Исин Нисио – Nekomonogatari(Black) (страница 33)
Нет.
Я неправильно понял. Не только.
Я пообещал не напоминать об этом самой Ханекаве.
Вот что имела в виду Ханекава.
Рассказывая всю правду, она ограничивала меня.
Она заставила принести ей клятву, чтобы запутать меня – ради её родителей.
Чтобы защитить.
Отца, который ударил её.
Мать, которая просто смотрела.
Двух совершенно чужих людей.
– Н-но как я могу…
Почему-то я задохнулся, видимо, из-за дрожи.
– …сдержать такое обещание.
– Прошу, Арараги-кун, – сказала Ханекава.
Всегда искренняя Ханекава Цубаса склонила голову перед столь неискренним человеком, который легко мог нарушить обещание.
Склонила очень низко.
Склонила голову с косами так низко, что я испугался, что её спина сломается, так низко, будто она тонула во тьме.
– Никому не говори.
– Ханекава, но я…
Я всё ещё колебался, но Ханекава как машина повторяла те же слова:
– Никому об этом не говори. Если ты будешь молчать, я сделаю что угодно.
– Э?! Правда?! Ханекава сделает для меня что угодно?! Ура!
Я заглотил наживку.
– А… Арараги-кун?
Я застыл в позе победителя, подпрыгивая на месте и крича от радости, а Ханекава уставилась на меня, не пытаясь скрыть изумления, и сделала шаг назад. Даже два или три шага.
Как будто её сердце было намного дальше.
Но в тот момент меня это не волновало.
Ханекава сделает для меня что угодно?
Ханекава Цубаса?
Если я буду молчать?!
– Ох, что мне делать. Что бы у тебя попросить, что бы у тебя попросить… Что бы лучше всего у тебя попросить? А, подожди. Не волнуйся, в такой момент нужно хранить хладнокровие. Ты должен быть серьёзен. Воспользуйся беспрецедентным шансом.
– Ч-что? Вот так ты реагируешь? Что за цирк? Разве в такой момент ты не должен быть тронут моей искренностью и с сомнением пообещать хранить молчание?
– Искренность? Что это?
Идёт она лесом.
Не имея сил сдержаться, я ходил туда-сюда без всякой цели, затем стал нарезать круги. Третья сторона нашла бы такое поведением крайне подозрительным, но меня не волновало общественное мнение. Меня даже не волновала нахмурившаяся Ханекава.
– Всё. Когда ты так говоришь, я даже не знаю, что выбрать. Чёрт, моя нерешительность так мешает. В такие минуты мужчина из мужчин смог бы моментально выбрать.
– Я думаю, это был бы худший из мужчин…
Ханекава была в ужасе.
Она была готова пуститься в бегство.
– Скажи, Арараги-кун. Помнишь нашу серьёзную беседу несколько минут назад?
– Нет.
– Не помнишь?
– Кто такой Арараги-кун?
– Ты и своё имя забыл?…
«Какой непредсказуемый поворот», – вздохнула Ханекава, держась за голову. Я был рад, что смог так шокировать её тем, что забыл своё имя, но неважно, как звали этого скромного дурака. Важны только слова, которые Ханекава сказала только что.
– Да, Ханекава Цубаса-сенсей готова ублажить Арараги-куна, я сделаю всё, что ты мне прикажешь ~☆.
– Я этого не говорила!
Ханекава разозлилась.
Но её ругань на меня никак не повлияла.
– И кто такая «Ханекава Цубаса-сенсей»?!
– А, прости. Я размышлял о том, как буду себя вести, если ты будешь играть роль учительницы, и по ошибке озвучил эти мысли.
– Что за чушь у тебя в голове?!
– Эй, Ханекава, так о чём мы говорили?
– Ох…
Несмотря на то, что ее переполняло недовольство, честность девушки не позволяла ей отступиться от своих слов и отказать мне.
– Никому не говори.
– Не это! То, что сразу после этого сказала.
Впервые я слышу эти слова.
Они звучат так свежо!
– Если ты никому не расскажешь, я сделаю что угодно…
– Я не слышал тебя из-за электромагнитных волн из космоса! Повтори ещё раз вторую половину!
– …
Ханекава больше не хмурилась, её взгляд прожигал меня насквозь [38].
Ух.
Если возможно, я бы хотел, чтобы она сказала это, сгорая от стыда, с пылающими щеками, но о таком я не попрошу. Меня устроит полное подчинение, даже если в сердце она будет презирать меня.