Иван Андрющенко – Тайрага – Путь светлых. Часть 1 (страница 4)

Старик снова сделал паузу и отхлебнул из чаши чай.

– Язык наших предков, – продолжил он, – был более образным, чем язык, существующий ныне. В приведенном примере… в одном этом слове! Есть не только произносимый звук – обозначающий предмет, но и присутствует… его связь с миром! Целеуказание! Его суть! ГА-РА.

Когда Старик закончил, в пещере воцарилась тишина, только костер потихоньку потрескивал дровами.

Паузу прервал Светослав, переваривавший услышанное в своей голове.

– Хорошо… пусть так, но ведь то, что ты сказал это ведь тоже всего-навсего чья-то точка зрения и кто сказал, что она истинна?

Старик усмехнулся.

– Ты невнимательно слушал! – сказал он. – Заметь, я не говорил, что мое воззрение единственно истинно, я только сказал, что его тоже нужно знать. А истинно оно или нет решать тебе. Только твое решение может быть полезным для тебя. Но, как говорили наши мудрые предки, для того, чтобы не допустить ошибки нужно руководствоваться своей интуицией, услышать мнение знающего человека, желательно не одного, и обратиться к первоисточнику. И только, когда сойдутся воедино все три составляющие, тогда можно принимать решение. А вообще если говорить просто и не мудрствовать, то можно сформулировать так: никогда и никому не верь, особенно никому не верь на слово, в том числе не верь и мне – тому, что я сейчас тебе сказал. Не верь покуда в истинности услышанного, не убедишься сам.

Светослав усмехнулся:

– Да, есть над чем подумать… А начали вроде бы «с горы». – Потом продолжил: – Ты, что-то еще сказал про «мир Яви», «зреющую сущность». Я так понимаю, что это связано с религией… Ты веришь в бога?

Старик уловив иронию Святослава, так же с иронией ответил:

– Уточни в какого?

– Ну… Не знаю в Христа, Аллаха, Яхве, Будду, Кришну…

– Я достаточно знаю об этих учениях, но их последователем не являюсь. По крайней мере, не вижу смысла им верить по одной простой причине. Последователи названных учений полностью отрицают истинность учений своих оппонентов. При всем этом, те оппоненты, что живут в так называемом «ложном учении» благополучно здравствуют, не смотря на свои «заблуждения». Современные философы, шельмуя, говорят, что «все они, по-своему правы». Только тогда возникает казус, если все они правы, значит ни одно из известных религиозных учений, не является истинным. Ну а если, говорить прямо, все они «немножко врут»… Зачем верить в ложь?

– Так уж и врут?.. – возразил охотник.

Но Старик будто не замечая вопроса, продолжил дальше:

– Кроме того, эти учения строятся не на понимании и изучении процессов, предметов и явлений, а на тупом поклонении и безоговорочной вере в каждое их произнесенное слово. А это наталкивает на мысль, что кто-то с какой-то целью хочет навязать свое видение мира. А навязав это видение управлять сознанием, внятно не объясняя, зачем это ему нужно. Во-о-от!

Старик встал и заложив руки за спину, прошёлся по гроту, продолжая рассуждать:

– Это для размышления! А, что касается ЯВИ, то, чтобы было понятно скажу так. Все окружающее нас пространство, насколько мы можем его осознать, и бытие в нем, как таковое – то есть жизнь… во всех ее ипостасях, состоит из трех основных неотделимых, дополняющих друг друга, составляющих: видимой нами ЯВИ и невидимых нами НАВИ и ПРАВИ. Или, как говорили предки, пространство состоит из трех миров: мира Яви – плотной материи, где мы живем в своем земном воплощении; мира Нави – менее плотной материи, где мы живем и развиваемся до, и после своей земной жизни, и мира Прави – мира более чистой и совершенной материи, по сути, являющейся энергией. В Прави живут сущности, достигшие уровня развития гораздо большего, чем сущности мира Яви и Нави. Первые два мира живут и существуют благодаря связующей силе энергии этих существ.

Светослав спросил с усмешкой:

– То есть… Боги!

Старик на секунду задумался, потом ответил:

– Для людей любое явление, которое они не могут объяснить – чудо, а сущность его явившая – БОГ. Поэтому богами для них будут не только сущности мира Прави, но и сущности мира Нави, достигшие определенного уровня развития и имеющие возможности гораздо большие, чем смертные. Самое смешное и, увы, печальное – это то, что горе-проповедники всех мастей, не дай им…. «бог» увидеть, кого-нибудь из вышеназванных или их деяния, кричат о явившемся им чуде, знамении, явлении апостолов, пророков, ангелов, архангелов и т. п., которых нужно бояться, им поклоняться, падать ниц, и не сметь приближаться.

