Ирма Гарич – НЕ порочное трио (страница 6)

– Элли… – жестом попросил подождать и, согнувшись пополам, уперся ладонями в колени. – Предупреждаю… – отдышавшись, продолжил, – в последний раз. Снова назовешь так – трахну в аппетитную попку. Жестко и агрессивно.

– Ясно, – я заскрежетала зубами, – Викки. Так подойдет? Или снова пообещаете трахнуть?

– Так, ну все! Напросилась! Хватит мне выкать.

Мужчина внаглую подхватил меня под мышки, как тщедушного котенка, придавил спиной к стойке и, удерживая на весу, резко толкнулся пахом.

Ой, мамочки! Какой он… большой.

Прямо скажем, я чуток испугалась и с тоненьким писком забилась в тесных объятиях, а когда осознала тщетность попыток, от обиды зашмыгала носом.

– Эй, кроха, ты чего это? – поставил на ноги, отшатнулся и стукнул кулаком по лбу. – Вот я идиот, – осторожно притянул к груди и погладил по волосам. – Прости, больше так не буду.

Как бы ни хотелось отчитать обаятельного нахала, прижавшись к крепкому телу, наполнив легкие ароматом сладкого мандарина и мха, я ощутила какую-то небывалую легкость.

– А знаешь, вообще-то мне нравится. Викки и Элли – сладкая парочка, – подушечками пальцев нежно пересчитывал бугорки позвонков. – Прикольно. Оставляем. Но если захочешь… Черт! Даже и не знаю, как теперь предложить. Пойдем со мной на свидание, – по-птичьи наклонил голову набок, надул губы и, поймав мой взгляд, издал звук, странный, но милый. – Хотя бы разочек. Приставать не стану, пока сама не попросишь. Клянусь своим чудодейственным… эмм… Неважно. Пока. В смысле, пока не важно.

– Нам с гостями нельзя.

– Элеонора, и все? То есть свидание с избалованным кобелём нас не смущает? Девка, да ты в своем уме?! У нас ведь принц имеется!

–      Отстань. У нас его нет. И не будет.

–      (Непереводимая игра слов. За такое бабуля пригрозила бы вымыть язык дегтярным мылом.)

Кстати, я упоминала, что иногда разговариваю сама с собой?

–      Крошка… – снова едва не заржал, уже прыснул в кулак, но под укоризненным взором быстренько овладел собой, – поверь, я ради этого переберусь в соседний отель. Главное, чтобы ты захотела и согласилась. По-другому никак.

И знаете, я даже поверила. Поверила в то, что с виду такой назойливый и недалекий, Виктор Воронов время от времени становился обходительным и любезным. Вот уж не думала, что такие еще водятся (разумеется, кроме моего принца).

– Так что там Анна Вранич считает? – на всякий случай я попробовала сменить тему.

– Ириска считает, что я похож на пушистенького щенка лабрадора. Не затрахаю – так залижу.

– Понятно. Вопрос про Тотошку с повестки снимаем, – я устало вздохнула и покачала напряженной шеей из стороны в сторону. – Оставайся тогда просто Викки.

– Элли, заметила, что мы перешли на «ты»? – огромные лапищи стали на удивление бережно массировать плечи.

– Да какая уже разница? – с губ нечаянно сорвался тихий стон. – Ты так ты. Дай доработать смену.

Да к черту!

Я застонала в голос. Если бы кто услышал, скорее всего меня бы уволили.

– Элли, вот прямо сейчас ты совсем не облегчаешь задачу. Не надо так. Это жестоко, – спасибо, что просветил. – Уф-ф-ф! Эти эротичные повизгивания… Я же не Железный Дровосек, между прочим, а ты пока согласия не давала. Хотя желание, думаю, есть.

Минут через пять, решив, что миссия выполнена, щенок лабрадора перегнулся через стойку, сгреб со стола телефон – простенький, без пароля, – и принялся в нем копаться. Добавил в контакты свой номер и, перезвонив, сохранил мой. От подобного нахальства я потеряла дар речи.

– Можно, я посижу с тобой? Тихо как мышка, вот увидишь, – Викки подпёр подбородок ладонями и невинно похлопал ресницами, как мультяшная девочка. – Буду охранять тебя от… кого бы то ни было.

Тихо как мышка Воронов просидел от силы минут двадцать, фанатично отслеживая каждое мое действие, а потом снова пришлось отбиваться – фигурально, конечно – от него самого. Я уже кипела от гнева, обдумывая план мести, но когда вернулась из туалета (простите за уточнение), гостя сморил безмятежный сон. Вот так просто и быстро, как маленького ребенка: где играл, там и вырубился.

Он скукожился на диване, подтянув длинные ноги к животу, и теперь походил на безобидного ангелочка. Не удержавшись, я присела на корточки и отвела упавшую на лоб золотистую прядь. Ангелочек что-то невнятно промычал, поймал мою кисть, стремительно выбросив руку, и подсунул под щеку в качестве подушки. Вырываться почему-то не захотелось, поэтому я угнездилась на краешке и пялилась на него, время от времени поглаживая по шелковистым волосам.

Моя реальность была беспросветной, слишком запутанной, и не следовало отвлекаться на что-то, кроме долгов брата и памятника бабушке, однако рядом с несносным великовозрастным мальчишкой я почувствовала себя чуточку веселее и беззаботнее.

* * *

Совсем меня закрутила параллельная тайная жизнь. Две ночи работала, следующие полдня отсыпалась и еле-еле дожидалась вечера, чтобы мчаться в отель и вновь не смыкать глаз до рассвета. Каждая встреча становилась особенной, трогала душу и пробуждала тело. Печалило лишь то, что мой принц всегда просил надевать повязку.

По какой причине? Не имела понятия, но не задавала вопросов.

Естественно, до жути хотелось взглянуть на него хоть краешком глаза (по-другому и быть не могло), но я не противилась. Да и зачем? Значит, были на то причины.

Возможно, скажете, что поступала крайне беспечно. И что обвести меня вокруг пальца не составило бы труда. Если даже и так, что с того?

Просто было с ним хорошо.

Просто влюблялась все больше.

Мужчине нравилось растянуться на шезлонге, пристроить меня между раздвинутых ног, откинуть на грудь и лениво играться с жемчужными локонами. Иногда я прикасалась губами к большой ладони и улыбалась из-за того, что каждый раз у него сбивалось дыхание.

Он ласково обнимал и осыпал поцелуями, но так сдержанно, словно боялся нарушить иллюзорную связь. Прекрасную, но мимолетную. Мы оба это понимали и оба избегали объяснений, сглаживали острые углы, словно боялись задеть чувства друг друга.

Я могла болтать обо всем на свете, а принц говорил нечасто – пару слов там, пару слов здесь, – в основном слушал. Рассказывала о детстве, о маме и бабушке, даже обмолвилась как-то о Вовке и его вечных проблемах, которые как мои. Да, сейчас никто не трогал, не шантажировал (я и так отдавала бо́льшую часть зарплаты), но что будет завтра – поди угадай наперёд. Помню, именно тогда он забросал меня короткими вопросами и не успокоился, пока не выяснил все подробности.

Нет, я не жаловалась, просто хотелось довериться кому-то хоть ненадолго.

Однажды принес щетку для волос и долго-долго расчесывал длинные кудри, время от времени зарываясь в них лицом. Сказал, что купил для меня и отказался принять обратно. На следующий день я ради интереса погуглила и сначала подумала, что ошиблась. Нашла на другом сайте, на третьем. Везде примерно одна цена: около двенадцати тысяч рублей (за расческу?!) – для меня сумма фантастическая.

– Почему русалочка?

– Ты изящная… женственная. У тебя необыкновенно красивые волосы, как серебристое покрывало, – отодвинув их, едва осязаемо прикусил мочку уха. – И кожа пахнет коралловым морем. И еще нежная. Такая нежная, что… – уставший голос надломился, – становится больно.

После этого принц надолго замолчал, прижимая так крепко, что приходилось дышать урывками, а потом вдруг беспокойно завозился, подтолкнул меня с лежака, резко вскочил и испарился. Как и всегда.

Ох, бедное мое глупое сердце. Ему и так было несладко.

* * *

Возможно, недоумеваете, как я не боялась шастать по ночам в одиночестве? Нет, не боялась, потому что молчаливой тенью меня сопровождал юный рыцарь на мотороллере. И я точно знала, кому этим обязана.

* * *

Однажды Воронов нагрянул ко мне домой ни свет ни заря. Брат не впустил, милостиво выделил колченогий стул во дворе, но коробку со свежими кексами умыкнул. Заспанная и слегка помятая, я устроилась на крыльце с кружкой и ошалело пялилась на золотого мальчика, что обходил расшатанный велосипед по кругу, ковыряя ржавчину и кое-где облупившуюся краску.

– Привет, кроха, – выхватил кофе, вдохнул аромат, удивленно приподнял брови и сделал добрый глоток. – Мм… Сама варила? – я угукнула. – Прости, не отдам. Слишком вкусно, – и снова с шумом отхлебнул, довольно жмурясь.

– Ты как тут?..

– Ну-у-у… – засунув свободную руку в карман брюк-карго, выдержал театральную паузу, увлеченно пиная камешек мыском кеда. – Если очень хочу – нахожу все, что нужно.

– Ах да, у тебя же приспешник имеется, – вспомнила про какого-то там Ерва́нда. – Зачем приехал?

– Соскучился.

Знаете, я не испугалась, не разозлилась, скорее немножечко умилилась. Назовете преследованием? Ваше право. Я предпочла бы термин «ухаживание» – слегка назойливое, но приятное, – тем более что Викки заглядывал в глаза со щенячьей преданностью, чуть не виляя хвостом.

– Я буду в отеле послезавтра.

– Не-а, слишком долго. Велик сам себя не купит.

– В каком смысле?

– В том смысле, что прямо сейчас ты подрываешься и пулей летишь переодеваться, – обозрев коротенькие шортики, прищелкнул языком. – Только… кхм… накинь что-нибудь поскромнее. Розовую упругую попку будешь показывать только мне.

– С каких это пор?

– С таких. Забыла, как гладила по головке? И я не про Лихо. Ну, жгучий перчик, – досадливо рыкнул и уточнил в ответ на все еще недоуменный взор. – Охрененно внушительный член, – весело осклабился и подмигнул, заметив на моем лице искру прозрения. – Это было так мило. Круче, чем секс. Ну-у, почти. Круче, чем секс, может быть только… эмм… ничего.