Исуна Хасэкура – Волчица и пряности. Том 4 (страница 35)

- Но...

Лоуренс ощутил было облегчение, когда понял, что все может еще повернуться к лучшему, но в следующую секунду ему в голову немедленно пришло логическое продолжение.

- Ты ведь знаешь, кого тогда все обвинят? – спросил он.

Можно было и не спрашивать. Обвинят того, кого вся деревня считала лжецом; того, на кого всегда подозрительно косились; наконец, того, чья работа предоставляла великолепную возможность подсыпать яд в зерно: мукомола Эвана.

Хоро, похоже, поняла Лоуренса мгновенно.

На этот раз, однако, она взглянула на Лоуренса с явным раздражением и ответила таким тоном, словно давно уже устала спорить и вот сдалась.

- Ну так позволь бедолаге тоже влезть мне на спину. Он ведь все равно хотел уйти отсюда, верно? Я не возражу. И если эта кукла тоже в опасности, бери и ее. В конце концов, ты же такой добряк. Как же из-за этого трудно...

Если из деревни исчезнут и Лоуренс, и Эван, Энберлу некого будет схватить как виновника произошедшего.

Кроме того, если исчезнут оба, Энберл сможет объяснить своим соседям, что виновником был Эван и что поэтому он и сбежал. Таким образом, у Энберла не будет нужды стараться привлечь Лоуренса и тем самым рисковать заполучить неприятности с торговой гильдией.

- Однако у нас будет одна проблема: тебе придется вернуть себе изначальный облик.

Услышав эти слова, Хоро расхохоталась.

- Я не настолько упряма. Правда... когда я вижу, какой страх внушаю людям, это грызет мое нежное сердце.

В глазах Хоро таилась тень укоризны – видимо, она до сих пор не могла забыть, что тогда, в подземных тоннелях Паттио, Лоуренс беспомощно отшатнулся, впервые увидев ее истинный облик.

Однако Хоро тотчас лукаво улыбнулась, чуть прижав нижнюю губу своими клыками, и продолжила:

- Или, может быть, ты просто хочешь оставаться единственным, кто знает мой секрет?

Не зная, что ответить, Лоуренс закашлялся.

Хоро обрадовано рассмеялась, после чего сказала:

- Если ты считаешь, что этот план подходит, я возражать не буду.

Хоть и немного уязвленный реакцией Хоро, придумать более удачный план Лоуренс не мог.

- Это, разумеется, выход на худший случай, хотя шансы, что он нам потребуется, очень велики. Жалко, конечно, что придется бросить повозку и товары. Думаю, нам придется отнестись к этому, как если бы они упали в пропасть, - проговорил Лоуренс.

- Значит, теперь я буду твоей новой повозкой?

Поистине блестящая шутка.

- Что же это за повозка, у которой лошадь правит поводьями?

Услышав этот ответ, Хоро широко и открыто улыбнулась, и практически тотчас раздался стук в дверь.

Дверь открылась. В проеме стоял Сему.

Тянуть на себе кризис, в котором оказалась деревня, было, вероятно, чересчур тяжело для его старого тела.

Возможно, виноваты были тени от свечей, установленных в стенах коридора, но Сему внезапно показался совсем изнуренным.

- Могу ли я переговорить с вами обоими?

Лоуренс подумал, не подслушал ли Сему его разговор с Хоро, но решил, что вряд ли. Хоро бы сейчас не утратила бдительности настолько, чтобы такое стало возможным.

- Конечно, мы тоже как раз собирались поговорить с вами, - ответил он.

- В таком случае прошу извинить меня за вторжение.

Опираясь на посох, Сему медленно вошел в комнату. За его спиной обнаружился селянин; он остался стоять в дверном проеме.

Едва ли такого рода задания на долю этого селянина выпадали часто; скорее всего, именно поэтому он сейчас явно нервничал.

- Закрой дверь.

При этих словах Сему глаза селянина изумленно расширились. Однако после того, как Сему повторил свое указание, он, хоть и неохотно, все же подчинился.

Поведение селянина ясно показывало, что он нисколько не сомневается: Лоуренс и его спутница и были виновниками всего.

- Хорошо.

Сему поставил на стол подсвечник и сразу перешел к делу.

- Кстати, вы двое кто такие?

Поразительное умение мгновенно перейти к самому важному.

Улыбнувшись той особой улыбкой, которую он всегда припасал для деловых переговоров, Лоуренс ответил:

- Мы не какие-то известные личности, имена которых следует знать и помнить. Что до того, кто я – об этом я вам уже говорил.

- Несомненно, господин Лоуренс, ты уже назвал себя. Конечно, я еще не убедился окончательно, но думаю, что ты и вправду настоящий торговец.

Взгляд Сему перешел с Лоуренса на сидящую рядом Хоро.

Капюшон плаща Хоро был надвинут на лоб. Она сидела молча, потупив глаза.

Со стороны могло даже показаться, что она спит.

- Вы спрашивали, где находится монастырь Диендоран. Могу ли я спросить, для чего вы ищете этот монастырь?

Это была уступка со стороны Сему.

В прошлый раз, когда Лоуренс был здесь и спрашивал о местонахождении монастыря, Сему сделал вид, что вообще не знает о его существовании.

Видимо, Сему сейчас больше всего хотел убедиться, были ли Лоуренс и Хоро подосланы Энберлом.

А выяснив это, как он поступит?

- Одна жительница Кумерсона рассказала мне о главе монастыря Диендоран. Точнее говоря, она рассказала не мне лично, а моей спутнице, - ответил Лоуренс.

Больше всего Сему боялся, что Лоуренс и Хоро окажутся наемниками Энберла.

Но сейчас у него просто не было сил на то, чтобы заставить их раскрыться, задавая хитроумные вопросы.

Сему глубоко вдохнул – могло показаться даже, что он задыхается – и, метнув в Лоуренса умоляющий взгляд, произнес:

- Вы двое действительно не подосланы сюда Энберлом? А если подосланы – сколько денег? Сколько они вам заплатили, чтобы вы пришли сюда?

- Мы действительно были в Энберле, но мы просто проехали через него во время нашего странствия, - ответил Лоуренс. – Мы разыскиваем монастырь Диендоран исключительно для своих личных целей.

- Не смей... не смей лгать! – хрипло выкрикнул Сему и подался вперед. В свете свечи его лицо выглядело каким-то диким, почти демоническим.

- Мы не имеем совершенно никакого отношения к спору между Энберлом и Терео, - заявил Лоуренс. – То, что я вообще знаю о ваших отношениях с Энберлом – это все мои умозаключения, которые я сделал, послушав, что говорят люди в трактире, поговорив с Эваном, с Эльзой, ну и мой собственный опыт тоже помог.

Сему опасался, что Лоуренс и Хоро были шпионами, которых Энберл послал, чтобы они вызнали о Терео что-то важное.

История с ядовитым зерном не имела никакого отношения к преследованию язычества – это был исключительно вопрос денег.

При благополучном исходе переговоров деревня Терео еще могла вернуться к жизни.

Однако если вмешается Церковь, все станет намного сложнее.

- Вы д-д-действительно не имеете к ним никакого отношения?

Сему, скорее всего, и сам отлично знал, что на этот вопрос он все равно не получит ответа, который бы его полностью удовлетворил. И все же он не мог удержаться от стремления вновь задать этот вопрос. И Лоуренс мог лишь вновь ответить так же, как в прошлый раз: