Исуна Хасэкура – Волчица и пряности. Том V (страница 20)

Может, ей кошмар приснился? Через некоторое время она вновь открыла глаза, на её лице лежала тень стыда, как будто она выболтала лишнее.

— Чего тебе бояться? — сказал Лоуренс нарочито бодро, и ему на секунду показалось, что Холо с облегчением улыбнулась.

— Сейчас ведь всё хорошо. Мы достали книги. Не ввязались ни в какие неурядицы. Дорога на север не занесена. Что ещё? — Он задумчиво приподнял её руку и сразу же опустил. — А ещё мы не поссорились.

На Холо это вроде подействовало.

Она рассмеялась, опять закрыла глаза и выдохнула:

— Дурак…

Она выдернула свою руку из руки Лоуренса и убрала её под одеяло. Холо боялась лишь одного. Одиночества. Раз так, то она боялась, что их путешествие подойдёт к концу? Как и Лоуренс, она переживала, что всё пройдёт гладко и быстро закончится.

Но по её лицу этого не скажешь.

Холо долго пролежала с закрытыми глазами. Лоуренс уже решил, что она заснула, но в ту же секунду уши Холо задрожали, и она приподняла голову, будто в ожидании чего-то.

— Я ведь боюсь… — начала было Холо и сникла.

Лоуренс протянул к ней руку, чтобы погладить её по голове.

— Я боюсь… Ну, этого.

— Чего?

— Не понял, что ли? — Холо открыла глаза и уставилась на Лоуренса.

В её глазах было не презрение, не гнев, не разочарование, а тоска.

Она действительно боялась. Но Лоуренс никак не мог взять в толк, чего именно.

— Нет… Но, может быть, конца путешествия? — Лоуренс собрался с духом и наконец осмелился предположить.

Лицо Холо просветлело.

— Да, и этого тоже. Так весело я уже давно не проводила время… Но есть и более страшная вещь.

Мыслями Холо витала далеко отсюда.

— Ну и хорошо, что не понимаешь… Нет!

Она снова вытащила руку из-под одеяла и схватила руку Лоуренса, лежавшую на её голове.

— Гораздо хуже, если ты догадаешься. — Она чему-то рассмеялась и закрыла лицо руками.

Странно, но Лоуренс не чувствовал, что она от него закрылась. Скорее наоборот.

Холо полностью укрылась одеялом и свернулась калачиком, намереваясь заснуть, но на секунду высунула голову:

— Я не возражаю, если ты пойдёшь вниз. Ревновать не буду.

То ли она заметила жест Эйб, то ли просто дурачила Лоуренса. Тем не менее она обо всём догадалась.

Лоуренс слегка похлопал её по голове:

— Похоже, я испытываю слабость к ревнивым и презирающим себя за это девушкам.

Холо рассмеялась, обнажив клыки.

— Ну, я спать. — И скрылась под одеялом.

Так чего же боится Холо? Он так и не понял. Но что бы это ни было, ему хотелось её избавить от этого страха.

Его ладонь ещё хранила тепло волос Холо, и он сжал руку в кулак, чтобы не потерять это ощущение как можно дольше. Ему хотелось остаться рядом с ней, но нужно было поблагодарить Эйб за то, что она свела их с Риголо.

Она торговка и могла покинуть город в любой момент, если того потребуют обстоятельства, а ему не хотелось, чтобы его считали человеком, который занят своей спутницей настолько, что не может найти время для благодарности.

Холо проснётся и вновь запустит в него свои когти, поэтому идти надо сейчас. В конце концов, он и сам торговец уже почти половину своей жизни.

— Надо спуститься вниз, — прошептал он, будто оправдываясь.

Лоуренс был абсолютно прав, когда говорил девушке из кабака, что завязками кошелька правил он, но его собственные вожжи были прихвачены крепко, и, что ещё досаднее, для Холо это было ясно как божий день.

Он и вправду страшился конца их путешествия.

Но чего боится Холо?..

Лоуренс запутался, словно мальчишка.

На втором этаже трое постояльцев тихо потягивали вино. Один по виду был торговец, двое других походили на бродячих ремесленников. Были бы все трое торговцами, они бы не пили в такой тишине, так что Лоуренс вряд ли ошибался.

Арольд и Эйб по-прежнему сидели на первом этаже. Они не поменяли своих поз и смотрели в разные стороны. У Лоуренса создалась иллюзия, будто время остановилось на период его отсутствия.

— Ведьма чихнула, что ли?

Существовало суеверие, что, когда ведьма чихает, останавливается время.

Арольд лишь слегка разлепил веки и бросил короткий взгляд на Лоуренса.

Если бы Эйб не рассмеялась, он бы решил, что сказал что-то не то.

— Я торговка, старик — нет. Особо не поговоришь.

В комнате не было ничего похожего на стул, так что Эйб жестом указала ему на деревянный ящик.

— Благодаря тебе я смог встретиться с Риголо. Он и впрямь мрачный тип.

Когда Лоуренс сел, Арольд налил подогретого вина в чашку и передал её Лоуренсу. И это Арольд, который даже ради родной любимой дочери-то не шелохнулся бы.

— Хах, да, у него меланхоличная натура.

— И выдающиеся способности, я ему даже завидую.

— Заметил? — Эйб улыбнулась. — Ты понравился Риголо. Если его уговорить помочь с торговлей, можно было бы разорить кого угодно до нитки.

— Жаль только, что у него нет к этому интереса.

Подобные вещи для Риголо действительно были безразличны.

— Конечно, у него в особняке есть всё, что ему нужно для счастья. Видел его сад?

— Это потрясающе! Никогда не видел таких больших окон.

Эйб сидела с опущенной головой, но на этот типичный для торговца ответ вскинула подбородок и рассмеялась:

— Я бы там жить не смогла. Там и свихнуться недолго.

Лоуренс мог её понять, хоть сам и не испытывал такого чувства. Торговцы думают о деньгах так же часто, как дышат.

— Что-нибудь узнал о Совете?

Глаза Эйб сверкнули из-под капюшона. Арольд бросил на неё полный недовольства взгляд и отвернулся. Лоуренс улыбался, но за широкой улыбкой скрывался интерес торговца. Вполне возможно, что она познакомила его с Риголо только для этой цели.

— Похоже, Совет принял решение.

Конечно, Эйб не может быть уверена точно, правду он говорит или нет. Это если исходить из предположения, что у неё нет других источников информации. А вот если есть, то эти слова дали ей пищу для размышлений.

— И что они решили?