Исин Нисио – Nekomonogatari(Black) (страница 14)
– Ты не просто так моя сестра.
– Э? Сам себя не похвалишь?…
Цукихи пришла в себя.
Меня раскусили. Она очень внимательна.
Я собирался воспользоваться моментом, чтобы научить Цукихи быть «сестрой, которая радовалась за брата», но что-то пошло не так.
В то же время я попытался превознести Цукихи, унизив Карен, но это она проигнорирована.
Шутки в сторону.
– Позволь мне выразить свою благодарность. Спасибо, Цукихи-тян.
– Пора уже.
«Впервые мне задали столь базовый вопрос», – сказала она с облегчением.
– Я много чего говорила, но любить другого человека настолько же естественно, насколько естественно для собаки лаять. Не о чем волноваться, брат.
– Понятно. Это естественно.
– Да. Это нормально.
– Нормально, что в классе есть девушка, в которой я заинтересован.
– Нормально!
– Нормально, что даже на уроках я смотрю на её место, а не на доску.
– Нормально!
– Нормально, что даже по пути из школы я ищу её, даже думаю, что случится, если мы случайно встретимся. Даже когда я покупаю журналы, я думаю о всяком.
– Нормально.
– Нормально, что я хочу помацать её грудь.
– Нет.
Беседа оборвалась
– Хм?
– Хм?
Мы обменялись взглядами, будто пытаясь понять, что каждый из нас будет делать дальше.
Никто из нас не знал, почему беседа оборвалась.
– Э? Что? Цукихи-тян. Что ты такое говоришь?
– Э-э-э? Это я виновата?
– Не лучше ли тебе сесть?
– А, да. Хорошо.
Растерянная Цукихи села.
Брат и сестра сели друг напротив друга.
Это что, чайная церемония?
Об этом постоянно забывают, но Цукихи состояла в чайном клубе.
– Я говорил о том, что грудь Х-сан необычайно привлекательна, так что я хочу потискать её, я хочу помацать её, понимаешь? Вот о чём я говорю.
– Э-э? Может, я глупая, я слышу, что ты говоришь, но понять не могу. Такое впечатление, что в моей голове после твоих слов есть только две мысли: «я не слушаю» и «я не спрашиваю».
– Э-э? Ты безнадёжна. Боже мой, с такой глупой сестрой брат хлопот не оберётся.
Я снова перевернул свою оценку с ног на голову.
Эти быстрые смены отношения, честно говоря, меня пугали.
– Я думаю, не все об этом знают, или я один в классе знаю об этом, но у этой девушки есть два арбуза, и у меня просто нет иного выбора, кроме как помацать их, понимаешь?!
– Прости, брат, не мог бы ты перестать использовать примитивные слова вроде «потискать» и «помацать»?
– Хм? А, понял.
Я терпеливо принял просьбу сестры.
– В таком случае, у меня нет выбора, кроме как потрогать их, понимаешь?!
– Теперь это звучит не примитивно, а мило.
«Не знаю», – сказала Цукихи, поддавшись унынию.
Мне показалось, что она смотрела на меня глазами, которыми смотрят не на брата, а на извращенца. Наверное, это была галлюцинация.
Должна была быть.
Это, наверное, какой-то фокус.
– Другими словами, то, что я хочу трогать грудь Х-сан и только её – это любовь.
– Нет.
Цукихи категорично отрицала.
Несмотря на краткость, её голос был настолько упрямым, что у меня пропало всякое желание спорить.
Хм-м-м.
Она правда упрямая.
Однако, я сжал кулаки и смело вызвал Цукихи на поединок.
– Но я никогда не хотел трогать грудь той, кто мне не нравится. Потому я считаю, что это чувство и есть любовь.
– Если ты об этом в самом деле думал, то я чувствую груз ответственности за то, что позволила тебе сохранить такое суждение…
Лицо Цукихи было таким же, как у археолога, который пробудил демона разрушения, запечатанного древними людьми.
То, что ты чувствуешь себя ответственной за это не означает, что ты должна сама решать проблему.
– Даже твой любимый Росокузава уже давно хочет потрогать твою грудь.
– Возможно, но это верно только в данной теории – он хочет потрогать все женские груди в мире, в том числе и мою!
– …
Не хотел бы я с ним встретиться.
И вообще, как ты можешь такое в голос говорить?