– Мы были детьми, и он сказал, что я лучшая кандидатура для того, чтобы научиться целоваться.
– Мне он сказал тоже самое, – закатив глаза, проворчала девушка.
– Так это он научил тебя целоваться? – поинтересовалась я.
Талия скорчила рожицу отвращения, будто я оскорбила её.
– За кого ты меня принимаешь? – а затем она поправила вымышленную бабочку на своей шее.
Я тихо посмеивалась, наблюдая за ней. Девушка уселась поудобнее на своём месте, заправила волосы за уши и кивнула в мою сторону.
– Ну что? – спросила она. – Я готова.
– К чему?
– Целоваться, Паинька.
– С кем? – не совсем понимая, о чём она говорила, решила спросить я.
Талия огляделась по сторонам.
– Ты видишь здесь кого-то ещё, кроме нас?
Я громко сглотнула, поджимая пальцы на своих ногах.
– Ты хочешь… Хочешь, чтобы мы… – я жестикулировала, пытаясь объяснить ей свои мысли.
– Это проблема?
– Меньше, чем через месяц, ты будешь помолвлена с моим братом.
Талия цыкнула, не дав мне договорить.
– Зачем ты мне напомнила? – раздражённо спросила она. – И то, что мы поцелуемся, не значит, что я не выйду за твоего брата. Хотя в договорённости же не говорится, что брак должен быть заключен исключительно между мужчиной и женщиной. Просто Нери, – она тыкнула пальцем в свою сторону, – и Де Сантис, – а затем в мою.
– Ты сумасшедшая.
– Точно, – улыбнулась Талия.
– Как и твои шутки.
– Перестань, – возмутилась она. – Это классно. Тем более мне нужно потренироваться.
Она подвинулась ко мне поближе и положила свои ладони на мои плечи. Мурашки сразу же покрыли всё тело.
– Облизни губы, – проинструктировала она.
Я быстро сделала, что она попросила, пока Талия наблюдала за моими движениями.
– И не беспокойся. Я не расскажу Себастьяну, что была первой, кто попробовал эти сладкие губки.
А в следующую секунду её руки легли на мои щёки и немного сжали их, наклоняя меня в свою сторону. Я даже не успела сделать вздох, как почувствовала её. Мои ногти впились в ткань школьных брюк, которые я не успела переодеть, а Талия делала всё очень неспешно. Я почти не двигалась, запоминая её движения и то, как её рот танцевал на моём.
Было приятно.
Я почувствовала странную боль внизу своего живота, когда девушка облизнула мою нижнюю губу, а после оторвалась от меня, победно улыбаясь мне.
– Урок номер один. Закрывай глаза, когда кто-то целует тебя, иначе это выглядит дико.
Она выпучила глаза, отодвигаясь назад, и я подавила смешок от выражения её лица.
Подушечки пальцев легонько коснулись моих губ.
Мой первый поцелуй был с девушкой. Узнай об этом мама, она бы сказала, что я сделала правильное решение, начиная с девчонок. Я бы хотела подумать об этом побольше, но вспомнила последние сказанные слова Талией перед тем, как её губы опустились на мои.
Себастьян.
– Ты не против? – тихо и удивлённо спросила я.
Талия завалилась на спину, положив свою голову на подушки и вытянув ноги передо мной.
– Против чего?
Я вытерла рот тыльной стороной ладони и выпрямилась, готовясь к серьёзному разговору.
– Того, что твой старший брат нравится мне, – произнести это вслух было также странно, как представить Талию платиновой блондинкой. – Одна из лучших подруг всегда против, когда другая западает на её брата.
– Он тебе не нравится.
– Как сказать…
– Ты влюблена в него.
Я резко вздохнула. Черт.
– Откуда ты знаешь?
– Мне не нравится тот факт, что ты скрываешь это от меня чуть ли не половину своей жизни, – не отвечая на мой вопрос, произнесла она.
Об этом знал только один человек, и я всегда хотела, чтобы она стала вторым, но меня пугала её реакция. То, что она чувствовала по отношению к своей семье не было обычной неприязнью. Она ненавидела каждого из них, проклиная их жизни и мечтая избавиться от них, как можно скорее. Поэтому признаться ей в том, что я влюблена в одного из них, было бы ужасно по отношению к ней. Но и скрывать это от неё не было лучшей идеей.
Была вероятность, что она даже одобрит мою влюбленность, потому что тогда Винченцо Нери мог устроить брак между мной и его старшим сыном, оставив Талию и Доминика в покое.
Но если она знала и до сих не рассказала никому об этом, значит она жертвовала своей жизнью во благо моей. Уже не в первый раз.
– Он не для тебя, – холодно произнесла девушка. – Точнее ты не для него.
Я улеглась рядом с ней и повернула голову в её сторону, когда Талия сделала тоже самое, а затем произнесла:
– Себастьян не сделал ничего, чтобы быть с тобой. Он не заслужил твоей любви.
Моё тело уже начинало болеть после тренировки с Домиником, на которой я была просто отвратительна. У меня никогда не было особого желания заниматься чем-то таким, даже в кругу семьи. Я чувствовала себя неумёхой по сравнению с Каей и даже Авророй, которая за такой короткий промежуток времени научилась драться как маленькая черепашка-ниндзя. Я гордилась ими обеими, но стать постоянной гостьей их клуба драчуний мне не хотелось.
На это было достаточно причин.
Мои руки не могли снова оказаться в крови.
Но наблюдать за тренировкой до того, как мужчины присоединились к нам, было довольно интересно. Почему я раньше не приходила посмотреть на Доминика?
Ответ лежал на поверхности.
Потому что после его боёв, клуб отмывали хлоркой от запаха крови.
Этого бы я точно не вынесла. Мне хватало смотреть на его вечно раненное тело дома.
Прямо сейчас же я сидела в Бентли, которая, как немного ранее я думала, везла меня в мой новый «дом». Себастьян ни разу не взглянул на меня с тех пор, как мы сели в машину и ему пришлось опустить мою руку.
Боже, я мечтала, чтобы дорога от клуба до машины была настолько длинной, чтобы я успела насытиться его хваткой. Мужчина настолько сильно сжимал мою ладонь в своей, что его холод стал проникать в меня. Мне казалось, он не осознавал, насколько сильно держался за меня, пока мы не вышли на улицу и он не уронил свой взгляд на наши сцепленные руки. После, он немного расслабился, но я всё равно продолжила сжимать его с силой, как и прежде.
Прикосновения всегда были важны для меня.
– Я думала, ты собираешься отвезти нас домой, – отведя свой взгляд от ряда коттеджных домов и повернув голову в сторону Себастьяна, сообщила я ему.
– Всё верно.
Мужчина продолжил спокойно вести машину, и его лицо не выдавало ничего, кроме безразличия, но плечи были напряжены настолько, что я ждала, когда швы пиджака начнут расходиться, раздевая его.
Через пару минут мы остановились у распахнутых ворот, сделанных из позолоченного металла. Рабочие таскали коробки из грузовика перед нами.