Обитатель грота вновь сел на своё место и размеренно продолжил:

– Можешь называть их богами, суть их от этого не изменится. Изменится, только твое понимание происходящего, если ты ошибешься в своих представлениях. Те, кого сейчас называют богами, когда-то, очень давно, были такими же людьми, как и мы. Но развиваясь дальше, они обрели новое качественное свое состояние и стали сущностями, стоящими выше нас на эволюционной лестнице. Боги – это наши предки. Богов нужно не бояться, а быть достойными их. Познавать их совершенство, развиваться, стремиться к их уровню. Нужно стремиться стать богом, достичь уровня бога. Только при таком, понимании жизнь приобретает смысл, и ответ на вопрос «В чем смысл жизни?», становится очевидным.

Светослав смотрел на старика, не зная, что сказать, потом не торопясь заметил:

– Да ты философ. Философ, который верит в каких-то своих богов!

– Про богов или бога я не упоминал, пока ты не закрепил сказанное мною одним этим словом. На будущее… давай договоримся так… Чтобы нам понимать друг друга… нужно научиться не упрощать, сказанное собеседником до примитивного, сконцентрировав в одно слово, а стараться проникнуть в суть… почувствовать смысл сказанного. Только при таких условиях беседа возможна.

– Договорились, – ответил охотник.

– Я не покланяюсь, – продолжил старик, – различным дяденькам в белых ли они одеждах, или в одеждах любых других цветов. Живущих… на небесах или где-то в другом, достойном месте. Я вообще никому не поклоняюсь. Для меня слово «поклонение» довольно неприятно, от него пахнет неспособностью мыслить самостоятельно, примитивностью мышления, чьим-то чужим желанием завладеть мною, подчинить меня себе. Коль уж зашел разговор на эту тему, хочу, чтобы ты услышал мое отношение к вещам подобного рода. Мне не интересна ни одна из существующих религий в плане, прочитать их книжку и стать фанатичным последователем всего написанного. Написано, значит списано с чего-то и кем-то, то есть, написанное является отражением какого-то первоисточника, а значит возникает вопрос: а сколько в этом отражении субъективного?.. От того человека, что писал сей труд?.. И если есть первоисточник, то зачем нужна упрощенная модель?

– И что это за первоисточник?

– Природа мой друг, природа! Она первична по отношению к любой религии. Природа не в смысле «из душной квартиры пойти в лес погулять», а в широком смысле этого слова: дерево, роща, лес, планета, солнечная система, галактика, Вселенная. Это все единый, неделимый организм. Его множественность и многообразие образуют единое пространство, крохотной частью, которого мы являемся. Но частью неотделимой. И вся эта природа-Явь… видимая часть… сплетена с невидимыми – Навью и Правью. Многие заблуждаются думая, что эти миры существуют раздельно друг от друга. На самом деле они вплетены друг в друга и существуют в одном пространстве одновременно.

Старик замолчал, будто подбирая нужное слово, потом продолжил:

– Печально видеть порой, что в большинстве своем люди относятся к природе, как к красивой книге. Но недостаточно видеть или иметь красивую книгу, важно уметь ее читать, а еще важнее научиться, понимать прочитанное и правильно использовать полученную мудрость.

– Хорошо! – не унимался охотник. – Тогда такой вопрос. Ты сказал, что Боги были такими же людьми, как и мы?

– Да… Такими-же! Или очень похожими на нас… Дело в том, что на разных планетах пригодных для жизни материального тела…

Старик резко прервался, и пристально посмотрел в глаза Светослава:

– Слишком много информации для тебя сразу, ты способный парень, но давай торопиться не будем. Подумай над тем, что я тебе уже рассказал, а когда переваришь, я отвечу на твой вопрос.

***

Убаюканный воспоминаниями и усталостью от дневного перехода, Светослав уснул. Он был спокоен за свой сон. Страж его безопасности, его верный пес по кличке Друг, свернувшись клубком, лежал рядом, грея хозяину бок.

Уставший пёс дремал, положив голову на лапы, но не спал. Время от времени он открывал глаза и с прищуром смотрел поверх костра в темноту. Иногда чуть приподнимал голову, обрубками своих ушей водил в разные стороны, ловя неразличимые человеческим ухом звуки. Пес хорошо знал эту местность, каждый пойманный звук он привязывал к карте, сложившейся в его сознании. Друг четко определял, где находится источник звука, на каком расстоянии и кем он произведен.

Жизнь с человеком, сон которого пес сейчас охранял, давно распределила роли между ними. Без напоминаний он делал то, что должен делать, то, что его хозяину не под силу или находилось за гранью его возможностей. Друг давно, еще с вечера, когда они подходили к стоянке, почувствовал присутствие четырех волков.

Они были далеко, за пределами безопасного расстояния. Не приближались, но и никуда не уходили. Наблюдали за пришлыми, на всякий случай.