Ирис Ленская – Наследство Мираль (страница 4)
Калейдоскоп эмоций меня удивил. Чем могла им помешать приехавшая издалека родственница? Тем более что явилась она ненадолго, всего на пару дней, на праздник пожилой, кажется, всеми любимой родственницы.
Ответных представлений не последовало. Бабушка указала на приоткрытую дверь.
— Обед уже подан. Не будем медлить, мои дорогие.
Поддерживаемая Бетти, она ухватилась за меня второй рукой, передав трость горничной, и по мягкой ковровой дорожке мы медленно направились к столовой. Ступили внутрь, и я беззвучно ахнула, насколько необычным оказалось её оформление.
Пол комнаты украшала мерцающая плитка, напоминавшая своим рисунком Млечный путь. Роспись на стенах изображала туманности, закручивавшиеся в разноцветные кольца. Подняв голову, я увидела нечто вроде купола со звёздным небом. Хозяйка дома явно увлекалась астрономией. Жаль, никто не дал мне возможности разглядеть обстановку без чужих внимательных глаз.
Помимо этого, обеденная была украшена разноцветными шарами и белыми розами. На другом конце зала высились стеклянные двери, ведущие то ли в оранжерею, то ли в сад. За ними виднелась пышная зелень. Наверняка стоит распахнуть сворки и комнату окутает сладкий чарующий аромат цветов.
— Как необычно, дорогая Диана! — воскликнул позади женский голос. — У вас великолепный дизайнер.
— Просто потрясающий вкус… — подхватил другой, обманчиво мягкий женский голос.
— Это что-то невероятное! — подтвердил кто-то ещё.
Забрав трость, бабушка выпустила мою руку и самостоятельно поковыляла к огромному столу, уставленному разнообразными закусками.
— Бетти, рассаживай гостей, — прозвучало её распоряжение.
Зал наполнился шарканьем ног, покашливаниями, перешёптываниями. Пахло всевозможными салатами, чем-то острым и пряным, вином и дорогими женскими духами.
Моё место находилось ближе к середине стола. Я осторожно устроилась на большом стуле с, пожалуй, чересчур высокой спинкой и мимолётно взглянула на рассаживающихся гостей, после чего, взяв салфетку, прижала её к лицу, прикрыв нос и рот. Не удержалась и неожиданно громко чихнула. Звук вышел приглушённым, но внимание к себе я вновь привлекла.
Девушки напротив презрительно усмехнулись. Устроившаяся рядом родственница неприязненно покосилась в мою сторону.
— Это аллергия, не простуда, — поспешила я заверить соседку. Та равнодушно промолчала, слегка склонив голову в другую сторону и не желая общаться даже формально.
Слева восседал высокий мужчина лет шестидесяти с очень строгим лицом. Он смерил меня холодным взглядом голубых глаз и слегка пожал плечами, словно недоумевая, как такая особа могла оказаться в столь изысканном обществе. По правде говоря, тут я была с ним согласна. Я и сама всё ещё не понимала, как очутилась здесь.
Когда наконец все расселись, бабушка, сидевшая во главе стола и ненавязчиво следившая за процессом, взяла в руку маленький бокал и подняла его в приветственном жесте.
Все оживились, подняли свои бокалы и фужеры, которые наполнили красным и белым вином предупредительные лакеи, незаметно ухаживающие за гостями. Мелодично зазвенел хрусталь.
— Я рада, что вы ответили на моё приглашение. Не хочу портить себе и вам торжество, но это последний праздник, — голос Дианы звучал устало, но не вяло. — Осталось совсем недолго. Скоро я уйду на покой. Мне только осталось решить…
Глава 4
Собравшиеся притихли, настороженно глядя на бабушку. Та закашлялась, рука с бокалом вина затряслась, на стол пролилась тёмная жидкость.
— Accidenti[1]!
Сразу же подбежала Бетти, но старая леди отослала её жестом, опустила бокал на стол, так и не пригубив, и, по-прежнему стоя, продолжила:
— Богатство, которое мы с Артуром накопили, я с собой взять не могу. Все, что получится забрать, — это воспоминания… Хочу запомнить ваши лица перед смертью. И раздать подарки, пока жива, — она обвела взглядом сидевших. — В Италии у меня есть вилла, особняк в Генуе, полностью отреставрированное палаццо в Милане, собственность в Лондоне и Париже. В каждой резиденции имеются полотна знаменитых художников, скульптуры, другие произведения искусства. Всё это, дорогие мои, я хочу разделить между вами...
По залу пронёсся вздох удивления.
— …Да-да, за эти несколько дней мой адвокат должен составить завещание…
Бабушка снова закашлялась и опустилась в кресло. Когда приступ прошёл, она наклонилась к сидевшему по правую руку элегантно одетому мужчине и что-то зашептала. Моя соседка принялась обмахиваться салфеткой, будто в зале внезапно стало очень душно. Вновь повеяло цветочным ароматом духов, и я опять некстати чихнула, не сдержавшись. Но на этот раз всё внимание было приковано не ко мне, а к Диане.
