Исуна Хасэкура – Волчица и пряности. Том 4 (страница 36)

- Никакого.

Сему повесил голову; на лице его отражалась мука, словно он только что проглотил накаленный докрасна железный шар. Даже сидя на стуле, он с трудом поддерживал свое тело с помощью посоха. Выглядел он просто жалко.

Наконец, медленно подняв голову, он произнес:

- Если это на самом деле так...

Наверняка ушей Сему уже достигли известия о денежных запасах жителей деревни.

Самых грубых прикидок Лоуренсу было достаточно, чтобы понять: как только все зерно, проданное Энберлу, вернется в деревню, положение ее станет безнадежным.

Ведь это означало бы, что доход, который деревня получает раз в полгода или даже раз в год, мгновенно испарится.

- Если это на самом деле так, можно ли нам одолжить твою мудрость... и твои деньги?

Хоро вздрогнула.

Возможно, упоминание денег из уст Сему напомнило ей о событиях в Рубинхейгене.

Тогда Лоуренс, попав в ловушку, стоял перед почти неизбежным разорением, и ему пришлось идти по всему городу в попытках занять денег.

Он чувствовал себя так, словно свалился в пруд и отчаянно пытается вдохнуть свежий воздух, но с каждым вдохом глотает лишь воду.

Однако Лоуренс был торговцем.

- Я одолжу вам свою мудрость. Однако...

- Я не прошу предоставить ее задаром.

Взгляд Лоуренса встретился с пронзительным взглядом Сему.

По мнению Лоуренса, Терео едва ли могла предложить ему сколь-нибудь значительное возмещение. Так что возможностей оставалось немного.

- За это я обеспечу вам безопасность, - продолжил Сему.

Хоть Терео была и маленькой деревней, но все же это была община, а Сему был ее главой.

Конечно, в нищей деревне деньги являются сильным оружием в руках торговца. Но когда селяне берутся за косы и мотыги, никто не оказывается таким слабым и беззащитным, как торговец.

- Это угроза?

- Знаешь, почему я не связал вас обоих сразу же, не дав возможности договориться, господин Лоуренс? Потому что ты пришел отдать мне дань уважения и принес пшеницу.

Да, говорить Сему умел.

На языке Лоуренса вертелась ответная реплика, но он понимал, что если будет действовать упрямо, это не приведет к улучшению его положения.

Кроме того, Лоуренс и Хоро уже решили, что делать. Чтобы их план был осуществим, Лоуренс решил согласиться с советами Сему.

- Похоже, у меня нет выбора, кроме как принять ваше предложение, - произнес он.

- ...

- Однако...

Лоуренс выпрямил спину и посмотрел Сему прямо в глаза.

- ...Если мне удастся спасти положение, я потребую определенную сумму в качестве вознаграждения.

То, что Лоуренс не стал молить о пощаде и просить оставить ему часть денег, а вместо этого твердо потребовал вознаграждения, в первое мгновение ошеломило Сему. Впрочем, он быстро пришел в себя и кивнул.

Видимо, Сему считал, что для Лоуренса такая уверенность в себе вполне нормальна.

А быть может, он просто хотел верить, что Лоуренс действительно способен спасти положение.

На самом же деле Лоуренс солгал. Он сказал эти слова просто чтобы завоевать расположение Сему.

Лоуренс хотел покинуть Терео мирно, если только это вообще возможно. Поэтому, разумеется, самым разумным было дождаться прибытия посланца Энберла и затем до конца следить за развитием событий, а потом уже покинуть деревню.

Если Энберл желал всего лишь обрести власть над Терео и не намеревался совершать каких-либо безрассудных поступков, он вряд ли будет расследовать, выросла ли ядовитая трава среди ржи сама по себе или же кто-то нарочно подбросил ядовитое зерно в нормальное.

Весьма вероятно, Энберл не уделит внимания вопросу с отравой.

- В таком случае, пожалуйста, сообщите мне все подробности.

Вдруг ему все же удастся сотворить чудо и придумать план, который позволит спасти положение.

