Иван Андрющенко – Тайрага – Путь светлых. Часть 1 (страница 5)

Когда Друг почувствовал присутствие волков, кроме ощущения их пристальных взглядов пришло понимание, что они не охотятся – от них не исходила так хорошо знакомая ему суетливая агрессия, присущая «серым бродягам».

Другу не раз приходилось смотреть на оскал клыков этих умных хладнокровных охотников. На его шкуре, было не мало шрамов – отметин их зубов. Они, как подписи в книге визитов, напоминали о каждой встрече с «серыми»…

Но страха перед ними он не испытывал никогда. Может потому, что его оскал мало чем отличался от их?..

Пес почувствовал, как самый молодой волк приблизился к стоянке из-под ветра. Не нарушая дозволенных границ, понюхал воздух и поняв, что слабых и раненных нет, вернулся к стае.

Глава 2. Второй день

Первым тишину на стоянке нарушил Светослав. Он проснулся, потянулся с хрустом. Пес, увидев оживление хозяина, проделал тоже самое, потом встал, зевнул и, подойдя к еще лежавшему человеку, лизнул в заросшею бородой щеку.

Светослав вынул из-под одеяла руку, погладил пса по голове и сказал:

– Ну, что Друг будем вставать, дорога дальняя…

Еще раз, потянувшись всем телом, Светослав встал с настила, который он сделал вечером из нескольких срубленных не толстых берез.

Ночной костёр уже почти прогорел, но угли, подёрнувшись толстым слоем седого пепла, ещё хранили жар.

Бросив на них охапку хвороста и несколько поленьев приготовленных с вечера, охотник раздул огонь и поставил в костёр котелок.

Сборы не были долгими, но заняли какое-то время. Светослав аккуратно свернул в тугой рулон то, что называл одеялом, перевязал веревкой и убрал в рюкзак. Одеяло было сделано из шкур ягнят, очень легкое, тонкое, но теплое. Несколько лет назад он приобрел его в той деревне, в которую обычно выбирался из тайги. Привычно надевая на себя, снаряжение, снятое вечером, внимательно осматривал его. Скорее это была не привычка, а продиктованная жизнью необходимость. Природа не любит беспечных. Особое внимание охотник уделил луку и стрелам.

Между делом пока Светослав собирался, у костра закурился паром, забурлил кипятком котелок. Это было сигналом, что пора пить чай.

Завтрак охотника не отличался от вчерашнего ужина. Вообще во время переходов он не баловал себя «изысканными блюдами», обходился вяленым мясом или кабаньим копченым салом. Ел немого и не часто, как правило, утром и вечером. Приученный долгими годами к такому режиму питания, не испытывал неудобств из-за отсутствия обедов, полдников и других промежуточных перекусов.

Когда трапеза была закончена человек и собака двинулись дальше. Светослав, как и вчера, легко и пружинисто чертил лыжами снег, а пес, видя, что хозяин наконец-то двинулся в путь, радостно убежал в темноту разогревая тело после зябкой ночи на открытом воздухе.

Зимой темнота длится нудно-долго и, хотя утро уже фактически наступило, ночь еще кололась холодным светом звезд. Светослав хорошо знал эти места, но во время дальних переходов не забывал сверять направление с верными спутниками всех путешественников и охотников: с полярной звездой и солнцем.

Он посмотрел на полярную звезду, тускло светившую между верхушек деревьев и улыбнулся, вспомнив слова одного старого промысловика: «хочешь заблудиться ориентируйся по мхам, лишайникам и муравейникам. Хочешь прийти домой, смотри почаще на звезды и солнце».

Сверив, таким образом направление, Светослав пошел дальше.

Примерно через два часа пути человек и собака подошли к месту, которое Светослав для себя называл Разлом.

Разлом находился на вершине горного хребта и представлял собой проход в скале – единственный переход с одной стороны хребта на другую. Все живое в радиусе 50 километров… все, что бегало и прыгало, мигрируя с одной стороны на другую, могло пройти только здесь.

Светославу очень нравилось это место. Оно, как будто делило мир на «до» и «после», было границей двух миров. Разлом был красивым местом, пройти и не полюбоваться мощью скал, его образовавших, было невозможно.

Хотя темнота только начинала рассеиваться, Разлом уже хорошо просматривался.

Чтобы отдышаться после долгого подъема охотник, поджав под себя ногу присел на один из видневшихся из-под снега валунов.

Прекраснейший пейзаж, постепенно проступающий из темноты, проявляемый ранним утренним светом, открывался перед ним. Если бы не легкий ветерок и мороз высокогорья можно было бы подумать, что стоишь перед огромной постепенно проявляющейся фотографией.

Очертания темных массивов гор становились четче и контрастнее. Побеленные снегом они соединялись друг с другом хребтами и распадами.

Монументальность увиденной картины впечатляла.

Человек так устроен, что, оказываясь с природой один на один, проникаясь ее сутью, незаметно для самого себя подстраивает свои внутренние вибрации в унисон с ритмами окружающего пространства. В такие минуты приходят мысли, всегда преследующие человека и всегда остающиеся без ответа – о смысле жизни, об осознании себя в этом огромном мире, о времени, отпущенном для жизни на этой планете.

Светослав не был тому исключением. Увлеченный увиденным, он вновь вспомнил Старика. Его рассуждения о времени тогда сильно удивили Светослава и буквально взорвали его представления о мире.

***

Продолжая одну из бесед со Стариком Светослав сказал:

– Ты много и интересно рассуждаешь, и я тебе интуитивно верю. Но вот если бы это было подкреплено современной наукой… Я конечно не великий ученый, даже далеко не ученый, но все-таки…

Старик глубоко вздохнул и, как будто с нотками сожаления в голосе, ответил:

– Человек всегда стремится найти объяснение тому, что видел. То же, что лежит за гранью его чувств и ощущений, он, как правило, считает не существующим. Свою интуицию при этом, чтобы она ни говорила и ни подсказывала, почти не слышит или считает игрой воображения. А чтобы увиденное укладывалось в рамки его логических рассуждений, он придумывает различные величины, меры и измерения. Например, время. Загадочное, никем не осязаемое ВРЕМЯ! Используя которое, человек строит различные теории и предположения. Далее, когда ему удается доказать выдвинутые теории при помощи выдуманных мер-измерений он присваивает им статус ЗАКОНОВ, причем непременно природы, а предположениям – статус истин, которые никто не может опровергнуть, либо найти другое объяснение. Как правило, другое объяснение и не приемлется по одной простой причине… оно противоречит принятым за основу законам. Заключая себя, в такие условия придуманной им самим игры, человек перестает замечать ловушку, которую построил для себя и в которую добровольно себя посадил.

Старик внимательно посмотрел на Светослава, как будто хотел увидеть понимает он сказанное или нет, потом продолжил свои рассуждения:

– ВРЕМЯ… Величина выдуманная… Придуманная людьми. Время с той позиции, с которой его рассматривает современная наука, не существует!!! Особенно больно слышать, как великовозрастные мужи, обремененные различными научными степенями, всерьез рассуждают о материи-времени и о возможных в нем путешествиях. Смешно… Самое неприятное в этом то, что их высказывания или комментарии чего-либо… неокрепшими умами воспринимаются, как неоспоримая истина, не требующая, и не допускающая иного суждения. Иногда до боли в сердце обидно видеть потуги человечества, которое, как и тысячи лет назад, заблуждаясь… с важностью много познавшего павлина рассуждает, что земля плоская и стоит на черепахе и трех слонах, а зеваки им рукоплещут и кричат: «На слонах… на слонах…». А всех тех, кто смеет заявить, что она круглая, их – «На костер!». К сожалению, с тех пор, как земля была «плоская» мало что изменилось. Изменились, может быть, термины и область доказывания, но люди остались прежними. Обиднее всего, когда не из-за недостатка знаний, а в угоду своим амбициям и келейным интересам одни кричат «плоская», другие «на костер его!»…

– Ты обижен на людей? – удивленно заключил Светослав.

– О нет, нет мой друг! Извини, я увлекся, философствуя. Просто бывает временами смешно, а иногда досадно, смотреть, как род человеческий блудит впотьмах своей эволюции и часто не по своей воле. Я начал говорить о времени…

Старик сделал паузу. В этот раз было заметно, что, прежде чем озвучить мысль, он тщательно сформулировал её в голове.

– Время, как физическая величина, которая, например, может сжаться или вдруг растянуться, – старик поднял палец в верх, – НЕ СУЩЕСТВУЕТ. Мыслители, чтобы не потеряться в кажущемся хаосе мироздания, придумали разные единицы измерения, например, единицу массы, объема и так далее. Когда люди увидели, что в пространстве протекают различные процессы и имеют некую протяженность, они придумали такую величину как ВРЕМЯ. Шаг правильный и нужный! Но лишь на первоначальном этапе познания, для того, чтобы как-то закрепиться в пространстве и иметь начальную точку отсчета. Дальнейшие же попытки придать времени особый статус некой физической величины, которая в совокупности с пространством, якобы может вытворять различные штуки типа: свернуться, развернуться, в него можно провалиться или прыгнуть во времени, это уже бред. Это из области – «земля плоская»!

– Извини, перебью… – не удержавшись от эмоций, остановил старика Светослав. – А что же тогда такое время?