Иулия Максимова – Глупышка для тирана (страница 6)
Сквозь пелену слез я увидела, где валяется сумка. Попыталась встать, сделать шаг… еще один… и рухнула на пол. Новый удар головой, мир поплыл, цвета смешались. Немного полежав, я снова попыталась добраться до сумки, где лежал телефон. После неимоверных усилий, наконец, дотянулась.
Достав телефон, я тут же набрала номер напарницы.
– Алло! – прозвучал сонный голос Эли на том конце.
– Элечка, родная! Умоляю, выручай! Выйди, пожалуйста, за меня сегодня. Мне ужасно плохо. Голова раскалывается, тошнит, еще и головой ударилась. Кажется, сотрясение, – пролепетала я жалобно, адресуя всё это сонной сменщице.
– Что с тобой случилось-то? – пробормотала она, еще не до конца проснувшись.
– Элечка, выручи! В долгу не останусь! Клянусь тебе!
– Ладно, ладно. Только начальству сообщи, – ответила она хрипловатым голосом.
– Спасибо, золотце! – воскликнула я и тут же сбросила вызов.
Быстро набросала сообщение: «Любовь Геннадьевна, доброе утро! У меня ЧП, не смогу выйти сегодня. Эля меня подменит, мы с ней договорились. Можно взять пару выходных?».
Ответ пришел молниеносно: «Привет. Даю три дня. Разгребай свои завалы и возвращайся».
Еле добравшись обратно до кровати, я снова камнем провалилась в объятия Морфея.
В сладком сне Кирюша одарил меня нежной улыбкой, что-то лепетал, приподнялся на крохотных ножках и, неуверенно покачиваясь, пошел ко мне, протягивая навстречу свои крошечные ладошки. И вдруг – шмяк! – неуклюже приземлился на попу и залился громким плачем, от которого я резко проснулась. В ту же секунду зазвонил мобильный. На дисплее высветилось: «Мама».
– Ну и что он на этот раз ей нашептал? Опять я во всем виновата? – прошептала я в пустоту комнаты и, собравшись с духом, все же нажала кнопку ответа.
– Что у вас там опять с Михаилом стряслось? – прогремел в трубке голос матери, едва она успела приложить телефон к уху.
– И тебе здравствуй, мама, – пробормотала я, пытаясь уклонится от не именуемой бури.
– Даже не пытайся увиливать! Михаил звонил сегодня, просил с тобой поговорить. Ничего толком не объяснил, но я сразу поняла: ты опять что-то натворила. Что тебе на месте не сидится? Зачем ты на развод подала? Совсем с ума сошла! Кому ты такая нужна будешь, беспутная? Да еще и ребенка родить не можешь! Бегом забирай заявление и проси прощения у Мишеньки! Минет сделай, может, подобреет. Авось и простит, – отчеканила мать каждое слово, словно репетировала речь в защиту своего зятя.
– Мама! А тебе не интересно, как у меня дела? Как я живу, где я вообще? Что со мной происходит? И что натворил твой обожаемый зять? Не хочешь узнать? – голос мой сорвался на крик, не выдержав поток материнских обвинений.
– Сейчас не об этом речь. – отрезала она – Я тебе все сказала. Не хочешь потерять все, что у тебя есть, – немедленно проси прощения у Мишеньки! Разведетесь – домой не пущу. Выживай как знаешь, – и мать бросила трубку.
– Да гари оно все синим пламенем…– вырвалась у меня сквозь стиснутые зубы. – Кому и что я пытаюсь доказать?! – голова за пульсировала словно обручем сдавило, отзываясь на бурю чувств, разбушевавшуюся внутри.
И снова телефон взорвался трелью звонка, высвечивая на дисплее имя: «Алена».
– Привет! – прошептала я, стараясь придать голосу хоть немного бодрости.
– Привет, Анют! Как ты там? Совсем пропала! Я тебе пишу, а ты молчишь… Заволновалась, вот и решила узнать, что с тобой, – прозвучал в трубке немного взволнованный голос Алены.
– Времени совсем не было, да и… – я запнулась, не зная, стоит ли делиться тем, что со мной происходит. Скорее всего, это только выставит меня в глупом свете.
– И что же там у тебя случилось? Может, я могу чем-то помочь? – с искренним участием спросила она.
– У тебя сегодня найдется время? Не могла бы ты ко мне приехать? – робко спросила я, надеясь на положительный ответ.
– Конечно, говори адрес. Буду у тебя через час. Заодно и все расскажешь.
– Сейчас пришлю в мессенджере. Спасибо, Ален! И, если можешь, купи по дороге обезболивающее, пожалуйста.
– Хорошо. Жду адрес. Скоро буду. – и Алена положила трубку.
Глава 13
Едва стрелка часов отсчитала полчаса после смс Алене с адресом, тишину разорвал пронзительный звонок.
С трудом поднявшись с кровати, я побрела к двери. В этот раз ноги, словно чужие, все же удержали меня от падения, и я, еле передвигая их, добралась до спасительной ручки. Заглянув в глазок, увидела Алену. Она стояла на пороге с пакетом в руках и нервно притоптывала босоножкой, словно отбивая чечетку нетерпения. Распахнув дверь, я встретилась с ее обеспокоенным взглядом.