— Альберто, — произнесла та громким, надтреснутым голосом. — Продолжай.
Из-за стола поднялся тот самый невысокий элегантно одетый мужчина.
— Госпожа Диана обсудит детали с каждым из вас лично. А сейчас она просит разделить с ней трапезу.
Тотчас зазвенели бокалы, раздались шумные восклицания. По жесту Дианы слуги принялись вносить и расставлять блюда. В животе заурчало при виде бараньей ноги, обложенной овощами, морских окуней, по всей видимости, запечённых на углях, перепёлок и фазанов, зажаренных до золотистой корочки.
Неожиданно с места поднялся мой сосед и, подождав, пока стихнут голоса, театрально прижал руки к груди.
— Дорогая тётя, это так неожиданно! Ваша щедрость не знает границ. Я тронут!
С таким же пафосно-наигранным видом он обвёл окружающих проникновенным взглядом голубых глаз. Внимание гостей разрывалось между принесёнными блюдами и продолжавшим стоять мужчиной.
Я всмотрелась в лицо бабушки, которая полулежала в кресле. Выглядела она неважно: под глазами залегли круги, над впалыми щеками резко обозначились скулы.
Мой сосед уселся, так и не дождавшись ответа на льстивую благодарность. Вместо него, не теряя ни секунды, поднялась тучная дама с тройным подбородком и натянутой улыбкой. Её речь мало чем отличалась от предыдущей.
Я вздохнула и принялась за еду. Боюсь, бабушке предстоит нелёгкий выбор, если она собирается разделить наследство так, чтобы никого не обидеть…
Впрочем, мысль быстро выветрилась из головы — я наслаждалась изысканным обедом. Остальные сидели, присмирев, словно чего-то выжидая. Мне же было всё равно.
Наследство? Разве я имею на него право? Я в Италии, в стране выдающихся музыкантов. Вот если бы ещё сходить в филармонию на струнный концерт Вивальди. Или просто побродить по городу, надышаться этим волшебным воздухом. Может, завтра удастся выбраться хотя бы на пару часов...
Погрузившись в свои мысли, полные заманчивых планов, я не обращала внимания на то что творится вокруг. А между тем ужин продолжался, и уже закончились хвалебные оды, однако гости по-прежнему не общались друг с другом, сидя как на иголках. Кажется, я была единственной, кто ел тут с настоящим аппетитом. Внезапно Диана поднялась из-за стола и пообещала поговорить с каждым чуть позже. После чего медленно, опираясь на руку служанки, вышла из столовой, оставив общество развлекаться без её участия.
Как только хозяйка вышла в сопровождении Альберта, до слуха тотчас донеслись перешёптывания. Мой сосед ввязался в оживлённую беседу с дамой напротив, темой их разговора был двоюродный дедушка Артур, муж Дианы, погибший несколько лет назад.
— Удивительно, как русский эмигрант сумел так быстро разбогатеть. Его братья, оставшиеся в России, и их дети нищие по сравнению с ним…
— Да уж, — согласно закивала его собеседница. — Диане повезло с мужем. Ох как повезло!
Откуда-то сбоку долетел тонкий девичий голосок:
— Мама, но она же ничего не сказала о драгоценностях, только о недвижимости и живописи!
— Не так громко, Лана! Я уверена, что они тоже часть завещания, — прозвучал приглушённый ответ.
Беседа пошла более оживлённо и непринуждённо. Никто больше не расхваливал невероятной вкусности блюда, разговоры шли только о наследстве. Мне уже не терпелось выбраться из-за стола. Когда распахнулись ведущие в сад стеклянные двери, внутрь ворвался горячий, напоенный южными ароматами воздух. Под райское пение птиц я поднялась и направилась к выходу. Пусть остаются, если хотят… но с меня хватит этих разговоров.
Бабушкин сад завораживал красотой. Над головой сплетались толстые ветви каких-то причудливых деревьев. Между ними порхали крупные, ярко окрашенные птицы. По выложенным мрамором дорожкам, распустив хвосты, расхаживали павлины. Повсюду били фонтаны, окаймлённые вечнозелеными лиственными кустарниками и рододендронами всех цветов радуги. Сквозь зелень листвы виднелась ажурная беседка. Туда-то я и направилась, желая уединения.
Но, приблизившись, поняла, что та уже занята. Спиной ко мне сидел Альберто. Рядом с ним на кресле-качалке устроилась Диана. Увидев меня, она подняла руку и поманила к себе.
— Садись, отдохни от суеты.
Я, снова почувствовав неловкость от того, что помешала отдыху старой хозяйки, поправила очки и примостилась рядом.
— Скажи, девочка, как там старый Арчи? — Неожиданный вопрос застал меня врасплох.
— Прекрасно… Сейчас за ним присматривает подруга. Он вспоминал о вас!