и военных не закрываются сами в себе.
- А другие варианты есть? – спросил Артём.
- Разумеется, но они все намного хуже. Например, всё тот же феодализм, но в более уродливой форме. Кто-то будет крышевать крестьян, опираясь на запасы оружия, оставшиеся от прежних времён. Может такое быть? Вполне, но просуществует ровно столько, сколько хранятся патроны. Потом скатится к анархии. Ещё допускаю вариант теократического общества. Катастрофы, тем более такого масштаба, неизбежно приводят к появлению различных новых культов или же извращению старых. А уж появление любых видов магии, ну, или каких-то технологий, которые на наш взгляд неотличимы от магии, и вовсе приведёт к чудовищным вывертам общественного создания.
Тут он замолчал, но вид его говорил о том, что учёный вспомнил нечто важное.
- Что-то вспомнили? – спросил Артём.
- Да, - Лаптев налил ещё коньяка, себе и Артёму, после чего добавил: - насчёт сектантов. Информация не из первых рук. Несколько месяцев назад я беседовал с человеком, который видел другого человека, а тот рассказывал, что где-то на севере есть подобная община. Он якобы из неё сбежал. Эту общину возглавляет полоумный священник, который ещё в самом начале головой подвинулся и заявил, что знает путь к спасению. Кто-то ему поверил, стал с ним молиться. Поначалу немногие, а потом, когда стали замечать, что те, кто молится, о чумы не умирают. Народ и повалил. Вроде бы, священник тот магией овладел и может на людей воздействовать. Не знаю, что из этого правда, возможно, толпа, поддавшись внушению, как-то сумела защититься от болезни.
- Но это ведь невозможно, - Зоя заявила это с уверенностью второкурсницы химбиофака, - бактериальная инфекция внушением не лечится, максимум, можно температуру сбить или боль успокоить. На время.
- А я бы, скорее, поверил, - задумчиво проговорил Артём, - Фокин в своих записках сообщал, что болезнь – это не вирус, и не бактерия, а вообще что-то непонятное. Вполне допускаю и магическую природу, а она как раз и должна лечиться внушением.
- А чего тогда сектант тот сбежал? – подозрительно спросила Зоя.
Лаптев развёл руками.
- Я с ним не говорил, всё, что знаю: у их вождя крыша съехала ещё сильнее, начал он какие-то ужасные дела творить. Какие именно – не знаю, может, жертвы приносить, может, массовые оскопления проводил, или наоборот, свальный грех проповедовал. Бунтовать люди боялись, а вот побег совершить получилось.
- Где сейчас этот человек? – спросил Артём.
- Ушёл куда-то на юг, а тот, кто передал мне его слова, уже мёртв.
- А мы как раз на север едем, - напомнил Артём.
- Ну, это не повод отказываться от цели, - Лаптев, видимо, не собирался пугать гостей, - даже если всё действительно так, не факт, что вы встретитесь с сектантами. Слишком уж мала плотность населения. Даже если вся община выжила, то это несколько сотен человек, может, тысяча. Даже если они поставят себе цель перекрыть дорогу, то физически не смогут этого сделать. У вас транспорт, высокая скорость, так что стоит рискнуть. Хотя, конечно, желательно провести разведку.
Артём задумался. Разведка – это хорошо, но не в их случае, когда личного состава по списку два человека, а на деле – полтора. Максимум, получится некоторое время наблюдать за местностью. А насчёт способности сектантов перекрыть все дороги, он иллюзий не питал. Если людей не хватит, перекроют инженерными сооружениями, а то и мины поставят, благо, частей воинских осталось много. Но и отменять поездку он не хотел, а вокруг гор ехать – это крюк километров на семьсот, и не факт, что они вообще дорогу отыщут.
- Через горы дорога есть? – спросил он Лаптева.
- Да, хоть и не наша, не из нашего мира, как и сам горы, но дорога приличная. Вымощена камнем, пологая, ваша машина точно пройдёт. Правда, слышал, что там, наверху, она разветвляется, а часть путей уходит в тоннели. Кстати, последние колонны беженцев туда не пошли, предпочли в обход.
- Почему?
- Кто бы знал, - виновато посмотрел на них учёный, - думаю, получили по радиосвязи какое-то сообщение.
- А как они двинули?
- Так в обход, с востока, долго, но относительно безопасно.
- Тогда и нам стоит задуматься, - сказал Артём и залпом допил коньяк. – Вы не против, если останемся здесь ещё пару дней?
- Можете вовсе остаться жить, - равнодушно ответил Лаптев, - я, может, и люблю одиночество, но отнюдь не являюсь социопатом. Два интересных собеседника мне не помешают.
