Ива Лебедева – Второй шанс для сгоревшего феникса. Том 1 (страница 32)

Тем более что сейчас никто не посмеет отобрать у меня свежую плюшку перед сном. Так что долой приличное платье, зато ура костюму для верховой езды — он состоит из весьма удобных штанов и рубашки!

— Куда? — мрачно спросил Ялис, появившись в проеме двери, соединяющей наши спальни.

— Хм? — Он меня допрашивает? — Шпионить. А что?

— Кто же так шпионит? — фыркнул он. — Идем, покажу интересное.

Отказываться я не стала и прошла в его спальню. Ялис разулся и забрался в кровать как был, в домашней одежде, приглашающе похлопал по покрывалу рядом с собой и даже заботливо поправил подушку, чтобы было удобно опереться спиной.

По-прежнему не понимая, к чему он ведет, я скинула обувь, подошла вплотную. Ялис вопросительно поднял бровь. Вид у него был самый невинный.

Заинтриговал, паршивец.

Я устроилась к нему под бок.

— А как надо шпионить?

— С комфортом, чаем и пирожными. — Он отодвинул полог и переставил сервированный поднос с прикроватной тумбочки на матрас.

— Продолжай, — попросила я.

Ялис щелкнул пальцами, отчего свет в спальне стал приглушенным. Лежащие напротив кровати кристаллы тихо зазвенели, и перед нами вдруг развернулась живая картина, словно мы наблюдали за происходящим в библиотеке через окно.

— В деловых кругах меня считали дурным малолеткой, у которого нет ничего, кроме отцовских долгов. Партнерство с твоим дядей было чуть ли не единственным шансом для меня, и я ценил наши отношения, ценил дружбу, был благодарен, что Бойд поверил в меня, подписал контракт.

В библиотеке пока еще не происходило ничего интересного: Арчи мерил шагами длину книжного шкафа, дядя сидел за столом и один за другим методично ломал карандаши, а Жюли еще не явилась.

— Дядя умеет произвести достойное впечатление и передал талант своим детям.

— Я считал его другом. Была и более прозаичная причина отказаться от… спорных методов получения новостей. Если бы Бойд только заподозрил меня, я бы лишился всего. Хуже всего, что я лишился бы репутации.

— Ты решил рассказать, почему вел себя как наивная ромашка? — фыркнула я, хватая корзинку с фруктовым желе на подушке из белоснежных взбитых сливок.

Картинка над кристаллами меж тем изменилась. Дверь в библиотеку открылась. Зевая, вошла Жюли.

— Папочка, к чему такая срочность? Эта идиотка уже и так нагадила везде, где могла. Что мы можем изменить на ночь глядя? Вытащить проходимца из ее постели?

Я почувствовала, как рядом напрягся мой сообщник по подглядыванию. Ну да, одно дело — подозревать хороших знакомых и даже друзей в неприязни и предательстве, и совсем другое — вот так с ходу услышать, что они о тебе думают.

— Не переживай, дорогой, — шепнула я, чуть наклонившись к собеседнику и довольно успешно отвлекая его этим от шока. — Сейчас еще и не такое услышишь. Если ты в их устах всего лишь проходимец, то ко мне они будут гораздо жестче настроены.

— Не болтай чушь, — меж тем резко оборвал дочь дядя Бойд. — Это ты прежде всего не справилась с элементарным заданием!

— А? — пискнула Жюли и заморгала.

— Ты должна была ее контролировать! А ты что?! Почему позволила ей творить черт знает что и даже выйти замуж?!

Дядя грохнул кулаком по столешнице.

Жюли вздрогнула, пустила слезу.

— Хорошо притворяется, — одобрила я.

Дядя махнул рукой, задумчиво потер подбородок и со вздохом озвучил:

— По-хорошему не получается.

— Никак не получается, — буркнул Арчи. — Может, сообщить этому Фарроу, что главный подозреваемый женился на жертве не иначе как с целью уйти от правосудия? Вдруг повезет и его обратно закроют?

— Не мели чушь! — ругнулся дядя. — Не надо его никуда сдавать, его надо использовать по назначению.

— Папочка, ты что-то придумал? — Жюли в мгновение уловила перемены в отцовском настроении.

