Иринья Коняева – Любовь под зонтом (страница 28)

Они могли взорваться от какой–то мелочи, наорать друг на друга и тут же помириться. Или, напротив, жить душа в душу, уступая и договариваясь.

Сейчас у них был период затишья, но Настя знала: как только они вернутся во Владивосток, Боря снова начнёт осаду. Он страшно бесился, что Наталья отказывается переезжать к нему в квартиру, которую они даже обставили по её вкусу.

Боря рычал, что не хочет жениться, ему не до того, и вообще это несовременно, женятся только когда детей планируют. Но окружающие прекрасно понимали — эти холостяцкие трепыхания долго не продлятся, Наташку Боря любит до потери пульса.

«Хорошо Натке, Борька её любит, на руках носит. Она живёт себе спокойно, не сомневается даже, что свадьба и дети не за горами. И Борька классный, не изменит, не предаст. А я? В чём я могу быть твёрдо уверена? Только в том, что Дима меня хочет. Он ко мне, конечно, хорошо относится, заботится, но долго ли это продлится после секса? Все эти «навсегда» хорошо звучат в теории, а вот на практике. Хотя, может, и долго. У него хорошая семья, дружная; родители, похоже, любят друг друга, а не как у нас в последнее время. Но он должен в меня влюбиться так сильно, чтобы бросить всех своих девок раз и навсегда! Чёрт, если меня обманет Димка…»

— Настя, — позвала Наталья, приподняв широкополую голубую шляпу и приоткрыв один глаз.

Девушки загорали уже около часа и их основательно разморило от жары, переливчатого пения птиц, журчания воды, сухого шелеста пальм. Дима принёс им по спелому, ароматному кокосу, украшенному зонтиком и двумя красивыми изогнутыми трубочками, и ушёл тренироваться в зал, расположенный сразу за бассейном. Настя периодически посматривала в сторону стеклянного строения на небольшой возвышенности и даже пару раз заметила ярко–оранжевую футболку друга.

— Чего? — спросила она, переворачиваясь на живот.

— Я хотела с тобой посоветоваться по личному вопросу, если ты не против. По семейным делам. Боря мне ничего не рассказывает про вашу семью и… блин, согласись, что это странно! И… он до сих пор не познакомил меня…

— Ой, Нат, забей. Он тебя не знакомит не потому, что относится к тебе плохо или что–то такое. Ежу понятно, что Борька тебя любит до гробовой доски, тут даже не сомневайся. — Наталья ощутимо расслабилась после её слов, и Настя продолжила: — У нас специфическая семья. Папа ходит в моря… короче, он из них вообще почти не вылазит. Годами, Наташ! У них с мамой очень испортились из–за этого отношения. Он не может не мореманить, это прям его, а мама ревнует и бесится. Знаешь, есть такие семьи, в которых мама любит папу, папа любит маму, а дети сами по себе? Вот, это наш вариант. Только родители разругались конкретно, и дома у нас грусть–тоска.

— Ну, они ведь всё равно вас любят, — неуверенно сказала Наталья и закусила губу.

— Любят, конечно. Но у нас нет такой близости. Борьку больше улица воспитывала, меня — Борька, малых — мы с Борькой. Как–то так, короче. Вот у Маришки, например, родители любят друг друга до сих пор, но жили всё это время ради неё. Она что маме, что папе может рассказать почти всё, что угодно, и будет уверена: они всегда поддержат и посоветуют. Мама выдаёт, конечно, иногда, но в целом у них очень близкие отношения. Они и подруги, и мать и дочь. А у нас только мать и дочь. А с Борькой у мамы вообще всё сложно. Ты ж знаешь его характер. Вот у мамы такой же. Она не выносит, когда кто–то её не слушает и тем более против что–то говорит.

— Звучит не очень ободряюще. Повезло мне со свекровью, да?

— Не то слово! — рассмеялась Настя, не имея никакого желания врать. Наташка сильная и умная, справится. — У тебя будет классическая свекровь, которая всех вместе взятых тёщ из анекдотов за пояс заткнёт, играючи. Но на самом деле всё не так критично. Она вряд ли станет к вам лезть. Будете жить себе спокойно, но вот внучков она вряд ли будет забирать на выходные, имей в виду. Она близнецов–то на меня сбагрила, хочет отдыхать по выходным и вечерам.

— Себе на уме, короче, — сделала вывод Наталья.

— Ага.

— Хорошо, что у наших детей будет такая замечательная тётя. — Наташка хитренько улыбнулась и выразительно посмотрела на подругу. — Ещё и жить рядом будет.

— Ну, я ж не всегда с мамой буду жить. Может, далеко куда–то перееду, кто знает. Но от племяшек не отказываюсь!

— Э, я вообще–то не про родительский дом. — Наталья смутилась и замолчала.

— В смысле? — не поняла Настя.

— Ну, я думала, у вас с Димкой всё серьёзно, а он тоже рядом где–то живёт, — медленно, следя за реакцией девушки, сказала Наташа. Тема была скользкая, но её разбирало любопытство, да и Боря странно себя вёл и ничего ей и не рассказывал. В какой–то момент он словно отпустил ситуацию и вполне спокойно реагировал на любые приключения сестры с парнем.

— С Димкой у нас всё непонятно, — признала Настя. — Ты ведь видела его: бесконечный поток девок, куражи, пьянки. Он транжира тот ещё, я этого не выношу просто. Видимо, сказывается то, что я из простой семьи, а он из богатой, тут прямо у нас с ним конкретное недопонимание.

Настя говорила быстро, эмоционально. Она так долго думала, просчитывала варианты, колебалась, ни с кем не советуясь, даже с Маришкой, что сейчас её, можно сказать, прорвало. Наталья слушала внимательно, не перебивала, кивала и поддакивала своевременно. Она знала обоих ребят достаточно хорошо, чтобы сопоставить факты и сделать выводы. Когда Настя закончила пространную речь с множеством отступлений, вопросов и гипотез, она просто сказала:

— Настя, прости, но ты такая дурочка. Не смотри так удивлённо, я объясню. — Наталья рассмеялась звонко, сделала глоток кокосового молока, выдохнула. — Не обижайся, пожалуйста, я любя. Иногда просто со стороны виднее. И в вашем случае, это виднее уже давным–давно, притом очевидно всем, кроме вас двоих. Насть, вы любите друг друга!

— Ничего подобного! — Настя села на шезлонге и выпрямила спину, посмотрела в упор.

— Любите, любите. Это за километр видно. Я не совсем уверена, но мне показалось это впервые ещё на первом курсе. Ты так смотрела на него на Посвящении в студенты, а он — на тебя, вы и ушли вместе, я точно помню. Ещё эти его шуточки бесконечные в твой адрес. Ты единственная, кого он очень осторожно подкалывал, но всегда с эротическим подтекстом. А уж то, что творится между вами в последнее время — вообще молчу!

Наташка кивала в такт своим словам, и Настя насторожилась. Про то, что случилось, или, точнее, чуть было не случилось, она не рассказывала даже Маришке. И была уверена, что Дима тоже никому ничего не сказал, ведь договаривались же!

— Я его не люблю. Ну, он мне нравится, конечно. Но не с первого курса точно! Хотя нет, признаю, он мне тогда нравился действительно, но потом мы как–то стали друзьями и всё. Я даже недавно встречалась с парнем. И вот его я точно любила!

«Или думала, что любила, — пришла неожиданная мысль. — К Димке я точно куда более неровно дышу, чем тогда к Жене. Там, наверное, всё–таки влюблённость была. Это, получается, я реально уже втюрилась в Диму? Или ещё нет? Или да? Ё-моё!»

— Ну, в жизни всякое случается, — философски заметила Наталья. — Вы друг другу понравились, но постеснялись или побоялись сделать первый шаг тогда. А сейчас выяснилось, что ваши чувства не прошли. Мне вообще все эти годы казалось, что Дима шляется по бабам только для того, чтобы вызвать в тебе ревность. Ну, он увлёкся, конечно, но, вот честное слово, были такие ощущения. Когда ты с нами в компании, он всегда Ритку с Ленкой тискает, хотя без тебя девочки обычно дуются на его холодность, типа пользуется ими под настроение.

— Сами виноваты.

— Они экспериментируют в сексе, это их право. Не всем же быть такими закомплексованными, как мы с тобой, — расхохоталась снова Наташа.

После уверений Насти, что Боря её любит и бережёт от противной и вредной матери, а не скрывает из иных побуждений, она совершенно успокоилась и была в полнейшей гармонии с окружающим миром и собой. Ей хотелось, чтобы все кругом были счастливы, и прежде всего Настя с Димой.

— Вот бы и экспериментировали с кем–нибудь другим! — рявкнула Настя и замерла. — Это ревность, что ли?

— Она самая! — подтвердила Наталья. — Видишь, работает его система! Ой, не могу. Ребята, вы такие забавные. Настя, не тупи, просто сделай шаг навстречу, всё остальное он сделает сам. Я вообще утром подумала, что вы уже переспали. Но в кафе поняла — фигушки. Он такими голодными глазами на тебя смотрит, прямо жалко парня.

— Меня бы кто пожалел.

Девчонки лежали и сплетничали, переворачиваясь с боку на бок, изредка плавая. Боря пришёл, проплыл свои пятьдесят кругов и утащил Наташку в номер, не иначе как разговоры разговаривать, но не забыл проинструктировать сестру:

— Жди Диму, одна по гостинице не ходи! Хватает здесь дебилов!

Наталья весело подмигнула, и Настя вспомнила про австралийца, попытавшегося золотыми горами и немаленькими бицепсами сманить девушку брата замуж и, соответственно, на ПМЖ на Зелёный континент.

Дима всё не шёл из своего стеклянного дворца с тренажёрами, и Настя здраво рассудила, что раз гора не идёт к Магомеду, то Магомед идёт к горе. Накинув пляжную тунику на влажный ещё серо–серебряный купальник, собрала вещи в прозрачную пластиковую сумку и направилась в тренажёрный зал за своим надсмотрщиком и то ли другом, то ли парнем.