Исуна Хасэкура – Волчица и пряности. Том 6 (страница 8)
– Бедняжка…
Лодки на реке уже выстроились в очередь. Подзадержавшиеся стражи лихорадочно собирали деньги и начисто забыли про мальчика. Как и говорила Хоро, мальчик выглядел совершенно нищим. Но если бы он думал головой, то не дал бы себя обвести вокруг пальца.
– Возможно, это будет ему хорошим уроком.
При этих словах Лоуренса взгляд Хоро перешел с мальчика на него.
– Надеюсь, ты не пытаешься мне намекнуть, что я бесчувственная скотина?
– И это говорит тот, кто молил о помощи всех подряд, когда его самого ослепила жадность.
От столь прямого заявления Лоуренс поежился; однако если он сейчас протянет мальчику руку помощи, это будет против его натуры торговца.
– Но я искал помощи своими собственными ногами.
– Хех.
– Я предпочел бы думать, что я не настолько злодей, чтобы отбросить руку того, кто просит о помощи. Но пытаться помочь тому, кто сам не пытается, – это не для торговца. Если этим заниматься, то остается только одеться в рясу и отправиться в церковь.
Хоро погрузилась в раздумья – видимо, несмотря на слова Лоуренса, она все равно сочувствовала бедному мальцу. В конце концов, она же помогала с урожаями деревне много столетий, не видя за это никакой благодарности… просто она такая. Видимо, помогать бедствующим в ее характере.
Но истина в том, что, раз начав такими делами заниматься, уже не остановишься. Людей, отягощенных заботами, в мире много, а богов так мало.
Лоуренс натянул одеяло на лицо и прошептал:
– Может, если он поднимется на ноги и начнет сам что-то делать, тогда…
Хоро, конечно, добрая, но она не может не видеть, как устроен этот мир. «Конечно же, она понимает мои намерения», – подумал Лоуренс.
Мальчика ему было жалко; но, взглянув в его сторону, он не поверил отнюдь не глазам, но ушам своим.
– Учитель! – прозвенел крик.
Все, кто здесь собрались, привыкли быть на рынке. Они могли даже посреди толпы определить, к кому обращен крик. Мальчик вскочил на ноги, не обращая внимания на попытки стражей его остановить. Он бежал вдоль причала, туда же, куда были обращены его слова.
К Лоуренсу.
– Учитель! Это я!
– Какого…
– Хвала Господу, как же замечательно, что я наконец-то вас нашел! Я уже беспокоился, потому что мне совсем нечего было есть, но наконец-то удача!
Несмотря на радостный тон, по лицу мальчика было видно, что он весь на нервах. Лоуренс вперил в него взгляд и принялся копаться в памяти, где хранил лица всех, кого встречал в прошлом. Да, он не ошибся: этого мальца он видел впервые в жизни.
Но одно Лоуренс понял: мальчик поставил на него все. Это же поняли и стражи, которые тут же прижали его к настилу причала древками копий.
– Ах ты щенок!
Причалы сборщиков пошлин – символ власти правителя. Если подобный фарс допускать, пострадает репутация герцога. В худшем случае мальчика просто утопят в реке; его синие глаза неотрывно смотрели на Лоуренса, точно говоря: «Если я сейчас проиграю – мне конец».
Лоуренс смотрел на мальчика, не отводя глаз. Он даже дышать забыл, пока Хоро не пихнула его в бок. Она не смотрела ни на него, ни на мальчика, но Лоуренс прекрасно понял ее мысль: «Надеюсь, ты не забыл, что сам сказал только что».
Мальчик поднялся на ноги и воззвал к нему о помощи.
– Как ты смеешь пачкать репутацию герцога Диджина?!
Очередь из лодок становилась все длиннее. Гнев стражей был вполне понятен: их самих накажут, если они не справятся со сбором пошлины. Такого они, естественно, допустить не могли. Один из стражей отвел от мальчика свое копье и занес ногу, чтобы пнуть его в живот.
– Остановитесь!
Лоуренс выкрикнул, когда страж уже начал наносить удар. Нога не успела остановиться вовремя, но, к счастью, лишь слегка пихнула свою жертву. Раздался возглас, похожий на лягушачье кваканье.
– Он
Страж кинул короткий взгляд на Лоуренса и отвел ногу. Но, похоже, истинное намерение Лоуренса он понял мгновенно. Бросая сердитые взгляды на Лоуренса и мальчика, остальные стражи отвели копья и разом вздохнули.
Игра мальчика была до боли очевидна.
«Добрый ты», – сказал Лоуренсу взгляд стража.
Глаза мальчика сияли от изумления. Похоже, он сам не мог поверить, что его лицедейство сработало, и несколько раз недоуменно моргнул. Впрочем, он тут же вскочил на ноги и впрыгнул в лодку Рагусы.
Рагуса, уплатив пошлину, уже завязывал тесемки своего кошеля, но застыл на месте, глядя на происходящее. В себя он пришел, когда мальчик был уже в лодке. Потом встретился взглядом с Лоуренсом и лишь после этого сумел закрыть рот.
– Много вас тут скопилось! Давайте, давайте! – пролаял страж и взмахом руки позволил Рагусе и его лодке отправиться дальше. Конечно, они были рады избавиться от мальчика, но теперь им действительно придется иметь дело с довольно длинной очередью. Рагуса, глядя на Лоуренса, пожал плечами, затем запрыгнул в лодку и взял весло. Если только ему заплатят, вряд ли он будет жаловаться.
Мальчик, должно быть, совсем вымотался, а может, перепугался до смерти; едва добравшись до носовой части лодки, он свалился без чувств. Хоро недовольно посмотрела на Лоуренса.
– Раз дошло до такого, ничего не попишешь.
При этих словах Лоуренса Хоро наконец улыбнулась и, выбравшись из одеяла, положила руку на свалившегося возле ее ног мальчика.
Хоро никогда не уставала дразнить других; но сейчас, сидя над мальчиком, она смотрелась точь-в-точь как добросердечная монахиня. Выглядело очень мило, но Лоуренсу было совсем не смешно. И дело не в том, что ему пришлось пойти против своих убеждений, – просто по сравнению с Хоро он со стороны казался черствым и грубым человеком.
Убедившись, что мальчик не ранен, Хоро усадила его и оперла спиной на борт лодки. Лоуренс передал ей чашку с водой. Он заметил, что мальчик по-прежнему сжимает в руке поддельную бумагу… вот это решимость.
– Давай-ка попей воды.
Хоро пихнула по-прежнему бессознательного мальчика в плечо краешком чашки. Тот медленно открыл глаза, и его взгляд забегал между Хоро и стоящим за ее спиной Лоуренсом. По лицу расплылась смущенная улыбка. Лоуренс, изначально собиравшийся предоставить мальчика его судьбе, отвернулся.
– Вы… меня спасли…
Лоуренс так и не понял, мальчик благодарил за воду или за их роль в том жалком представлении. Как бы там ни было, он смутился. Он не привык к тому, что его хвалят за поведение, совершенно не подобающее торговцу, – за то, что действовал, не разобравшись предварительно с прибылями-убытками.
Мальчика явно терзала жажда. Выпив всю чашку ледяной воды, он закашлялся, потом удовлетворенно вздохнул. Вряд ли он был из Реноза. Впрочем, поблизости от реки лежало много деревушек, так что, возможно, он добрался сюда откуда-нибудь с севера или с юга.
Что за путешествие привело его сюда?
По старым, изношенным сандалиям ясно было одно – вряд ли это было приятное путешествие.
– Поспи, и тебе станет лучше. Вот это одеяло сгодится?
Помимо того одеяла, которым пользовались Лоуренс и Хоро, они взяли еще запасное.
Получив одеяло, мальчик распахнул глаза от нечаянной радости и закивал.
– Да благословит вас Господь…
Он уснул сразу, как только завернулся в одеяло. Без одеяла едва ли он мог бы спать. Такой тощий, в такой рваной одежде… просто замерз бы насмерть. Хоро следила за ним встревоженно, пока не услышала его ровное дыхание; это явно принесло ей облегчение. Лицо ее стало таким ласковым, какого Лоуренс никогда еще не видел. Мягко проведя рукой по лбу мальчика, Хоро встала и повернулась к Лоуренсу.
– Хочешь, чтобы я и
Лоуренсу показалось, что своим поддразниванием Хоро просто пыталась перекинуть свое смущение на него. Пожав плечами, он ответил:
– Это право есть только у детей.
Хоро улыбнулась.
– Передо мной ты тоже дитя.
Пока они пикировались, лодка, излишне разогнавшаяся, начала замедлять ход. Они догнали идущие впереди лодки, к тому же Рагуса заинтересовался новым попутчиком. Отложив весло, речник посмотрел на Лоуренса с Хоро.
– Так как он, в порядке?
Хоро кивнула. Рагуса поскреб в затылке и вздохнул.
– Похоже, его обманули. Какое-то время здесь было тихо, но обычно по зиме сюда с юга приходит всякий подозрительный сброд. Может, пару лет назад это было – появился один подозрительный тип, очень хорошо умел бумаги подделывать. Даже настоящие торговцы попадались, не только мальцы. Но мы быстро учимся, так что сейчас их почти не осталось. Малец, похоже, наткнулся на одного из последних