— Жалко терять ее огонь, — дядя снова принялся скрести подбородок, — но на кону фабрика, наш дом, прочие активы. Полагаю, надо посмотреть в лицо реальности и спасать то, что у нас есть, а не пытаться забрать все, хотя жаль, очень жаль.

— Па… — нахмурился Арчи.

— Ялис пытался отравить Арисоль, у него не вышло, и тогда он женился на ней, чтобы подобраться ближе и повторить покушение. Надо действовать быстро, подготовить неоспоримые доказательства его вины, хотя… Потеря контроля над магией даже лучше. Идеальным считаю вариант, когда они оба сгорят в своих Огненных покоях дотла. Ради такого я даже готов потратиться на капитальный ремонт.

— Сжечь, — кивнула Жюли.

— Сжечь обоих, — яростно прошипел Арчи. — Обоих.

Глава 44

Вот так просто. Наверное, не будь у меня больше десяти лет жизни рядом с монстрами, снявшими маски, я была бы в шоке. Вот как сейчас Ялис.

Он сидел рядом со мной и едва зубами не скрипел. Сверлил видение над кристаллами яростными синими глазищами и время от времени прикусывал нижнюю губу почти до крови. По-моему, еще немного — и он зарычал бы, как очень злой кот.

А у меня хватало времени и самообладания и дорогих родственников созерцать, и за ним следить. Во-первых, надо ловить момент, и если его подорвет бить морды прямо сейчас — затормозить эту петарду на взлете. Во-вторых… его лицо — гораздо более приятное зрелище, чем мерзкие физиономии дяди и кузенов. На них я и так успела налюбоваться из инвалидного кресла.

Ялис потянулся, чтобы убрать с кровати поднос, но я поймала его за руку:

— Я еще не все пирожные попробовала.

— Ты сейчас можешь думать о пирожных? — хрипло спросил он. И снова взгляд, полный изумления, будто у меня вторая голова вдруг выросла.

— Вкусно же! Ты попробуй. — Я подхватила слоеную трубочку с кремом и поднесла к его губам. — Ну же!

По-моему, сработала клятва — Ялис клацнул зубами.

Я откусила от той же трубочки.

Повисла тишина.

Ялис рвано выдохнул, покосился на меня чуть ли не с обидой, прожевал, сглотнул.

— Ари…

— Производить впечатление они умеют, — повторила я. — Ловко ты. Запись можно будет представить в суде в качестве дополнительного доказательства?

— Нельзя. Артефакт самодельный. Я не докажу, что это именно запись, а не иллюзия. Ари, зачем?

— Что «зачем»?

— Ты имеешь полное право спросить с них за все. Я поддерживаю тебя. Но зачем играть в эти игры? Зачем рисковать?

— Затем… — я позволила всей той боли, что копилась годами, всей моей ярости и ненависти отразиться в глазах и улыбке, — что я не намерена их отпускать. Понимаешь? Это. Моя. Добыча.

Ялис моргнул. Облизнул пересохшие губы. И сердито фыркнул:

— Тоже мне… хищная людоедка нашлась. Я понимаю твое желание их поубивать к чертям, но это не женское дело, и…

— Ялис, — обманчиво мягко промурлыкала я. — Тебе не кажется…

— Эта шлюха могла устроить фарс, как думаете? — Поскольку артефактные кристаллы все еще работали, мы услышали фразу, которую произнес кузен Арчи, причем произнес злее и громче прежнего. — Надо проследить, где ночует Иглори!

Ялис дернулся, будто ему по лицу прилетела хлесткая пощечина. Он развернулся к кристаллам всем корпусом, и я поняла, что он готов прямо сейчас без суда и следствия пойти и уничтожить Бойда, Арчи. Разве что тронуть Жюли воспитание не позволит. А потом обратится к лейтенанту Фарроу, сознается в двойном убийстве и отправится на каторгу. С ума сошел.

Ухватив Ялиса за запястье, я потянула его на себя, но он легко стряхнул мои пальцы, поднялся.

Я могла бы остановить его, дернув за поводок.

— У тебя есть брат и бабушка, — тихо напомнила я. — Немедленная расправа стоит их боли?

Ялис снова дернулся. А затем обмяк, почти упал на кровать.

— Давай уедем? — предложил он с безнадегой в голосе.