Исин Нисио – Nekomonogatari(Black) (страница 23)
Дольше всего её не было, когда она училась в шестом классе. Она сказала, что выйдет ненадолго, и не возвращалась три дня – кстати, тогда её видели в Окинаве.
Не бегай через моря.
Нам придётся звонить в полицию.
– Добро пожаловать.
От этой сестры были одни проблемы даже дома, однако, в эти времена хаоса и беспорядка, мне стоило бы поприветствовать её.
Ничего не поделаешь, немного пообщаемся.
Не зная, куда движется моё сердце, я произнёс приветствие, спускаясь по лестнице, и пошёл ко входу. Там я нашёл вспотевшую женщину в спортивном костюме, Арараги Карен, которая снимала обувь на пороге.
?…
Мокрую?
Э? На улице дождь? Я собирался в магазин.
Я не особо смотрел из окна, но все же не слышал шума дождя, так что подумал, что как всегда сияло солнце.
Солнечный дождь.
– О. Брат мой. Ты проснулся ещё раз?
Сняв туфли и поставив их на место, Карен наступила на мат у входа. Намочила мат у входа.
– Я беспокоилась, когда доверила одной Цукихи важное задание пробуждения нашего брата, способного поспорить в умении спать с Эстарком [32], но, похоже, всё закончилось хорошо.
– Не уверен, так ли хорошо…
Сама по себе задача пробуждения была выполнена, но мне кажется, Цукихи расплатилась за это сполна.
Ей пришлось позировать в белье, её хватали за грудь, ей лизали ноги, а в итоге ещё и отобрали три тысячи йен.
Кто мог так обойтись с моей сестрой?
Не прощу.
– Угу, Цукихи-тян становится всё более и более независимой. Как сестра, я чувствую себя одиноко, но я должна похвалить её.
– Если ищешь Цукихи-тян, то она, исполнив свой долг, заснула у меня в комнате, так что потише. Потом похвалишь. Карен-тян, ты не взяла с собой зонт?
– Мяу?
Карен озадаченно прищурилась.
– Брат, что с тобой такое? Ты редко зовёшь нас по имени. Ты так стеснялся назвать нас по ошибке с «-тян», что стал называть «большая сестра» и «маленькая сестра».
– Да, и этот окольный способ меня раздражал, так что я решил прекратить так делать.
В любом случае, люди не этого хотят.
Лучше я один буду с этим справляться.
– Эм. Мне кажется, с хронологическим порядком что-то не так, но и фиг с ним.
У мозга Карен была печальная особенность, выражавшаяся в неспособности думать о чём-то слишком сложном, и в большинстве случаев она просто прекращала это делать со словами «фиг с ним», так что она не особо задавалась вопросом о том, почему я так её назвал.
– Дождя нет, – сказала она.- На улице хорошая погода, подходящая первому дню Золотой Недели.
– Да? Но почему тогда ты мокрая? Ты упала в болото?
– Я не падаю, я забираюсь выше и выше, – с крутым видом сказала Карен-тян.
Она раздражала меня еще больше, чем окольный способ.
– Принцип «даже свинья поспорит с воздушным змеем, если ей польстить» изобрели из-за меня.
– …
Вот до какого предела слова из-за тебя изобретали?
Нет слов, чтобы описать, насколько она физически и ментально мазохистка.
– Неважно, падаешь ты или взлетаешь, просто скажи мне, почему ты намокла. Не говори, что тебя во имя Марса покарала Сейлор Марс.
– Не говори ерунды, брат. Она – моя напарница.
– Это ты чушь несёшь.
– Это просто пот.
«Смотри», – сказала Карен и обняла меня.
Мне показалось, будто меня окутали впитавшей много воды губкой.
Другими словами:
– Отвратительно! Уровень дискомфорта достиг максимума! От тебя потом воняет!
Пот?
Всё это?
– Ой, брат. Жестоко говорить половозрелой девушке, что она воняет потом.
– Отпусти! А-а-а! Правда некомортно, в смысле некомфортно!
Я сопротивлялся изо всех сил, но без толку.
В отличие от Цукихи, Карен-тян была спортивной.
Даже всех моих сил не хватило, чтобы вырваться.
– Утю-тю.
Карен потёрлась щекой об меня. Её пот, словно смазка, размазался по щеке, так что казалось, будто меня обтирают солью из пота.
Какой жесткий массаж.
– П-прекрати, Карен-тян! Вспомни о разнице в росте! Ты теперь моё лицо о свою грудь трёшь!
– Э? Правда? Ой-ка-кой-стыд!
Стоило сказать про это, она быстро отскочила от меня и изобразила смущение.
Моя жизнь спасена, но я не понимаю, как ты определяешь, что стыдно.
После таких страстных объятий чего ещё стыдиться?
– Всё это пот? Серьёзно… ну, да, это пот…
Хоть с меня и не течёт, из-за того, что меня обняла Карен-тян, даже я промок до нитки. Я проверил, что это за жидкость, лизнув её, и это был настоящий пот.
– Не слизывай пот сестры. Непристойный брат.
– Это сестра, возвращающаяся домой похожей на чудище, вылезшее из реки, непристойна.