Ирвин Уэлш – Резолюция (страница 34)

Кармел теребит кожу вокруг своих темных наращенных ногтей, потом поднимает голову и смотрит ему в глаза. Теперь она образец самообладания.

– Ты говорил, что эти парни явно были уголовниками. Мэт же никогда не сидел в тюрьме, – объясняет она, будто обращаясь к непонятливому ребенку. – Он тогда учился в Имперском колледже на инженера-химика.

Леннокс раздраженно выдыхает. Кардингуорт и до нее добрался. Упоминал ли он о взломе или, возможно, рассказал про обоссанную одежду? Но ведь она, в общем-то, говорит правду. Рэй Леннокс не может найти ничего, что связывало бы Мэтью Кардингуорта с тем мрачным подземным переходом в юго-западном пригороде Эдинбурга в 1981 году.

– Знаю, я наводил справки. В то время у студентов как раз каникулы были. Говорит, что дома занимался. Но он был в тот день в том туннеле. Я это знаю. Лес знает.

– Просто это не он, вот и все, – повторяет Кармел, качая головой. По всему видно, что она злится и хочет закончить этот разговор.

– Кто он тебе?

Ответом служит сдержанная саркастическая улыбка. Она решает отвечать вопросами на вопросы.

– Я же тебе говорила, что она главный спонсор моего проекта? Много ведь раз говорила?

– И все?

– В смысле "все"? А ничего, что я большую часть своей карьеры и взрослой жизни над этим работала!

– Извини, что пытался приравнять важность твоей карьеры к сексуальному насилию и возможному убийству нескольких детей.

– Что ты, блин, хочешь сказать? Ты совсем попутал, Рэй, – Она недоуменно смотрит на него. – Тебе точно надо лечиться.

Видишь, каким ничтожеством ты стал в ее глазах, каким-то дебилом, который несет чушь? Вот, правильно, посмотри через бар на улицу, где дождь хлещет по тротуару. Посмотри, как вода бежит по этим канавам, утекая прочь, точно так же, как твоя бесполезная жизнь…

А, пошли вы все на...

Его ярость рвется наружу. Леннокс сжимает левую руку.

– Все так хотят уберечь этого козла от тюрьмы, – Он бьет кулаком по столу. – Никого, похоже, не смущает, что пацан, которого его банда схватила и жестоко изнасиловала, теперь торчит за решеткой!

Если Кармел и потрясена, то лишь на мгновение, в которое в ее глазах появляется мягкость.

– Если он виновен, его, блин, следует повесить, я так считаю, – бросает она в ответ с очевидной, но хорошо сдерживаемой яростью. – Но я не думаю, что это он. И если ты на самом деле в это веришь, иди и докажи это в суде. Ты не можешь сам вершить правосудие. Ты же бывший коп, е-мое!

При этих словах у него внутри все содрогается, и он внезапно чувствует полное бессилие. Где-то в паху возникает новая вспышка боли, отдающей в позвоночник. Конечно, она права, как и ван дер Меер. Но Леннокс не полицейский, а просто одержимый мститель, который использовал ресурсы государства в своей личной войне с преступниками на сексуальной почве. И последний из тех, за кем он охотился, тот, кого так и не смог достать, наконец-то попал к нему в руки. Но у Леннокса нет на него ничего, кроме решительной поддержки Леса Броуди, который сейчас томится в тюрьме.

Хотя оказывается, что это уже не так.

Имя его друга высвечивается на экране телефона. Рэй Леннокс медленно поднимается, чувствуя, как внутри все разрывается на части, наклоняет голову в знак извинения перед Кармел, одними губами произнося "Лес", поднимается и направляется на улицу.

Ты ходишь так, будто в штаны навалил.

К счастью, дождь перешел в мелкую морось, но холодный воздух обжигает его раны. Бледная луна сочувственно смотрит на него с неба. Внизу зеленое здание яхт-клуба: миниатюрный символ так и не воплотившегося в жизнь проекта шикарной марины.

– Как дела, Лес?

– Рэйми... меня выпустили. Сказали, он не будет выдвигать обвинений. Тот адвокатик, чувак из Южной Африки, больше мне ничего не говорит. Но он намекнул, что, может, будет компенсация.

– Тебе ему компенсацию придется платить?

– Не... наоборот.

– А он-то за что тебе будет платить компенсацию?

Мы же оба знаем, за что.

Красноречивое молчание Леса заставляет Леннокса рефлекторно отвести взгляд от телефона, а затем обвиняюще посмотреть на него. Затем он слышит далекий, едва слышный голос и прижимает устройство к щеке. – ...если с этого ублюдка можно бабки срубить, то они будут в моем, блин, кармане…

Ван дер Меер не врал. А Кардингуорт не блефовал.

Леннокс оглядывается на Кармел, которая смотрит прямо перед собой, разговаривая с кем-то по телефону. У него перед глазами всплывает лицо Кардингуорта. В приступе внезапной панике он спрашивает Леса:

– Ты где?

Паранойя. Пора с этим завязывать.

– У тебя. Мы с Кэти. Сейчас уже уезжаем. Стюарт тут был с какой-то бабой, но они свалили, когда мы пришли. Они оба были никакие, Рэйми. Он снова бухает. Начал нести чушь про "Хибс" и "Хартс".

