Ирмата Арьяр – Магические осадки не ожидаются (страница 12)

— Конечно, — кивнул Шимус. — Но я, каюсь, забыл имя. Какому-то из подставных лиц. А реально эти амулеты делает Зибер Оут с улицы Ржавых Гвоздей.

— И что?

— И то! — передразнил ее инспектор. — Что разница в том, сколько получает за свой труд Оут, и тем, сколько платит за это казна… Прости, Предивная, ну это такая неприличная цифра, Бетти, что я, право, не могу ее назвать вслух приличной девушке.

— Шимус!

— Бетти, это казнокрадство в особо крупных размерах.

Бетти застонала и легла на согнутые руки. Оттуда вскоре донеслось глухое:

— Я не хочу ссориться магистром Кхувенсом…

— Тебе и не надо, — Шимус коснулся локтя леди помощницы ректора. — Я думаю, магистр Кхувенс будет только рад, если ему станут поступать заготовки для магических артефактов и амулетов по нормальной цене и отличного качества. Но для этого мне надо, чтобы лорд ректор подписал небольшое разрешение, — полицейский пихнул в сторону Бетти бумагу.

— Шимус Грон, ты мое личное проклятие! — оповестила его Бетти, вчитываясь в строчки. А потом брови ее поползли вверх. — Разрешить использование магии? Кузнецу? Грон, зачем кузнецу магия?!

— Затем, что он пальцами в огонь может сейчас лазить. Представляешь, какая у него теперь точность работы? Ты намекни магистру Кхувенсу, что они теперь ему могут заказывать заготовки такой сложности, какая им только вздумается. Он все сделает, если оставить ему эту способность.

— Шимус, ты меня разыгрываешь! — Бетти смотрела недоверчиво, но Грон по ее глазам видел, что леди помощница ему верит. И пошёл ва-банк.

— А еще он может сделать тебе такие сережки… такой тонкой работы… каких не будет ни у кого во Фритане! Он вообще-то по золоту и серебру не работает, но ради тебя…

К шести вечера необходимое разрешение у Шимуса было — это раз. Магистр Кхувенс объявил ему личную благодарность — это два. А три — вместо благодарности инспектор попросил дать пинка под зад двоюродному племяннику ректора академии Хугону Дрею, и эту просьбу обещали выполнить. Не буквально, конечно, но и то хлеб. Шимус понимал, что племяннику найдут другое теплое место, где он, скорее всего, снова будет воровать — но чувства удовлетворения от выполненного долга это не умаляло.

Когда в назначенное время Шимус, помахивая разрешением, стал спускаться к караульному помещению, оттуда донесся дикий гогот.

— Ну забыл я, забыл! — оправдывался перед караульными Зибер. — Мне приказал сюда явиться господин… Цимес Грот? Замес Врот? Шибес… Шимес…

— Шимус Грон.

Зибер Оут обернулся.

— Прощенья просим, господин Шимус Грон, — скороговоркой пробормотал он. — Вот он я, явился, как вы велели. Часы на ратуше только что пробили.

Инспектор покосился на навостривших уши караульных — и кивнул кузнецу.

— Выйдем.

На улице, на свежем воздухе Шимус оповестил Зиба о ходе его дела и результатах.

— Не заберут? — ахнул Зиб. — Так что ли правда не заберут?!

— При определённых условиях, — неумолимо напомнил полицейский.

— Да что — условия! — махнул рукой кузнец. — Главное, что не заберут. — А потом все же спохватился. — А что за условия-то?

Шимус озвучил. Оут почесал пятерней в кудлатом затылке.

— Это что, значить… — он принялся загибать пальцы. — Ручки мои огневые у меня не заберут?

— Не заберут, — кивнул инспектор.

— И работать я буду прямо на Магическую Академию?

— Прямо на нее, — согласился Шимус.

— И платить мне будут за кажинный артефакт, — тут голос Зиба упал и сумму он прошептал. — Столько?

— Примерно, — едва сдерживая улыбку, ответил Шимус. — Если будет большая сложность, еще и накинут сверху.

— Дык это что ж получается… — растерянно разгибал и снова загибал пальцы Оут. — Руки мои новые при мне… работа на Магическую Академию… да еще и деньжат привалит…

— Ну а что тебя не устраивает, Оут?

— Промашка где?! — взывал Зиб. — Где загвоздка?! Заковыка где?! Не может быть все так гладко да ровно. Где таится подвох?

— А подвох таится в том, что к тебе будет каждую неделю приходить в кузницу сотрудник магической полиции. В форме. Для проверки.

— А! — махнул рукой Зибер. — Я-то думал. Это я переживу.