– Ну и видок у тебя, Анют! – выпалила она, не церемонясь.
– Согласна, – хрипло подтвердила я, – Проходи! Будь как дома, – махнула я рукой в сторону квартиры, приглашая ее войти.
Алена ахнула, окинув взглядом царящий вокруг хаос: – Что здесь происходило? Как будто Мамай прошел!
– Это моих рук дело. Так что не переживай, – с грустью усмехнулась я.
Алена, скинув туфли, проскользнула на кухню, а я, закрыв за ней дверь, побрела обратно к кровати, волоча ноги, словно к ней привязали гири. Мир перед глазами расплывался медленной, тягучей акварелью.
– Давай помогу! – Алена подлетела ко мне и, подхватив под руку, бережно довела до кровати, усадила. – Ты ложись, отдыхай. А я тут немного похозяйничаю, если позволишь.
– С удовольствием… Все в твоем распоряжении. У меня даже сил нет спорить.
– Лекарство я купила, конечно… Но объясни, зачем? Может, обойдемся чем-то другим? – Алена мягко улыбнулась, но в глазах читалось беспокойство.
– Головой ударилась… Возможно, сотрясение, – пробормотала я, отводя взгляд.
– Это твоего бывшего рук дело? Этот мерзавец приложился? Да? Ах ты ж гад! Ну ничего, мы еще с ним поквитаемся, – в глазах Алены сначала вспыхнуло недовольство, а затем и вовсе промелькнула угроза. – Я на кухню. Сейчас сварганю тебе бульончик и еще чего-нибудь эдакого, если найду из чего. Не скучай! – и она, энергично развернувшись, упорхнула на кухню.
Не было нужды объяснять Алене, что со мной произошло – она и без слов, казалось, обо всем догадалась, или, скорее, представила себе нечто гораздо более ужасное, чем просто рукоприкладство, хоть и оно имело место. Пока я лежала, поглощенная мрачными мыслями о собственной никчемности, с кухни доносился восхитительный аромат, заставлявший забыть обо всем. Я приоткрыла глаза и жадно вдохнула этот манящий запах. Желудок тут же отозвался голодным урчанием, напоминая о вчерашнем скудном обеде. Невольно, словно ведомая невидимой нитью, я поплелась на этот чудесный аромат.
– Какой восхитительный аромат! – прошептала я, предвкушая, как утолю голод, готовая слопать что угодно, лишь бы поскорее насытиться.
– Курочка в панировке и картошечка. К сожалению, в твоем холодильнике больше ничего не нашлось, – Алена обвела взглядом полупустой холодильник.
– Вполне ожидаемо, я давно не выбиралась в магазин. Перебивалась случайными объедками, тем, что оставалось на донышке.
– Присаживайся, чайник уже свистит вовсю. Как ты себя чувствуешь? Голова не идет кругом? – Алена достала тарелку и щедро наполнила ее едой.
– Немного кружится. Надеюсь, к утру станет лучше, – я отщипнула кусочек курочки и отправила в рот.
– Ой, совсем забыла про вилку! Вот ведь растяпа, – Алена легонько хлопнула себя по лбу и протянула мне вилку из ящика стола.
– Спасибо тебе, Аленушка! Спасибо, что приехала, – пробормотала я, опуская взгляд.
– На то и существуют друзья, чтобы вместе преодолевать любые невзгоды и поддерживать друг друга, – Алена нежно погладила меня по плечу. – Вместе мы все выдержим!
Алена взяла тарелку, наполнила ее едой и присела, напротив. Некоторое время они сидели молча, словно избегая смотреть друг другу в глаза. Тишину первой нарушила Алена:
– Знаю, это не совсем мое дело, но тебе нужно выговориться. Поверь, станет легче. А вдруг мы вместе найдем выход? Не обязательно рассказывать все по порядку. Начни с того, о чем язык сам просится рассказать, что больше всего гложет душу.
От ее слов в горле образовался ком, во рту пересохло. Воспоминания вихрем закружились в голове: предательство мужа, гибель сына, вчерашний кошмар… Слезы, предательски блеснув в глазах, потекли по щекам, обжигая их.
– Я не знаю, с чего начать… – слова сорвались с губ еле слышным шепотом. – Это началось так давно, словно снежный ком покатился с горы, набирая обороты… Вчера я подала на развод – голос дрогнул. – Как он узнал так быстро? Ума не приложу. Заявление еще даже не рассмотрено, только поступило в ЗАГС… – в горле пересохло, воспоминания душили. – Он пришел вечером… Сначала была ссора, обычная перебранка… А потом… будто безумие затмило его разум. – я замолчала, захлебываясь в потоке собственных воспоминаний, в той жестокости, что обрушилась на меня, в ужасе происходящего.
– Тише, тише… – проворковала Алена, накрывая мою руку своей. – Знаешь, что? А я не с пустыми руками! – с этими словами она извлекла из-под стола шуршащий пакет и водрузила его на стол. – Угадай, что это? Лучший друг в любой ситуации! – она лукаво подмигнула, и ее голос зазвенел весельем. – Винишко! – торжественно провозгласила она, извлекая из пакета бутылку.