Чем дольше говорил Сему, тем более нелепым выглядело его объяснение.

Договор с Энберлом, заключенный Отцом Фрэнсисом, был совершенно невероятен, Лоуренс про такие даже и не слышал. Одно то, что Терео дозволялось решать, сколько зерна и по какой цене продавать, уже было невообразимо.

Однако если вспомнить о книгах, схороненных Отцом Фрэнсисом в подземелье церкви, можно было понять: он имел могущественных покровителей.

Достаточно было рассмотреть книги в кожаных переплетах с металлическими скобками по углам. Каждая переплетенная таким образом книга стоила немалых денег.

Тот граф из приграничья, о котором Лоуренс узнал из писем на столе Эльзы, и другие влиятельные фигуры, в том числе один епископ – все они, похоже, вели какие-то тайные дела с Отцом Фрэнсисом.

Несмотря на то, что Отец Фрэнсис то и дело попадал под подозрение в ереси, он все же сумел мирно прожить свою жизнь. Нетрудно было догадаться, что и этим он был обязан своим связям. Как прочна сеть, свитая из множества веревок, так и людям дают силу их связи.

Еще Сему сказал, что не знает, как именно Отцу Фрэнсису удалось заключить этот договор. Скорее всего, он не лгал.

Сему предположил, что Отцу Фрэнсису могли стать известны какие-то тайные сведения о графе Бартоне, правителе Энберла; и, возможно, здесь он был недалек от истины.

Несомненно, Отец Фрэнсис был фигурой выдающейся.

Если Лоуренсу удастся разрешить проблему Терео, это должно будет благоприятно отразиться на его торговле, так что подумать следовало очень серьезно.

Вообще-то расточительный до крайности образ жизни селян, простодушно полагавшихся на договор Отца Фрэнсиса, следовало воспринимать исключительно как нечто печальное.

Даже если они соберут все золото и серебро, какое у них имеется – наверняка не смогут выплатить весь долг.

Было совершенно очевидно, что, как только Энберл вернет зерно, деревню Терео ждет немедленное разорение.

Впрочем, если Лоуренс продолжит думать в таком духе, он никогда не продвинется вперед. Поэтому Лоуренс заговорил об одной возможности, которая пришла ему в голову.

- Думаю, что касается той части, которую Терео не сможет выплатить, то Энберл попросит у вас в счет этого долга ваш урожай следующего года.

- ...И что это значит?

- Это значит, что он заранее назначит цену за все зерно, которое ваша деревня соберет в следующем году.

То, что Сему не понял идею «покупки вперед», лишний раз показывало, как долго деревня жила без забот и без хлопот.

- Если... если такое возможно, мы на время снимем нашу проблему, - проговорил Сему.

- Однако, естественно, у них в этой сделке будет преимущество. Поскольку они платят за что-то, чего еще нет, им это будет невыгодно, если только они не потребуют скидок. Что касается нас, то, когда мы договоримся продать зерно по назначенной цене, каким бы хорошим ни выдался следующий урожай, больше денег мы уже не выручим.

- Это... это чересчур неразумно.

- И даже если урожай следующего года окажется таким же обильным, как нынешний, ваши доходы уменьшатся, и вам придется покрыть разницу за счет урожая через год, и доходы через год будут еще меньше. Более того, наши противники могут воспользоваться нашей слабостью и потребовать расторгнуть сделку, если случится неурожай. Вы понимаете, что будет потом, да?

Именно поэтому в деревнях тратили все свое время на дополнительные работы зимой, когда не было нужды выходить в поля.

Даже если доходы от таких работ были невелики, люди усердно трудились, чтобы их деревня не лишилась своих земель.

- Я всегда думал, что если только деревне не придется платить налоги, все будет хорошо... именно поэтому я так старался сохранить наследство Отца Фрэнсиса... - пролепетал Сему.

- В этом, в общем-то, нет ничего дурного, - ответил Лоуренс. – Однако жители деревни и понятия не имеют, какую громадную услугу им оказал Отец Фрэнсис.