— Ну вот и договорились. Да, и еще. Сейф я твой нашел.

— Вот новости — одна другой лучше! — кузнец затряс Шимусу руку. — Спасибо вам огромное, господин Цимесврот!

— Есть еще одно условие, — мрачно отчеканил Шимус. — Выучить мое имя.

Зибер выводил буквы на углу столешницы остывшим угольком.

— Смотри, — пояснял он коту, который с любопытством наблюдал за действиями хозяина с табурета. — Так зовут этого важного полицейского. Мне велено запомнить его имя. И ты тоже запомни, серый!

Абис запрыгнул на стол и уставился своим желтым глазом на написанное. Там большими кривыми буквами было начертано:

«ШИМЕЗ ДРОНТ».

Инспектор

Между первой и второй встречей с кузнецом Шимус Грон действительно умудрился найти сейф. Вернее сейф умудрился найти его…

Уже выбив разрешение для Зибера, инспектор вернулся в родное управление, неся на отлете обожженную руку, которую он с таким трудом отстоял у студентов-целителей Академии, через одного порывавшихся опробовать на госте приобретенные знания.

Но у Шимуса Грона были далеко идущие планы на этот ожог…

— Офицер ранен при исполнении! — громогласно объявил он, едва переступив порог общего зала, где были видны только склоненные головы сосредоточенных навигаторов, и потребовал: — Целителя, чмонделя болотного вам всем в печень!

Навигаторы взглянули на него лишь мельком. Во-первых, обо всех серьезных ранениях они узнавали первыми, а во-вторых, если уж «раненый» офицер был способен дойти до управления, то и до двери целителя как-нибудь доберется. Лишь одна красно-рыжая голова вдруг высунулась из-за угрожающе громоздившихся папок и документов.

— Шимус! — воскликнула Заза, которая, слава Предивной, хотя бы в Управлении соблюдала какие-то границы… но, к несчастью, не все. — А где мой презентик из магазина госпожи Помпон?

Вот теперь на инспектора Грона заозирались, видно, лавка была небезызвестной. К слову, «презентик» тот Шимус снял с пальца еще на подходе к Академии — не объяснять же однокурснице его происхождение — но выбросить так и не осмелился.

— Ага, в левом кармане брюк, — тут же просканировала его напарница, которая сегодня была в невероятном зеленом костюме, обтягивавшем высокую и очень худую фигуру. Теперь остальные навигаторы уже откровенно пялились, ожидая, то ли стремительного нападения Зазы на карман, то ли предъявления «презентика».

Открывшаяся дверь в кабинет начальника моментально прекратила представление.

— Грон! Что у вас там происходит? — голос командора, для весомости усиленный толикой магии, словно молотком ударил всех сотрудников по темечку.

— Офицер ранен при исполнении! — вдруг без предупреждения заголосила Заза и тут же подмигнула напарнику. — Фиксирую второй уровень в отчете и компенсацию!

— Третий! — безапелляционно заявил начальник, так и не соизволив показать даже кончик носа из кабинета, впрочем магу такого уровня, этого было и не нужно. — К целителю и час отдыха…

Заза и Шимус синхронно ухмыльнулись, но…

— … за стойкой приема жалоб от населения! — закончил командор.

Ухмылки так же синхронно сползли с лиц подельников.

— Да погодите вы с вашими очками! — Шимус с силой упёр пальцы в измученный службой лоб. Ещё день он, быть может, и выдержит, а завтра его уже не поднимет никакой артефакт. Вторые сутки на ногах. Он свои ноги скоро протянет… — У нас тут полторы тысячи несанкционированных магических всплесков с утра. А вы с какими-то испарившимися гогглами! Зайдите дней через… пять.

— Вам это так просто не оставят, — сквозь зубы процедил рыжий франт в шерстяном клетчатом костюме для езды на мобиле. Костюм, пожалуй, превосходил стоимостью сам мобиль. — Считайте, что вы уволены, — франт бесцеремонно ткнул Шимуса пальцем в грудь. Попал в защитный амулет и взвыл, повалившись на пол, задетый сработавшим защитным маг полем. — Сьситате, уоены! Ыы… аааа. хххр, — прохрипел недоумок с черными следами от гогглов вокруг глаз и отключился.

Только этого … гоблинского кработня… сейчас ему и не хватало… Какого… капустеля вообще?

Он активировал переговорник и, с усилием сдерживаясь, передал на охранный пункт перед управлением:

— Какого рожна посторонние в здании? Не пускать никого!

— Шим, ты что ль? Сам же велел всех пускать, никого не выпускать, — из переговорника донеслось многоголосое ржание.