Исуна Хасэкура – Волчица и пряности. Том V (страница 36)

Их перепалка была такой же увлекательной, как и всегда.

Действие 4

На следующий день после полудня они сообщили Арольду, что идут к Риголо. Вряд ли решение Совета было бы объявлено именно в минуту их отсутствия, но всё же такая вероятность существовала. Арольд молча кивнул, заворожённо глядя на пляску огня.

Они вышли в город и свернули на узкую улочку, по которой шли в прошлый раз. Сейчас на ней было гораздо меньше луж, и говорили они намного меньше.

Холо знала условия сделки, но снова и снова расспрашивала Лоуренса о подробностях, чтобы сложить полную картину у себя в голове.

— Похоже, всё в порядке, — уже не в первый раз произнесла она.

На месте огромной лужи, где Лоуренс подавал руку Холо, теперь зияла огромная дыра, видимо вырытая какими-то озорными мальчишками. Так как уровень земли стал ниже, в ямке скопилась вода и опять образовалась лужа. Поэтому Лоуренс протянул руку Холо, как и в прошлый раз, и она приняла его помощь.

— Все идёт хорошо, но что-то меня гложет.

— Ты уже много раз обжигался, — сказала Холо, и Лоуренс улыбнулся.

Может быть, его тревожила баснословная прибыль, которая маячила за сделкой. Он не считал, что Эйб готовит ему ловушку: это не так-то просто сделать. Торговка просто хочет получить заём, купить товар и продать его. Если покупка и продажа пройдут хорошо, то всё будет в порядке.

Если Эйб пытается устроить западню, например планирует ограбить его по дороге, то она не стала бы предлагать воспользоваться водным путём для перевозки груза.

Река более важный торговый путь, чем дорога. По ней снуёт много лодок, и ограбить на ней так, чтобы никто этого не заметил, практически невозможно.

И в самом деле, беспокоиться не о чем.

— Так сколько дадут за моё тело?

— Около двух тысяч.

Вообще-то, около двух тысяч давали за имя Боланд, а не за тело Холо.

— Ого! Интересно, сколько на эти деньги можно купить вина?

— Столько, что даже представить трудно, причём самого лучшего.

— И ты получишь такую огромную прибыль на этом деле…

Холо намекала, что надо с ней поделиться, и Лоуренс так и собирался сделать.

— Я куплю тебе столько вина, сколько ты пожелаешь.

— Хо-хо, ну тогда… — начала было Холо, но резко замолчала.

Она немного замялась, и Лоуренс в ту же секунду догадался, что она хотела сказать.

Тогда она хочет столько вина, чтобы пить, не просыхая, всю оставшуюся жизнь. Но это совершенно нереальное желание.

— Тогда… я хочу столько вина, чтобы меня стошнило прежде, чем я напьюсь, — произнесла Мудрая Волчица.

Бродячий торговец Лоуренс не мог упустить такую возможность.

— Ты что, проиграла в том пьяном состязании?

— Угу… Но это вполне понятно. Сам подумай. Моя соперница была, конечно, не настолько красива, как я, но всё же довольно симпатичной. Когда она влила в себя столько вина, что её лицо опухло и покраснело, я подумала, что и я, гордая Мудрая Волчица, буду выглядеть так же отвратительно, и тогда меня вырвало.

Лоуренс рассмеялся, услышав оправдания Холо, ведь, независимо от исхода, во время состязания наверняка обе девушки выглядели ужасно.

Холо скрестила руки на груди и состроила кислую мину. Она вела себя немного по-хулигански. Было бы весело, если бы это изначально было шуточным разговором.

— И всё-таки ты любишь вино, несмотря на печальный опыт, — подколол её Лоуренс.

— Ты редкостный болван, — парировала Холо.

Риголо не оказалось дома.

Им открыла Мельта, одетая, как всегда, в монашеское одеяние.

— Как вы быстро читаете! У меня даже на коротенькую легенду уходит около месяца.

Она сказала так не из скромности, а скорее из смущения, и это выглядело очень мило.

Несмотря на то что он так подумал, Холо его ни разу не пнула, пока Мельта брала ключ из ящика стола и вела их в дом.

— Господин Риголо сказал, что вы можете не стесняться и взять любую книгу, — произнесла Мельта и распахнула дверь в архив, держа свечу.

— Хочешь что-нибудь ещё почитать? — спросил Лоуренс у Холо, та неопределённо мотнула головой.

— Тогда, пожалуйста, проходите. Какой бы ценной ни была книга, судьба её печальна, если у неё нет читателя.

— Большое спасибо. — Лоуренс улыбнулся и склонил голову в знак благодарности.

Пожалуй, добросердечность Мельты была её природным качеством, а не результатом обращения в монахини.

— Книги, которые вы брали, переписал на современный язык дед Риголо, но более старые фолианты написаны древним языком, и их может быть трудно читать.

Холо кивнула в ответ на слова Мельты, взяла свечу и двинулась вдоль книжных полок. Лоуренс подумал, что на самом деле ей нечего там читать и она просто делает это, чтобы убить время. И танец на постоялом дворе она затеяла по той же причине.

Даже если они оба это понимали, это всё равно было хорошей идеей, ведь так они могли попробовать расстаться с улыбкой на устах. Но это не помогло.

— Извините…

— Да? — Мельта отвела взгляд от огонька Холо и повернулась к Лоуренсу.

— Это очень наглая просьба с моей стороны, но не могли бы вы показать мне сад Риголо?

Лоуренс испугался, что его мысли становятся такими же мрачными, как атмосфера книжного архива.

Мельту ни капли не удивила такая просьба, она тепло улыбнулась и сказала:

— Я думаю, цветы в саду будут рады вас увидеть.

— Холо! — позвал Лоуренс, и Холо выглянула из-за книжной полки. — Будь осторожна с книгами.

— Я знаю.

Мельта кротко рассмеялась:

— Всё в порядке. Господин Риголо гораздо хуже с ними обращается.

Лоуренс подозревал, что так оно и было, но всё же должен был предупредить Холо.

Вместе с Мельтой они вернулись на первый этаж. Он надеялся, что его мрачные мысли рассеются, когда он увидит прекрасный сад.

— Хотите что-нибудь выпить?

— Нет, благодарю вас.

Мельта поклонилась и тихо вышла из комнаты. Кажется, она пропустила его слова мимо ушей.

Если бы Лоуренс пришёл сюда по торговым делам, он не преминул бы воспользоваться её любезностью, но сейчас визит был только в их с Холо интересах, и ему не хотелось доставлять ещё большие неудобства хозяевам. Всё же он был торговцем и всегда мыслил категориями «мне — тебе».

Однако один из постулатов Церкви гласит: «Поделись с ближним своим».

— Уф, ну всё, — отмахнулся Лоуренс от рассуждений и обратил взор на сад Риголо.

Лоуренс слышал, что прозрачное стекло очень трудно производить. И дело не только в высокой стоимости: при изготовлении оконных стёкол возникали различные трудности.