После этого они отправились спать. Сергей Михайлович поначалу предложил им одну большую кровать, но Зоя с возмущением отвергла такой вариант, в итоге, она заняла эту кровать, а Артём устроился на диване у стены. День этот, как и предыдущие, был богат на события, а потому усталость быстро заставила провалиться в сон.
Глава 3
Глава пятнадцатая
Они не зря задержались ещё на два дня. За это время успели отдохнуть, выспаться, побаловать себя домашней пищей вместо консервов. А ещё посетили, по словам Зои, главное достижение этого места – полноценную баню. Там, в своей деревне, она тоже регулярно мылась в бане, но её баня была крошечной и довольно ветхой. Ходить к соседям она не хотела, видимо, мешала мысль о том, что где-то поблизости разлагаются их тела.
Здешняя баня, предназначенная для важных гостей, была просто шикарной. Помывочная, парилка двух видов, душ, бассейн. И всё это работало, и вода поступала из скважины, а уж дров в окрестностях хватало. Правда, насос, из-за низкого напряжения работал медленно, на наполнение бассейна размером три на три метра ушло три часа. Но оно того стоило. Если Артём, который не особо любил такие процедуры, обошёлся помывкой и единственным заходом в парную, то она, вытащив из своих запасов купальник, парилась без остановки, каждый раз ныряла в бассейн, плавала там, пока не начинала синеть, после чего снова бежала в парилку. Лаптев же, хоть и обеспечил им все удовольствия, сам обошёлся душем, почти сразу оставив их наедине. Сослался на проблемы с сердцем.
Артём, завёрнутый в полотенце, сидел в небольшом плетёном кресле у бассейна, пил пиво их большого бокала и искоса посматривал на девушку, что грациозно извивалась в прохладной воде.
- Что? – спросила она, поймав его взгляд.
Он только головой мотнул, мол, ничего, просто смотрю.
- Пойдём в парилку, - предложила она.
- Не люблю перегреваться, - он пожал плечами. – Да и раны ещё болят.
Швы на спине были сняты, но раны, пусть и очень быстро заживающие, продолжали болеть, а заодно мучить его нестерпимым зудом.
- Давай посмотрю, - заботливо предложила Зоя.
- Посмотри, - он не стал спорить и развернулся.
Девушка с плеском вылезла, прошлёпала босыми ногами по кафелю и встала над ним. Провела пальцами по коже.
- Шрамы останутся, - сообщила она. – Но заживает быстро.
- Ты ведь не врач, - с усмешкой напомнил он.
- Ну, я много ран видела, других, они обычно дольше заживали, а твои… стоило воспаление снять, и кожа схватилась.
Она положила руки ему на плечи.
- Я тебе нравлюсь?
Артём в этот момент как раз дотянулся до бокала с пивом, отхлебнул и подавился. Зоя стукнула его по спине, заставив взвыть от боли.
- Ты чего? – спросила она.
- А ты чего? – прокашлявшись отозвался он. – Ты ведь сказала, что я извращенец и вообще тебя не интересую.
- Я поторопилась, - заявила Зоя, - и вообще, злая была, потому что у меня такой бани не было. Я даже перед выездом не помылась, вся потная и в пыли. Как представлю, что ты ко мне полезешь, брр!
- Так дело в этом? – в голосе Артёма стала появляться вкрадчивость психиатра.
- Нет, то есть, да, в смысле… сама не пойму. Просто… ты ведь должен меня добиваться, и всё такое.
- Так я бы обязательно тебя добился, просто… то бандиты, то медведь, дальше ещё хуже всё будет. Для любви безопасное место нужно, где нас никто не сожрёт в процессе.
- А здесь… - начала она каким-то мечтательным тоном, потом, резко сменив интонацию, добавила: - или у тебя девушка есть, и ты ей изменять не хочешь?
Артёму сказать было нечего. В своём мире серьёзными отношениями он не обзавёлся, а в этом… вообще умер. А если бы выжил местный Артём, и у него была бы любимая девушка или даже жена, то вероятность того, что выжили бы оба, стремилась к нулю.
- Даже если кто-то и был, её уже нет, - не вдаваясь в подробности, пояснил Артём, - иди ко мне.
Могучей лапищей он сгрёб Зою и посадил себе на колени.
- Ой, - ойкнула она, - полегче, сломаешь, и вообще…
- По-моему, ты много разговариваешь, - предположил Артём и закрыл ей рот поцелуем.
- Подожди, - она оттолкнула его, - а если Сергей Михайлович вернётся? И вообще, я не готова.
- К чему ты не готова? – Артёму уже порядком надоел этот цирк.