Стюарт. Мы будто оба в детство вернулись.

– Да достал он уже... Гад, – улыбается Леннокс. – Ладно, Лес, чувствуйте себя, как дома. Я скоро вернусь и переговорим обо всем.

– Нам уже надо выезжать, а то опоздаем на рейс, Рэйми.

– Если разминемся, я приеду в Эдинбург, увидимся, – говорит он, может, слишком поспешно.

– Да, хорошо, – неохотно отвечает Лес, и Ленноксу кажется, что он слышит, как на заднем плане слышится недовольный голос Кэти.

– Как бы то ни было, еще увидимся. Посмотрим, что этот юрист скажет, и потом поговорим.

– Ладно, – соглашается Лес. – Рэйми... я знаю, что тебе пришлось постараться, чтобы меня вытащить. Спасибо, друг. Созвонимся.

И Лес отключается, прежде чем он успевает ответить. Ленноксу стыдно за то, что его друг всегда так верит в него. А он ведь ничего не сделал. Он не смог бы "постараться", даже если бы захотел. А может, это правда? Кто-то взял и постарался вместо него? Кардингуорт? Джордж? Как все может измениться за несколько дней. То, что было таким очевидным и непоколебимым, вдруг становится размытым, хрупким, неясным.

Он снова заходит внутрь. Как раз в тот момент, когда он думает, что боль утихает, один слишком уверенный, решительный шаг возвращает ее в полную силу. На глазах у него выступают слезы. Пытаясь не подавать виду, он опускается обратно на сиденье, а Кармел заканчивает разговор.

– Ладно, поговорим позже, – нетерпеливо говорит она.

– Это был он?

Кармел не отвечает. Его временно ослепило собственное страдание, но теперь он видит, что она и сама выглядит немного растрепанной. Леннокса охватывает ужасное чувство, что она только что была в постели другого. И что еще хуже, он подозревает, в чьей именно.

Эти роскошные простыни в том доме, ты видишь, как она на них лежит, да?

Он везде пролез. Но не может же Кармел быть заодно с Кардингуортом, чтобы его подставить? Но нужно держать себя в руках. Если он и самому себе уже не верит, как он может доверять кому-то другому?

Заметив его замешательство, Кармел решает объяснить.

– Послушай... к твоему сведению, это была Анджела. Это все – ужасная антиреклама для Мэта, – подчеркивает она, на случай, если возникнут какие-то сомнения. – Он просто хочет все поскорее замять. Он не будет выдвигать обвинения, а его юристы сделают Лесу предложение.

– Знаю, – Леннокс поднимает телефон. – Так это все подтверждает! Какой-то чувак тебе врезал стаканом, а ты ему компенсацию предлагаешь, чтобы он, типа, молчал! Это же насколько, блин, виновным надо быть, чтобы так себя вести?

– Нет, – стоит на своем Кармел. — Как ты знаешь, заключена многомиллионная сделка по строительству исследовательского центра, которая зависит от приобретения земельного участка, прилегающего к зданиям нашего университета. Любой черный пиар – и все может сорваться. А мы четыре года над этим работали! Мэт очень заинтересован в успехе, и это многое для него значит. Он и Анджела явно очень расстроены из-за всего этого дела!

– Недостаточно, – настаивает Леннокс, раздраженный ее высокомерным видом. – Мы с Лесом были очень расстроены на протяжении сорока чертовых лет. И эта проклятая сделка по покупке земли стопудово сорвется. Я об этом позабочусь, – и он пристально смотрит на нее взглядом бывшего копа. Впервые она заметно вздрагивает, и страх в ее глазах заставляет его устыдиться своей агрессивности. Пристыженный, он продолжает заискивающим тоном. – Кажется, этот чувак всеми тут заправляет. Что, блин, тут вообще происходит?

– Я говорю тебе только то, что знаю, – парирует Кармел, скривив лицо с такой злобой, которую Леннокс никогда еще не видел. – Будь осторожен, Рэй. У Мэта влиятельные друзья.

– Ага, уж я-то знаю. Вчера они меня убить, вообще-то, пытались.

Он с трудом встает и снимает куртку со спинки стула.

– Чего?.. – Ему становится не по себе от испуганного взгляда Кармел, которая теперь понимает, как сильно ему досталось. – Что случилось? О чем ты говоришь? Это Мэт с тобой сделал? Мэт Кардингуорт?

Леннокс не знает, что ответить. Опять же, доказательств у него нет. Он лишь сердито бросает:

– Разговор окончен.

– Рэй, сядь, пожалуйста, – просит она.

Но Рэй Леннокс ковыляет к выходу, тыкая пальцем в приложение "Uber" на телефоне. Вздрагивая от мучительной боли, он спускается по ступенькам на парковку, не желая больше никогда видеть ни "Кафе Руж", ни всю эту проклятую пристань.

Мюсли-Маунтин

Возвращаясь в город под темнеющим вечерним небом, Леннокс не очень хочет столкнуться с Лесом и Кэти. Вероятно, они тоже не горят желанием его видеть. Не торопясь домой, где придется объяснить свое состояние Стюарту, и спасаясь от возобновившегося дождя, он с трудом выходит из такси у своего офиса в Севен-Дайалс. Приходит сообщение от брата: