Ирмата Арьяр – Любовь и лёд. Книга 2 (страница 62)
Если бы не поддержка невидимых рук стужей, которые вели и направляли императора, он давно бы упал с и разбил прекрасное лицо о какую-нибудь ледяную статую или ступеньку лестницы.
«Куда они меня ведут? – слишком поздно понял Алэр. – Точнее, тащат!» Он попытался остановиться, но не смог, стражи короны с силой втолкнули его в высокие распахнутые двери огромного, озаренного светом тронного зала, полного народу.
Вот где они все!
Алэр от толчка пробежал по инерции вперед и упал, выпустив из рук сверток с золотым ночным горшком. Тот, звеня, покатился, крышка с дребезгом отлетела. Корона – древний артефакт и атрибут императорской власти Севера – вылетела, ослепительно сверкая на свету, ударилась о ледяную колонну, отскочила в снопе искр и покатилась, подпрыгивая и теряя бесценные, наполненные магией бриллианты, при каждом ударе высекая фонтаны синего с яркими голубыми и белыми проблесками пламени.
В зале поднялась суматоха. Ласхи расступались, уворачивались от стреляющих в стороны смертоносных бриллиантовых брызг. Повсюду слышались вскрики, вспыхивали магические щиты, пока кто-то из сообразительных магов, – Алэр не успел заметить, кто именно, – не запустил ловчее заклинание, накрывшее зал сияющим куполом с длинной бахромой силовых нитей.
К ее силовым нитям прилипли даже мельчайшие осколки разбитой короны. Но главная драгоценность магического венца Севера – огромный синий алмаз величиной с крупное куриное яйцо, пробил «бахрому», срикошетил от тронной ступени и врезался в голову императора, только-только вставшего на четвереньки. Но, к счастью, не взорвался, высвободив мощь артефакта, а рассыпался искрами и растаял.
Алэр снова упал, хотя от злости за пережитое унижение хотелось вскочить и уничтожить всех свидетелей его позора! Одна радость – и кузнец не понадобился, корона не достанется никому из его недостойных отпрысков!
Чьи-то руки подхватили его с двух сторон и помогли подняться. Алэр поднял голову и огляделся. Принцы Игинир и Ниэнир, поставив отца на ноги, отряхнули его одежды и, поклонившись, отошли. «Боятся, сволочи! – скрипнул зубами Алэр. – Помнят судьбу Даэра! Но тут слишком много глаз. Как жаль…»
Сотни ласхов! Высший цвет аристократии Севера, сильнейшие маги и военачальники, главы различных служб, дворцовые стражники. Даже уцелевшие после недавней бойни асары здесь же, как будто не затевали бунта!
– Хранитель короны Севера Алэр вер Лартоэне, – запоздало объявил церемониймейстер, опустив непозволительно много из титула вновь прибывшего. Не прозвучало ни «его многоликость», ни «владыка Севера», ни даже родовые имена-обереги Алэра, словно он какой-то простой смертый, а не потомок древнего рода. Впрочем, фамилию негодяй назвал.
– Хранитель? Это как понимать? – надменно спросил Алэр, обведя грозным взглядом толпу многоликих.
– Совет старейшин упразднил наследный титул императора Севера, – вперед вышел недобитый асар, старейший из магов Заполярья. Выглядел он еще более важным, чем обычно, а сине-фиолетовую мантию асара украшал алмазный цветок эмелиса.
«Что это еще за новшество?» – удивился Алэр. А вслух поинтересовался:
– По какому праву?
– По праву большинства Синего очага, – Баэташр обвел толпу рукой с жезлом. – Мы не хотим ни тебя, ни твоих детей на троне Севера. Мы не хотим трона над собой. И мы решили, что вся власть будет принадлежать нам, совету лучших магов Севера. Отныне многоликому ласху, избранному большинством голосов совета старейшин, будет дароваться звание «хранителя короны» и годовое содержание, не более. Из привилегий у хранителя останется право голоса в совете. Причем, голос хранителя признается решающим в случае неразрешимых споров. Ты уже не император, Алэр вер Лартоэне. Имена-обереги, полученные во время коронации императоров, больше не имеют отношения ни к тебе, ни к твоим потомкам. Это теперь лишь история Севера.
– Какой бред! – расхохотался Алэр. – Ты-то, Баэташр, так стар, что должен бы своими глазами видеть, почему мой род получил корону…
– Значит, императора больше нет? – перебил его звонкий голос.
Ласхи расступились, пропуская принцессу Виолетту к возвышению, на котором стоял пустой трон и, тремя ступеньками ниже, старейшина Заполярья. Девушка шла с гордо поднятой головой, придерживая левой рукой белую шубку, накинутую на плечи. «Остановилась рядом с принцем Игиниром. Впрочем, если нет императора, то нет и принцев», – скрипнул зубами Алэр, пожирая взглядом Виолетту. Она выглядела непревзойденной красавицей, свежей и сияющей. Она затмевала даже самых прекрасных ласхинь.
– Нет, – поклонился ей Баэташр.
– Замечательно. Тогда мой брачный договор недействителен. В нем написано, что мой отец Роберт Сильный и Гардарунтское королевство отдают мою руку императору и владыке Севера. Если его нет, то мне и выходить не за кого.
– Мы уже женаты! – рявкнул Алэр, дернулся к упрямой девчонке, но его удержали на месте невидимые руки. Надо же! Короны уже нет, а ее стражи еще здесь?
– Докажи, – улыбнулась принцесса. – Если ритуал совершен и мы женаты, у меня должно быть благословение пламени, Алэр вер Лартоэне. Я все прочла о магической церемонии ласхов. Если ритуал был фальшивым, если ты обманом получил благословение пламени, то оно развеялось после того, как пламя не получило в дар соединение супругов, их кровь и семя. На моей правой руке нет никаких брачных знаков, – девушка скинула шубку и подняла руку. Узорчатая ткань широкого рукава соскользнула, обнажая до плеча ослепительно белую и чистую кожу. – Видите? Покажи свою левую руку, лорд Алэр!
Он ничего не собирался демонстрировать. Но те же невидимые руки стражей вздернули вверх его левую руку, на которой традиционно проявлялись супружеские символы ласхов. На предплечье Алэра зажглась морозными завитушками брачная вязь с гербом Лартоэне и… какой-то змеиной гадостью! Но бывшему владыке было уже не до того.
«Стужеями кто-то управляет! – обожгла его догадка. – Кто?»
– Если я не выходила за тебя замуж, то на ком ты женился, когда еще был императором, северянин? – сверкнули гневом фиалковые глаза принцессы. – Ты нарушил договор с Гардарунтом и Белыми горами! И ради кого? Я узнаю в твоем украшении родовой символ леди Исабель, дочери герцога Лескара. Где же теперь моя камер-фрейлина, хранитель короны? Где твоя законная жена?
Его, ласха, прошиб пот. Холодный, но тем не менее. Как же он не удосужился рассмотреть брачный знак? Неужели он женат на мерзкой шаунке Исабель? Не может быть! На алтарь была пролита кровь Виолетты, и магия приняла ее! Или… пары капель не хватило, и шаунка сумела одолеть силу крови принцессы и вступить с императором в брак на самом деле? Да, он назвал ее чужим именем. Но какое значение имеют имена перед силой магического пламени Очага?
Алэра передернуло от отвращения к самому себе. Жениться на шаунке! И, не отходя от алтаря, отдать ее темным! Как хорошо, что нет свидетелей того, какую мерзость он сотворил с ней. Ласхи проклянут его.
В поднявшемся шуме потонуло ворчание асара Баэташра:
– Он уже не хранитель короны.
– Ты отнимаешь у меня последнее? – возмутился Алэр.
Асар пожал плечами и пояснил:
– Думаю, все со мной согласятся: так как древнего артефакта силы Севера уже не существует, то и хранить нечего. И должность хранителя несуществующей уже короны не нужна. Все равно больше никто не будет короноваться. Никто не сможет получить единолично силу артефакта и власть первого мага и монарха над северянами.
Согласились не все.
– Позвольте напомнить, старейшина Баэташр, я голосовал против упразднения титула владыки. Против и сейчас, – возразил синеволосый сиагр Ланвир. – Если бы простым большинством решалось хоть что-то в этом мире, то мир был бы другим. Но увы, кроме воли простых людей, коих большинство в Эальре, есть наследники айров. И именно наследники решают, как жить большинству.
– К чему эти прописные истины, сиагр?
– К тому, что и наследники не всегда решают, как им жить, асар. Над волей наследников стоит воля самой магии. И вам пора вспомнить о том, о чем пытался напомнить низвергнутый нами император. Корону Севера невозможно уничтожить. И владеет ею тот, кого избирает она. Не мы с вами, не совет старейшин. А сама магия Севера. И охраняют корону не назначенный советом хранитель, а стужеи, ее невидимые стражи. Нам только нужно подождать, кого из собравшихся здесь многоликих наследников айров они выберут своим владыкой и вручат ему корону.
Асар Баэташр расхохотался, но тут же замер с вытаращенными глазами: жезл в его руке треснул и осыпался осколками льда. Ледяные алмазы эдельвейса, нового символа избранного главы совета старейшин, с тонким звоном истаяли.
И этот звон не утихал, а наоборот, становился громче, звучал невидимыми горнами. По залу проносились вихри, шевеля подвески и украшения ласхов, лохматя их прически, дергая оружие на поясах. Потом тычки стали ощутимее, как будто армия невидимок вызывала недругов на бой. Большинство аристократов сумели защититься. Даже Алэр срочно раздавил один из амулетов и окружил себя коконом синего пламени. Тогда ледяные порывы взялись за колонны зала, стены и окна, срывая украшения, выламывая целые куски и разбивая охранные щиты. Дворец шатало, словно он попал в руки сумасшедшего великана.